Loveлас - Яна Ланская

всему, Платон прилетел на выходные в Москву и нигде не может найти Алину, Даня пытается по билетам проверить, пришла ли она, и обещает помочь другу. Я же слежу за дверями, и моя интуиция меня не подводит. Данина бывшая пассия выходит курить в одном белье, накинув шубу. Как бы я не хотела её обесценить, с досадой признаю, что выглядит она потрясно.

— Пись! — Машет Дане и надвигается на нас со своей подружкой.

Даня завершает звонок, смотрит на свою Лизоньку, а потом на меня.

— Блядь! Обе припёрлись, — матерится Даня.

— Обе?

— Упс, — виновато улыбается Даня. — Ангел, только не заводись! Сейчас их солью! — Даня целует меня, и я чувствую, как у меня в заднем кармане джинс вибрирует телефон.

— Твоя сестра, — сообщаю Дане. — Да, Ань? Привет!

— Дана, их повязали! — Восторженно вопит в трубку Аня. — Тому тоже для виду. Киреев сказал, у нас есть свидетели. Много! Я начинаю слив!

55. Дана

Шея затекла, икры покалывает, духота, нечем дышать и одновременно холодно. Нехотя открываю глаза и не сразу понимаю, где я.

— Проснулась, душа моя? — Данин голос приводит в себя, и я понимаю, что уснула на границе.

— Сколько я спала? — Поднимаюсь с Даниных колен и разминаюсь.

— Почти четыре часа.

— С ума сойти! И сколько нам ещё ждать? Они издеваются что ли? — Начинаю возмущаться, расхаживая по пункту пропуска на латышской границе.

— Ну а что ты хочешь от залупы, сладкая?

— Тихо! — Шикаю и озираюсь, не услышал ли его кто. — Зилупе, Даня! Зи-лу-пе!

— Ага. Я так и сказал, — смеётся, никого не стесняясь. — Там водитель уже ругается, хочет уехать и бросить нас в этих ебенях!

— Дань! Ну прекрати! Нас сейчас из-за тебя развернут! — Посматриваю на сотрудников и успокаиваюсь отсутствием реакции на нас. — Он правда уедет?

— Нет. Он сто евро за каждый час простоя берёт.

— Обнаглели! А они что-нибудь говорили? — Киваю на пограничников.

— Только ждать.

Наливаю себе воды в кулере и возвращаюсь к Дане. Залезаю под его пуховик, чтобы было теплее, и достаю телефон. Удивительно, но ещё работает российская связь. И даже LTE периодически появляется.

— Котик, папа написал, что ты к нему едешь. Напиши мне, пожалуйста, как доберёшься. Люблю тебя! У тебя будет брат! — Висит сообщение от мамы, и я закусываю пальцы, лишь бы не устроить концерт при пограничниках. Смахиваю диалог, не собираюсь ей отвечать. Мама написала два часа назад, как раз в разгар дня, когда новости про увлечения Игоря должны были разнестись.

— Дань, а что там с Дорохом? Новости про задержание форсятся?

— Ты всё самое интересное проспала! Форсятся, но твоя мама задействовала нашу торговлю и подслушку и в качестве эксклюзива поделилась фотографиями из медового месяца. Так что студенческие паблики пестрят их фотками.

— Ты шутишь? — Недоверчиво смотрю на Даню.

— Нет, — протягивает мне Даня телефон с фотографиями, где мама с Игорем обнимаются на гамаке. А на видео бегает довольная по пляжу в белом платье. — Ну а сетка каналов Дорошенко сразу же их разнесла. СМИ Ананьевских отмалчиваются, соответственно, Игоря обсуждают только инсайдерские паблики и левые. Хотя у правых тоже новости есть, типа как некрасиво в такое время и бла-бла-бла.

— То есть эффекта бомбы нет? — разочарованно подытоживаю.

— Вечером выйдет расследование, ждём его, но Аня пишет, что ждала большего резонанса. Она говорит, что если слить личность Томы, то это будет прям огниво, но Халид нас всех прикончит за это. Влад сказал, что в понедельник по обвалу акций всё будет ясно. Если просочится в западную прессу, будет круто.

— А просочится?

— Леваки работают над этим.

— А вчерашняя мисс Братск в итоге дала показания?

— Да, поэтому видео ещё и не выложили, монтируют. Там мощно, она рассказала, что Игорь лишил её девственности, подарил её родителям дом, а потом саму её передарил чиновнику. Почти как с Евой. Может, она всё-таки после этого заговорит.

— Тоже надеюсь. А Аня знает, что ещё будет в видео?

— Нет, только в общих чертах.

— Ладно, ждём. Кстати, мама написала, что у меня будет брат.

— Как ты и хотела, сладкая! — Чмокает меня Даня и гладит по животу.

— Как маме и нужно было…

— Ты ей ответила?

— Не-а! Не могу! Она попросила отписаться, когда мы приедем. Папа ей пусть и сообщает. Я не хочу с ней общаться.

— Твоё право, — снова Даня не давит на меня, не даёт комментарии. Просто позволяет вести себя так, как мне хочется.

Устраиваюсь в его объятиях поудобнее и читаю новости. Захожу на политические и бизнес-каналы. Это мне куда интереснее сплетен, и понимаю, что всё достаточно резонансно. Наверняка, всё ещё раздуется.

— Слушай, напиши Ане, надо выложить то видео с открытого диалога, где он про извращения в Римской империи чешет. Будет в тему.

— Да-да. Она куда-то это слила. Подожди, всё будет.

— Интересно, как мама отреагировала.

— Ну раз поделилась своими фотографиями, то они на измене.

— Да, логично.

Роюсь в студенческих пабликах и пытаюсь по маминым фотографиям понять, что она чувствует, что она задумала. Жалею о своём поступке. Была бы я с ней сейчас близка, я бы знала, как обстоят дела. Интересно, она догадывается, что я причастна к этому сливу? И думает, что я молчу, потому что боюсь разоблачения? Или понимает, как ранила меня? А может, ей вообще до меня дела нет? У неё будет мальчик, она вышла замуж и добилась всего, чего хотела?

Листаю ленту студенческих новостей вниз и прямо под маминым приветом с Мальдив выложили фотоотчёт Хэллоуина. Мне на глаза попадаются снимки с Лизой и её силиконовой подружкой, и я понимаю, что даже сейчас меня это гложет.

— Дань, зачем Лиза вчера пришла? И кто её подружка? Ты и с ней спал?

— Подходите с паспортами и справками, — Даня только успевает закатить глаза, и я всё и так понимаю, как его спасает пограничница.

Проверка кажется бесконечной, женщина постоянно что-то списывает с моего паспорта и справок и заносит в свой компьютер, не забывая окидывать меня сканирующим взглядом.

— Дан, прекрати ногти грызть, — строго шепчет мне Даня. — Обычная процедура на таможне. Всё уже, сладкая, сейчас пройдём.

Убираю руки ото рта и стыдливо опускаю глаза. Совсем уже не контролирую себя.

Женщина начинает задавать мне вопросы, и я волнуюсь, что она видит всю мою историю. Она же знает, что я отказалась от гражданства? Спрашивается, зачем приехала. Когда она начинает узнавать у меня о цели визита, говорю, что папу с бабушкой навестить хочу, а у нас же рабочая виза. Даня врубает всё своё