Искренне. Безумно. Навсегда - Л. Дж. Шэн

– Но я…

– Пошел. На хрен. Не знаю, как еще донести. Если дорожишь работой, то сейчас же отсюда свалишь! – гаркнул Роу. Спустя миг добавил: – Я еще слышу твое дыхание. Я сказал: убирайся!

Послышался скрип кроссовок по дубовому полу, который стих, когда Тейлор спешно вышел из ресторана. Роу взял со стола карамельную трость, еще шире раздвинул мои ноги и, обняв за талию, подтащил к краю.

– Мне не нравятся эти конфеты. – Он вертел трость между пальцами, как ручку. – Я считаю их кулинарным недоразумением, но Рай дал мне одну штуку.

– А я их люблю. – Я облизала губы. Облизала ведь? Заявляю официально: я превратилась в сгусток гормонов.

– Хочешь поэкспериментировать? – Роу приподнял густую темную бровь.

– Да, – простонала я. – Хочу.

Не отводя взгляда, он начал медленно вводить карамельную трость в мою узкую дырочку и продолжил засовывать в меня цукини. Кабачок был очищен от кожуры, поэтому казался гладким и с легкостью скользил во мне. Я устремилась вслед за этим прохладным и липким ощущением.

– Я просто растягиваю тебя, малышка. – Роу наклонился и смачно поцеловал меня с языком. – Хочу убедиться, что войду в тебя полностью. Не хочу сделать тебе больно, как в прошлый раз.

Я увлеченно закивала, желая быть для него хорошей девочкой. Желая ему угодить. Карамельная трость находилась у меня в анусе, а ее крючок торчал наружу, как небольшой хвостик, чтобы можно было с легкостью ее вытащить. Я была готова вспыхнуть от этих невероятных ощущений. Тут без сомнения. Роу двигал во мне цукини, растягивая киску и помогая привыкнуть к чему-то большему, чем мой вибратор.

– Все нормально, милая? – Он держал кабачок за основание, наклоняя его и задевая эрогенную зону, в ответ на что я бесстыдно придвинулась к нему.

– Все идеально.

– Хорошо, милая. Ты почти готова. – Роу опустился на корточки и, обхватив зубами кончик леденца, начал медленно вытаскивать его из моей попы.

Ощущения были дивными. Я извивалась, корчилась и издавала такие громкие стоны, что их можно было услышать в космосе.

– Я кончаю, – охнула я.

– Не кончай, пока не разрешу. – Роу держал трость зубами, но я не переставала двигаться, не желая, чтобы он ее вынул. Я убью Роу, если леденец сломается, и мне придется всю ночь провести в больнице в ожидании, когда из моей задницы вытащат сезонные сладости.

– Роу, вряд ли я смогу…

– Попроси вежливо, – прошептал он, уткнувшись мне в промежность. – И я разрешу тебе. Если попросишь невежливо, могу лишить тебя оргазма. Поняла?

Роу всегда был деспотом на работе, поэтому не стоило удивляться, что и во время интима он вел себя так же.

– Пожалуйста, можно мне кончить? Я больше не могу сдерживаться. – Хотя я вроде как могла. Предчувствие оргазма тоже было очень приятным.

– Кому ты принадлежишь?

– Тебе. – У меня сбилось дыхание, когда напряжение между бедрами снова усилилось. Сейчас я бы отдала Роу все свои сбережения и бóльшую часть не жизненно важных органов, только бы кончить.

– Вот так-то. Кончай, Пятнышко.

Оргазм хлынул на меня, и я с готовностью ему отдалась. Каждая клеточка моего тела пела. Роу вытащил из меня цукини и бросил его в ближайшую мусорную корзину. А потом зачерпнул пальцами влагу из моего влагалища, медленно проведя ими между половыми губами. Роу засунул пальцы в рот, жадно поглощая мои соки, и потер кончиками по деснам, словно мой аромат был чистым дурманом. Затем он провел рукой по моему животу и легонько шлепнул по соску. Обезумев от удовольствия и ликования, я схватила Роу за запястье, приподнялась и прильнула к его рту.

Сразу же открыв его, он сплелся языком с моим, и мы стали медленно, неспешно и страстно целоваться, издавая причмокивающие звуки. От такого поцелуя мир переворачивался вверх тормашками и все его содержимое рассыпалось по вселенной.

– Знаете, прозвучало очень негигиенично, – вздохнул за дверью Тейлор. – Кстати, я еще тут. Честное слово, мне очень нужны эти эйрподсы.

Я испуганно вытаращила глаза. Он вернулся! А мы, видимо, не услышали.

– Я куплю тебе три пары эйрподсов, если ты свалишь на хрен отсюда! – прорычал Роу, не прерывая поцелуя.

– Третьего поколения? – надавил Тейлор.

Вот же поганец! А он умел пользоваться ситуацией.

– Да!

– Заметано, – хмыкнул Тейлор.

Роу провел губами по моему подбородку и шее, целуя каждый миллиметр моего тела и оставляя метки. Прикусил сосок.

– Роу, – застонала я. – Я хочу, чтобы ты меня трахнул.

Он вскинул голову и удивленно посмотрел на меня. Роу раскраснелся и выглядел просто великолепно.

– А я что пытаюсь сделать? Это называется прелюдией.

– Прелюдией? – озадачилась я. – Да я готова уже минимум пять недель!

Он усмехнулся, прижался своим лбом к моему и с силой поцеловал. Мы стукнулись зубами, и я завозилась с хенли, отчаянно пытаясь сорвать ее с Роу. Едва рубашка упала на пол, я, тяжело дыша, оттолкнула его.

– Дай погляжу. Я с четырнадцати лет мечтала хорошенько тебя рассмотреть.

Роу освободил меня, вытащив ножи из столешницы, и отошел. Его грудные мышцы и пресс были такими совершенными, что казалось, будто их изобразил художник. Почти каждый сантиметр его тела покрывали татуировки. Мрачные наколки в виде продукции Cambro, черепа в поварском колпаке и многого другого. Теперь я знала, что под этими татуировками скрывались шрамы, оставленные его отцом. Извечное напоминание о том, что Роу пришлось вытерпеть в детстве.

Я замерла, увидев последнюю татуировку: сердце с растущими из него цветами. Вспомнила, как Роу сказал, что я напоминаю ему такую картинку. И теперь поняла почему.

Потому что из сердца вырывались не абы какие цветы.

А каллы.

Я сглотнула подступивший к горлу ком, запоминая татуировку наизусть. Роу смущенно провел по ней рукой, закрывая ладонью.

– Пятнышко, я тут скоро состарюсь.

Но я не посмела оставить это без внимания. Спрыгнула со стола и встала рядом с Роу. Он внимательно смотрел, как я наклонилась и молча поцеловала его татуировку. Слова были излишни. Повисшее между нами молчание дало ему понять, что я четко и ясно уловила скрытый смысл.

Я выпрямилась, но все равно едва доставала ему до пупка.

– Повернись.

Он нахмурился.

– Что…

– Доверие, помнишь? – вскинула я брови.

Роу отвернулся от меня и встал лицом к двери. Его спину тоже покрывали татуировки, но под ними я увидела белые изломанные шрамы. Я прижалась губами к бугристой ранке между лопатками. Кожа Роу покрылась мурашками, и он тихо прошипел.

– Ты такой красивый, – прошептала я, проводя губами по созвездию шрамов под его татушками. – Ты не просто привлекателен, а красив. Мрачной, пугающей красотой.

Он притих, пока я водила ладонями