Столкновение - Э. К. Хантер

— Я бы также хотел точно знать, как, черт возьми, Олень попал в мой клуб.

Хендриксу и Майлзу больше не нужно было ничего говорить, до них дошло, кто, черт возьми, стоял перед нами, они оба вытащили свои пистолеты и нацелили их прямо на придурка. Следуя их примеру, Дэнни, Артур и Джейкоб последовали их примеру. Все тело Райли напряглось в моих руках.

— Ч-что, я ничего не делал, чувак, клянусь, — заикаясь, пробормотал Олень и поднял руки вверх, как маленькая киска.

— Кай, какого хрена? — Райли зашипела и умудрилась развернуться в моих руках лицом ко мне.

Она была сумасшедшей, и она явно была пьяна, если судить по запаху алкоголя в ее дыхании и тому факту, что ее слова были невнятными. Она попыталась вывернуться из моих объятий, но я ни за что не собирался отпускать ее. Я крепче обнял ее, молча давая ей понять, что она никуда не денется.

— Но ты кое-что сделал, ты поднял руки на мою девочку.

Я проигнорировал ее и вместо этого обратился к Оленю, понизив голос до угрожающего: Я никогда не видел его раньше, что порождало вопрос, как, черт возьми, он попал в мой клуб.

— О, хватит нести чушь о ревности, Кай! — взвизгнула Райли и снова попыталась вырваться из моих объятий. Я не отпустил ее. — Тоби — друг, ни больше, ни меньше. И к твоему сведению, это я его обняла, а не наоборот.

Ее тон был полон ярости, без сомнения, подпитываемой выпитым алкоголем. В следующий раз мне придется поговорить с Кимми о том, чтобы она не позволяла Райли так много пить.

Я убрал одну руку с ее талии и грубо схватил ее за подбородок, удерживая ее лицо так, чтобы она смотрела на меня. Все мое тело тряслось от гнева. Гнев из-за того, что другой мужчина прикасался к ней, или тот факт, что он был Оленем, я не знал, но это действительно не имело значения. В любом случае, он получит всю силу моего гнева.

— Я видел это, Райли, и уверяю тебя, я разберусь с тобой. Но только после того, как об Олене позаботятся.

Ее глаза сузились от моих слов, а ее красивый рот сложился в букву "О". Если раньше она не была довольна моими действиями, то сейчас она была чертовски зла.

— Ты будешь иметь со мной дело? Черт. Ты, — прошипела она, вырывая подбородок из моих рук и толкая меня в грудь. Что-то, чего я, черт возьми, ни в малейшей степени не ценил.

Хотя это был не сильный толчок, ее действия застали меня врасплох, и я опустил другую руку, которая держала ее за талию. Теперь, когда моих рук на ней не было, она развернулась на каблуках и направила свою прекрасную задницу к Оленю. Когда она остановилась перед ним, то скрестила руки на груди и посмотрела на меня в ответ, приподняв бровь и бросая мне молчаливый вызов.

Сказать, что я был чертовски в ярости, было бы преуменьшением.

Красный туман застилал мне зрение, пульс стучал в ушах, а руки сжались в кулаки.

Я никогда не чувствовал той ярости, которая бушевала во мне сейчас. Райли была моей, она принадлежала мне. Не этот придурок, стоящий с поднятыми руками.

— Спрячьте Оленя в подвал, — прорычал я низко и смертоносно для своих людей, не сводя глаз с Райли. Они двигались как один, как их учили, впятером надвигаясь на него. В то же время, когда они двинулись, я сделал два больших шага к Райли, наблюдая, как ею овладевает страх.

— Кай, подожди... - начала она и подняла руки, защищаясь. Но прежде чем она смогла продолжить, я обхватил ее за бедра и перекинул через плечо.

Я разберусь с Оленем позже, прямо сейчас мне нужно было напомнить моей девушке, кому она принадлежит.

Она визжала и пыталась дрыгать ногами, ее крошечные кулачки колотили меня по спине. Это напомнило мне момент, когда я забрал ее из переулка несколько недель назад. За свои усилия она получила жесткий шлепок по своей идеальной заднице, и даже несмотря на басы музыки, я услышал, как она вскрикнула.

Я промаршировал через клуб, люди расступались в стороны, чтобы пропустить меня, и ни один человек не осмелился шагнуть вперед, чтобы помочь девушке, перекинутой через мое плечо. Мудрый ход с их стороны. Она умоляла меня опустить ее, но на это не было ни малейшего гребаного шанса. По крайней мере, пока.

Я прошел через бар с шампанским и вернулся через дверь «только для персонала». Топая по коридору, мои шаги и ее проклятия отдавались эхом, пока я не добрался до двери своего кабинета, пинком распахнул ее и вошел внутрь. Ногой захлопнув за собой дверь, я нелюбезно швырнул Райли на кожаный диван. Приземлившись, она подпрыгнула, отчего ее платье задралось и я увидел черные кружевные стринги, которые были на ней под ними, но это никак не смогло подавить нарастающий гнев.

О чем, черт возьми, она думала, выходя на улицу в таком виде?

Она выругалась, но я не обратил на нее внимания и направился к своему столу.

Мой кабинет здесь был больше, чем дома, но в нем не было окон. Единственным источником света был яркий потолочный светильник, а мебели было минимум. Помимо кожаного дивана, у меня были письменный стол и стул, и это было все. Я редко пользовался этим офисом, поэтому мне не нужна была здесь тонна дерьма.

Мои руки затекли, когда я наклонился над столом и попытался сделать несколько успокаивающих вдохов, иначе я бы в конечном итоге причинил ей боль, и как бы сильно я ни был зол сейчас, и как бы сильно ни хотел причинить кому-то боль, я не хотел причинять боль ей.

Я не мог смотреть на нее ни секунды, мне нужно было справиться с охватившими меня неконтролируемыми чувствами. Она пробудила во мне что-то, что мне не понравилось. Я не был импульсивным, но она заставила меня отреагировать, не задумываясь. Я не ревновал, но не мог вынести, когда кто-то другой прикасался к ней. Я контролировал каждое свое действие, но не тогда, когда она была единственным, о чем я мог думать.

Это морочило мне голову, и я ненавидел то, что она заставляла меня чувствовать.

И все же я жаждал этого чувства.

— Кто он? — моя челюсть сжалась, когда я, наконец, почувствовал, что могу говорить без того, чтобы крошечная нить моей сдержанности не лопнула. Я не потрудился