Поворот судьбы - Джеймин Ив

Была реальная вероятность, что я взорвусь, если он не заявит на меня права в эту же секунду.

— Что ты хочешь, чтобы я сделал, Эмми? — прошептал он мне в грудь. — Ты знаешь правила, детка. Скажи словами, чего ты хочешь.

На последних словах его голос понизился, и когда он прижался ко мне своим твердым обнаженным телом, я едва не обезумела от желания.

— Я хочу, чтобы ты сделал меня своей, Хантер. Пожалуйста. Сделай своей. Укуси меня. Трахни меня. Я хочу всего.

В его груди раздалось глубокое, удовлетворенное урчание, и я почувствовала его удовольствие, хотя между нами еще не было физической связи.

— Ах, моя милая омега. Я долго ждал, чтобы услышать от тебя эти слова. Еще до того, как я увидел лицо своей пары, я знал твою душу. И она моя.

Он грубо поцеловал меня, и я вскрикнула, гадая, не взорвется ли моя промокшая нижняя часть тела, как чертова бомба, и не убьет ли нас обоих. Как бы драматично это ни звучало, давление ощущалось как разрушение в чистом виде. Мне хотелось кричать и тереться о его твердое бедро, чтобы хоть как-то облегчить напряжение.

— Хантер, пожалуйста, — взмолилась я, прижимаясь к нему, — я не могу больше ждать. Мы должны скрепить узы.

Борьба с судьбой была самым трудным путем, который я когда-либо выбирала в своей жизни, и после того, что случилось с Келланом, я надеялась, что смогу свернуть на другую дорогу. Келлан не сошел с ума и не начал забирать мою силу. На самом деле, ни один из альф даже не пытался докопаться до того, что я сделала в тот день, приняв, что, чем бы это ни было, оно спасло Келлана. Словно сила для них не имела значения, и здесь я должна была довериться своему чутью, которое велело мне принять второго альфу. Сейчас.

Когда он грациозно вскочил на ноги, Хантер потянул меня за собой, и я застонала, когда мы снова врезались в огромное дерево, под сенью которого лежал поваленный ствол. Его руки смягчили мое падение, и я жаждала каждой секунды этого момента. Даже боли.

— Как ты узнала, что именно в этой древней роще секвой я хотел скрепить наши узы? — прохрипел он, целуя мои губы между каждым словом.

Я, конечно, понятия не имела, но сегодня всем управляла судьба, так что для меня это имело смысл.

— Я знаю тебя, Хантер Ривз, — сказала я ему, всем своим существом веря, что это правда. — Я знаю твою душу и твое сердце, и я, черт возьми, хочу их оба.

С низким рыком наши губы столкнулись в грубом, отчаянном поцелуе. Рычание вырвалось из наших глоток, и я поняла, что это не будет нежное, милое единение, как с Келланом. Это было нечто животное, подпитываемое первобытным инстинктом хищника и добычи.

Мое тело пылало, влажный жар моего желания стекал по бедрам, пока мы с Хантером сражались… за что-то. За контроль, удовольствие, облегчение, нужду. Когда его сильные руки схватили мои бедра, разводя их в стороны, он бездумно толкнулся вверх.

Несмотря на охватившие меня бред, возбуждение и жажду, с альфой такого размера, как Хантер, боль была неизбежна. Первое его прикосновение к моим внутренним стенкам отозвалось восхитительным жжением, и я запрокинула голову, вскрикивая на пути к оргазму. Он не вошел и на треть, но одного лишь декадентского ощущения его тела, входящего в мое, хватило, чтобы я потеряла голову.

Его радужки к этому моменту стали золотыми, пронизанными грозовой тьмой, и, толкнувшись снова, он опустил голову к моему горлу. Мое тело раскрывалось ему, сантиметр за сантиметром, а удовольствие и боль смешивались в ураган — подходящее ощущение для этого альфы.

Кора дерева впивалась мне в спину, грязь на моей коже трескалась и осыпалась вокруг нас. Я никогда не чувствовала себя более дикой или свободной, чем в тот миг, когда Хантер полностью вошел в меня. Когда наши тела соединились так тесно, как это только возможно для оборотней, моя пара запрокинула голову и взвыла в небо, вытаскивая на поверхность призрачный облик моей волчицы, где она резвилась со зверем Хантера. Они давно уже создали связь, но после этого ритуала их души обретут и осязаемое единение.

Я склонила голову набок, подставляя ему плечо без метки.

— Пожалуйста, Альфа, — взмолилась я, вспоминая нашу сделку и то, как я сдамся. — Пожалуйста, заяви на меня права. На нас.

Голос Хантера просочился низким, властным, доминирующим рыком.

— Скажи мне, почему сейчас, Омега? Почему ты передумала?

Были миллионы причин, но в моем затуманенном сексом и желанием мозгу я выдала то, что стало последней каплей.

— Ты преклонил колени передо мной, — всхлипнула я, выгибаясь в его объятиях. — Самовлюбленный альфа никогда не становится на колени перед другим, а ты это сделал… Ты… — его бедра двинулись навстречу моим, и я вскрикнула. — О, богиня. Ты показал мне, что… — он толкнулся снова, и я уже бессвязно лепетала, но ему, казалось, было все равно.

Когда я наконец перестала извергать словесный поток причин, по которым он меня уничтожил, он удержал меня своим непоколебимым взглядом.

— Смотри на меня, детка, — произнес он, его голос был глубоким, гипнотическим рокотом. — Даже король должен преклонять колени перед своей королевой. Ты никогда не согласишься на меньшее, ни от кого, включая членов нашей стаи. Обещай мне.

Я не могла говорить, мой голос утонул в ощущении его члена, вошедшего так глубоко, что было больно. Приятной болью.

Хантер наполовину вышел из меня, а затем толкнулся снова, и снова, и снова, снова и снова, заявляя права на мое тело своим.

— Обещай мне, Эммелин Андерс. Обещай, что заставишь их всех преклонить колени.

— Я… я… Ааах! — закричала я, когда очередной оргазм пронзил меня, а его плоть запульсировала внутри, продлевая удовольствие.

Его губы изогнулись в довольной усмешке.

— Ты заставишь их всех преклонить колени, потому что ты, черт возьми, королева.

— Обещаю, — выдохнула я. — Пожалуйста, Альфа. Укуси меня. Заяви на меня права. Ты мне нужен…

Он толкнулся с силой, охваченный неистовой энергией, пока я не начала задыхаться и выкрикивать его имя. Нарастающее напряжение указывало, что мой следующий оргазм будет из тех, что заставляют тело изливаться потоками. Эти альфы играли на моем теле так, словно в совершенстве знали каждое нервное окончание.

Правая рука Хантера скользнула вверх по моему боку, через грудь и сомкнулась на горле. Когда он сжал хватку, нехватка воздуха усилила нарастающее наслаждение, и я отдалась тьме, пляшущей на