Средневековая история - Галина Дмитриевна Гончарова

Не сразу...

Сандра предлагала ему деньги — деньги забрали и так. И поставили условие.

Или по очереди, и без насилия. Или — со всеми сразу, а потом по желанию. Их желанию, понятно...

Сандра думала недолго. Лучше уж добровольно, правда? А что до тела... так Энтор уже попользовался. Если по доброй воле, так, авось, и не отвалится ничего? Противно? А это не романы, тут лучше отдаться, пока по-хорошему просят.

Ребенок?

Плевать она тогда на него хотела. Ладно, не то, чтобы плевать, но относилась... спокойно. Да, ребенок. И что? Она его в жизни еще не видела! Выкидыш будет? Да хоть три выкидыша! Она на это и надеялась, подсознательно...

Так что...

Две недели она была корабельной шлюхой.

Как ни странно, мужики оказались не самые плохие.

Девчонку не выкинули за борт. Ее не пускали по кругу. Ее старались не обижать... пользоваться ведь тоже можно по-разному. Ее даже старались побаловать, хоть и на свой лад, вкуцрое приносили, заботу проявляли, старались не перегружать — не больше четырех человек в сутки. Не били, не издевались, ни одного садиста не обнаружилось...

Ее ничем не заразили! А это уж вовсе чудесное везение (с точки зрения Лилиан).

А спустя пару недель и высадили в Берме.

И Сандра попала из огня да в полымя.

Куда пойдет не знающая жизни девчонка, попав в новую для себя среду?

Неважно! Потому как куда бы она ни пошла, все одно попадет в неприятности. То есть — в публичный дом.

Попала Сандра в руки некоего Осьминога. Тот быстро девчонку оценил (да, именно тем способом), и решил продать в бордель.

Но сначала самому натешиться. Красота сыграла с Сандрой дурную шутку.

Вкусы у Осьминога были... своеобразные. Сандра не удивилась бы, потеряв ребенка, но — малыш жил. И рос. Осьминог бы его «выдавил», но лишаться девчонки не хотелось. И игрушка, и деньги, а если на таком сроке плод гнать — можно его и мамашу угробить.

Проще подождать, пока родит. Потом ребенка на промысел, нищенке отдать, чтобы милостыню просила, с ребенком подают больше, а мамашу в бордель. Все логично, все практично.

Пользовался Сандрой и Осьминог, и его подручные, из ближайших. Всласть пользовались...

А потом начался передел территории.

Сандра досталась Коту. И решила попробовать изобразить слабоумную. Вдруг да прокатит? Сил не было ложиться под каждого, и беременность тяжело протекала, и вообще...

Сил действительно не было. Убьют?

Да и пусть убивают...

А Кот взял, да и подарил ее Лилиан.

— Эштон — сын Энтора? — уловила главное Лиля.

-Да...

— Б... мексиканский сериал!

-Что?

— Корейское мыло! Сопли на глюкозе! Дорамы долбанные...

Материлась Лиля долго и с выражением. Она понимала, что не виноваты ни сериалы, ни дорамы, ни драмы, но...

Но — совпадение, машу вать!!!

Нарочно придумывать будешь, так не сообразишь! Чтобы в целой стране встретиться двум женщинам, которые мечтают с Энтора шкуру содрать полосочками...

Хотя — чего удивительного? С его отношением к женщинам?

Нет у нас феминисток! А то бы еще лигу пострадавших от короля устроили, день защиты баб-с объявили... Лиля помотала головой, разгоняя страшные видения.

Нечего тут!

Это в том мире после мировых войн сильных мужиков повыбило, а от слабых — какое потомство? Вот и происходит смена ролей. А здесь мировых войн не было, Бог даст — и не будет.

Но правда! Чтобы так — да встретиться? Это просто невероятно!

Хотя — чего удивительного?

Вон, у Лили была знакомая... у ее мамы, строго говоря. Забеременела в семнадцать по большой и чистой любви. Потом оказалось, что любовь была с одной стороны, а не с обеих, девчонка психанула, уехала за тридевять земель, родила сына, вырастила, замуж вышла, еще детей нарожала, муж попался хороший, принял старшего, как родного, тот и не знал,то от другого отца...

Сын едет учиться, поступает в мединститут, заводит отношения с девушкой, и слава всем богам, показывает ее маме.

И фотографии родителей — тоже.

Мама в обмороке, папа (и биологический и официальный) в шоке, у детей полный отрыв от реальности. Инцест — он никому душевного здоровья не прибавляет!

Какова вероятность встречи?

Да мизер! Голый! Но ведь случилось же! И слава богам всех миров, детей наделать не успели. А то потом начинается... откуда появляются дети-уроды?

Да вот оттуда!

Здесь еще, если подумать, и совпадений меньше. Лиля стремилась в крупный порт, Сандру привезли контрабандисты. А те стремятся заработать... так что Берма — логичный выбор.

Вот то, что Кот подарил Сандру Лиле... хотя и тут понятно.

Есть проблема? Плохо.

Есть вторая? Еще хуже!

Ну, так сведи их вместе, пусть друг друга и сожрут!

Зато логично и практично. И ведь сработало, котяра ты драный! Чтоб тебе до конца жизни мышей лопать... со сгущенкой!

Лиля прокрутила это в голове, и решилась на откровенность.

— Сандра, а ты Шимона не помнишь? Говорит, у вас служил...

Сандра на миг закрыла глаза.

— Помню... он меня на лошади катал, маленькую.

— Он тебя тоже помнит. Мы с ним случайно встретились, он сейчас углежог...

Сандра вытерла слезинку.

— Но хоть жив... всех эта сволочь извела, всех!!! Я последняя!!!

— А твой ребенок — первенец Энтора, — спокойно улыбнулась Лиля.

Сандра кивнула.

Медленно, словно думая о чем-то своем. И вдруг...

— Первенец! А будь я законной женой?

— Был бы у Авестера законный наследник. О котором не знает ни его папенька, чтоб Энтору голым задом на разъяренного дикобраза приземлиться, ни Авестер.

Сандра полыхнула глазами.

— Я знаю, знаю, как это устроить!!!

Лиля где стояла, там и на попу села.

Идея у Сандры была проста и изящна. Есть жена. Есть сын. Есть муж. Чего не хватает?

Да брачной записи!

Элементарной брачной записи!!! В храмовной книге!!!

А если она будет? Отвертится ли Энтор?

Отвертится. Но Авестер тогда ждет много приятного. Чтобы ативернцы таким козырем не воспользовались?

Ой ли...

— Сандра, а ты понимаешь, насколько это может быть опасно для твоего ребенка? — уточнила Лиля.

-Да.

-И?

Сандра опустила голову.

— А ты уверена, что я люблю этого ребенка? Что могу смотреть на него — и не вспоминать, не думать...

Лиля пожала плечами.

— Это тебе решать. Но учти — если захочешь, можешь его мне оставить. Я мужу врать не стану, но ребенка мы примем в семь^. И как своего вырастим.

— Правда?

Сандра смотрела серьезно, вдумчиво. И Лиля ей верила.

Если