Мой личный сталкер. После - Виктория Анкай

Меня в лагерь?! Опозорить перед всей честной компанией?

Осталась стоять на месте.

— Стас, погоди...

Муж оглянулся, демонстративно-выжидательно поднимая бровь. Господи, ну как он сам не догоняет?! Я не могу туда...

Прокашлялась и осторожно продолжила, глядя под ноги:

— Солнц, я не пойду... Они же все всё поймут... И Алла сразу догадается...

— Да твою ж мать! — он грубо схватил меня за плечо и толкнул вперёд к вокзалу. — Пошла, сказал...

Шарахнулась в сторону...

— Стас, я не пойду! Твоя Алка до конца жизни ржать надо мной потом будет! Понимаешь ты это или нет?! — я с раздражением, помноженным на панику, смотрела на то, как свирепеет лицо мужа, но отступать не собиралась. — Я не пойду!

В конце концов, хуже того, чтобы предстать перед всей группой в таком жалком виде, вызванном вполне очевидными для всех причинами, ничего быть не может. И я не смогу вытерпеть сочувствующе-понимающе-насмешливый взгляд Алки...

— Блядь, Настя, у меня поход! У меня маршрут и время! — Стас вцепился в мой локоть и в прямом смысле слова поволок в сторону лагеря. — Сама виновата, значит... Мне до ваших бабских разборок дела вообще нет... А для тебя уроком будет...

Бесполезно. Скотина толстокожая...

Я едва успевала за его широкими шагами, громко шмыгая носом и старательно выжимая слёзы. Но Стас совершенно не обращал на это внимания...

Сволочь он всё-таки редкостная.

Нас давно заметили в лагере. Мужчины стояли руки в боки, со сдержанным интересом поглядывая на наше приближение и переговариваясь между собой. А женщины суетились поблизости и делали вид, что заняты важными делами, но почему-то мне казалось, что они способны разглядеть гораздо больше, чем ничем не занятые мужики. Алка так и вовсе вон притворяется, что в упор не замечает нас... Чёрт, ещё и Лисо здесь. Сука. Су-у-ука-а-а...

Господи, никогда глупее себя не чувствовала...

Не поднимала глаза до того момента, пока впереди не выросла чуть колышущаяся стена нашей палатки. Ну в смысле Стаса палатки... Гробовая тишина давила на уши, хотя прямых взглядов я не чувствовала, старательно абстрагируясь от чужого внимания.

Подняла голову, быстро обвела глазами ближайших людей и, смущённо улыбнувшись, громко пролепетала:

— Здрасьте!

Кто-то в ответ кивнул головой, кто-то тоже бросил приветствие...

Боже мой, какое всё-таки позорище...

— Лезь, — Стас отогнул полог палатки, абсолютно не обращая внимания на окружающих.

Вот в этот момент я очень даже остро ощутила чужой взгляд, метнувшийся в меня раскалённой стрелой... С трудом удержалась, чтобы не повернуть голову и не показать Алке язык. Позор позором, но в палатку к Стасу лезу я, а не она... И муж он всё-таки мой, да.

— Раздевайся.

— Тише ты... - закусила губу, расстёгивая молнию на кофте. — Мало ли, что там подумают...

— Да нахрена тише, Насть?! — Стас раздражённо отпихнул свой скомканный спальник. — Поздно тише! Твою мать...

Обиженно замолчала. Стараясь не пыхтеть, торопливо стянула с себя мокрую липкую футболку, потом штаны. Кожа словно разбухла от воды, стала рыхлой и бледно-синей... Отвратительно.

Вопросительно подняла глаза на мужа, дожидаясь, пока он даст мне что-нибудь из своей одежды...

Но Стас просто сидел на полу, широко расставив ноги и глядя на меня исподлобья... Полумрак внутри палатки мешал определить его настроение, но я почему-то вспыхнула под его пристальным взглядом, машинально прикрываясь руками...

— Всё снимай, трусы с лифчиком тоже, — Стас нехотя отвернулся, потянулся к рюкзаку. — Вытрись насухо. И волосы в порядок приведи. Жена, блядь... Стыдно перед людьми даже...

Замерла от обиды... Стыдно значит?! Конечно, Алка вон даже красится в походе, а я вот как-то не подготовилась...

Стас кинул в меня маленькое полотенце, за ним свою футболку.

Глубоко вздохнула, с вожделением прижимая к себе сухую чистую вещь...

— А растирать меня не будешь? — я покосилась на мужа.

Тот только холодно усмехнулся, закрывая рюкзак и поднимаясь с пола.

— Есть способ лучше. Только вытрись и переоденься сначала. Сейчас чаю горячего принесу, — он, не оглядываясь, вылез из палатки...

Сердце ёкнуло... Нет, я же не совсем дура, чтобы не понимать о чём он говорит, но... Группа, время и всё такое... И не настолько уж я замёрзла, чтобы принимать такие крайние меры...

Или ему просто хочется?! Чёрт, неужели на Алку насмотрелся...

Покосилась на болтающийся от ветерка незастёгнутый полог. Со вздохом отлепила от себя въевшееся в тело бельё, с наслаждением протёрла полотенцем оставшийся на коже след от лифчика, нацепила футболку. Нерешительно потянулась к рюкзаку мужа... Нет, ну ничего же страшного не будет, если я пороюсь там и найду себе ещё и трусы?! Дома я этот рюкзак вычищаю после каждого похода, но тут Стас может не понять такой жест, особенно сейчас... Скажет ещё, что доказательства измены ищу... Впрочем, пофиг. И влажные салфетки в качестве интимной гигиены мне тоже не помешают — и так своими мокрыми кружевными труселями натёрла себе всё что можно...

Снаружи, судя по звукам, бурлила жизнь. Кто-то бубнил спросонья о том, что ему не дали выспаться, кто-то ворчал, что кофе приходится долго ждать, некоторые тихонько спрашивали друг у друга о том, что вообще происходит... Больше всех, похоже, суетилась Аллочка — её громкий командирский голос раздавался то тут, то там, давая непрошеные указания и советы. Противная она всё-таки...

К возвращению супруга я уже сидела на расправленном спальнике в огромных уютных хлопковых плавках, выуженных из его пакета с чистым бельём. Вот теперь стало по-настоящему комфортно и почти не холодно...

— Тут ещё?! — Стас резко откинул угол палатки, заглядывая внутрь. — На, пей.

В смысле — тут?! А где мне ещё быть? Или он полагает, что я уже сбежала отсюда?! Чёрт, а ведь хорошая мысль... Жаль, поздно в голову пришла...

Подалась вперёд, принимая из его руки большую, полную до краёв кружку, от которой поднимался густой пар.

— Спасибо! — я даже улыбнулась улыбкой верной и преданной жены, но на Стаса это не произвело должного впечатления.

— Вещи давай, у костра повешу. Если за час не высохнут, придётся просить у Алки штаны для тебя, — он насмешливо хмыкнул, глядя на моё наливающееся кровью лицо.

Аж передёрнуло от отвращения...

— Не смешно, — процедила сквозь зубы, неосторожно расплёскивая содержимое кружки себе на колени. — Я лучше голая тогда уж...

Чёрт, ну вот, и эту футболку забрызгала...

Стас чуть прищурил свои серые внимательные глаза.

— Тоже вариант, — он посмотрел на часы на запястье, потом обвёл глазами суетящийся лагерь. — Давай пей, через пятнадцать минут выходи, поможешь девчонкам с завтраком...

Едва не поперхнулась большим глотком