Муж на сдачу - Натаэль Зика

— Да, я знаю этот состав, и как его принимать — тоже, — машинально ответила Мариэта. — Спасибо. Мне надо идти.

— Иди, милая. И помни, завтра я тебя жду. Обязательно приходи! Отцу малыша не говори пока ничего, пусть спокойно с делами разберется сначала. Иди, а то на самом деле придется в замок пешком бежать, — с последними словами, старуха всунула в руку Мари мешочек. — Порошок, который мы тут четверть оборота отмеряли. Это пыльца зорицы, стоит ковш за медяшку, но кто об этом узнает?

Женщина вышла наружу, посмотрела на флакончик в одной руке, мешочек — в другой, распределила их по карманам юбки и рассмеялась.

Единый, спасибо! Сбылась её мечта — у неё будет малыш, сынок, ведь, от магов только мальчики рождаются.

Пусть Михаэль не может быть с ней, но она не останется одна! В Адижон возвращаться нельзя, как она объяснит появление ребёнка? Граф сказал, что завтра выплатит ей деньги и поможет скрыться, пожалуй, она знает — где спрячется. Но сначала навестит зельеварку. Грах, она даже её имя не спросила! Ну, ничего, узнает завтра.

Женщина положила руку на живот, прислушалась — рано, очень рано, ребенок такой крохотный, до шевелюшек ещё далеко. Как же она будет его любить! Почему — будет? Да она уже его любит без памяти! Вовремя Михаэль решил её отправить из замка, видимо, правильно говорят: что ни делается — к лучшему!

Всю обратную дорогу до замка Приния бурчала, возмущаясь из-за напрасно потраченного времени. Мариэта отмалчивалась — экономка её теперь не волновала. Дотянуть до завтра, и — прощай, графство!

Однако, когда они высадились на заднем дворе у замка, Приния уцепилась за руку зельеварки и, отдав несколько распоряжений остальным, бесцеремонно потащила за собой.

Помня о наставлении Михаэля — показывать, что под внушением — Мариэта не сопротивлялась.

— Идем! Шевелись же! — нетерпеливо дергала её экономка.

Просто поразительно, что в её возрасте она способна так резво передвигаться! Наконец, Приния нырнула в одну из комнат на хозяйственной половине, втянула туда Мариэту и плотно прикрыла дверь.

— У тебя совсем нет голубиной травки?

В очередной раз пришлось соображать очень быстро.

— Есть, но она весенняя, а для того, чтобы действие было быстрым, нужна летняя, — не моргнув глазом, соврала зельеварка. — Потом, если травка выросла в окрестностях столицы — она одного качества. Если западнее — другого. Но самая лучшая растет только в одной долине, на юго-востоке Тропиндара.

— То есть, эта травка не подействует? Та, что есть в замке, — продолжала допрос Приния.

— Подействует, но графиню придется поить целый месяц.

— А. ну, это не страшно, — расслабилась домоправительница. — Конечно, хотелось бы расквитаться поскорее, но месяц тоже годится. Главное, никто ничего не должен заподозрить, и исход должен быть неизбежным. Ты будешь варить каждый день это зелье, и поить им графиню.

Мариэта почувствовала, как щупальце опять поползло ей в голову, но не успела испугаться, как уже знакомый поток снова смыл липкую слизь. Приния снова ничего не заметила, продолжая держать её за руку и проговаривать внушение.

Зельеварка изобразила книксен и яростно закивала:

— Конечно, ари, я всё-всё сделаю, как вы сказали! Прямо сейчас пойду и сварю свежую порцию!

— Иди, — прежде чем отпустить руку женщины, Приния добавила: — Ты забудешь, кто тебе приказал, но будешь помнить, что именно приказано.

Новое щупальце, теперь уже не холодное, а раскалённое, вонзилось в мозг, и от боли Мари пошатнулась, едва успев ухватиться рукой за стену.

На этот раз спасение пришло не от волны, а от земляной спирали, закрутившейся вокруг раскаленного стержня и погасившего его.

— Иди, иди, чего встала? — экономка подтолкнула женщины на выход.

Сделав по инерции несколько шагов, Мариэта, обессилено прислонилась к стене коридора — Единый, едва выкрутилась! И, кажется, она понимает, благодаря чему на неё не действует ментальная магия. Вернее, кому.

Женщина улыбнулась, положив руку на живот, и прикрыла глаза, вслушиваясь.

— Рита, тебе плохо? — плеча Мариэты коснулась рука и, открыв глаза, она увидела склоненное над ней лицо одной из горничных.

— Пойдем, я провожу тебя к целителям, — с участием предложила служанка, — ты бледная совсем. Живот болит, да?

Мариэта мысленно хлопнула себя по лбу — нашла время и, главное, место, предаваться размышлениям!

— Спасибо, Вири, со мной всё в порядке. Просто у меня женские дни, ну, ты понимаешь. Полежу, и всё пройдет.

— А, понятно, — кивнула горничная. — Тогда я побежала, дел — не знаешь, за что вперёд хвататься. Барон Делаверт прибыл, слышала уже?

Кузен Михаэля!

Впрочем, ей сейчас ни до кого не должно быть никакого дела. Главное, не выдать себя и убраться из замка без потерь.

Горничная убежала, Мариэта двинулась вслед за ней, потом повернула на черную лестницу, перешла на женскую половину и поднялась на этаж, где находились её покои.

На зельеварку никто не обращал внимания, поэтому она смогла остаться в одиночестве.

Осмотрела комнаты — почти привыкла к ним. Что ни говори, а условия в замке были удивительно комфортными, она никогда так не жила. Одна купальня чего стоит! Что ж, побарствовала, пора и честь знать.

Женщина перебрала свои пожитки, выбрала то, что будет невозможно заменить и постаралась плотно и компактно увязать. Получилась небольшая сумка, которую она вполне могла носить всюду с собой, тем более, что так поступала и раньше, просто до этого в сумке она держала готовые зелья.

Немного поколебавшись, Мариэта прошла в гардероб, куда слуги перенесли все запасы трав из хранилища, и отобрала несколько видов. Оглядев отсортированное, зельеварка горестно вздохнула — жалко уничтожать качественное сырьё! — но решение не изменила. Взяв в охапку травы, мешочки и пару коробочек, она подошла к отхожему месту и по очереди выбросила всё, не забывая пользоваться водой, чтоб ни листика не осталось. Конечно, на ее место найдут другую зельеварку, но пока Приния к ней подберется, пока заставит ту сварить новое зелье — в общем, отсутствие необходимых ингредиентов обнаружится не сразу. А там, глядишь, граф разберется, и защитит жену с детьми от убийцы.

Татуировка кольнула, напоминая, что у неё тоже не всё так просто.

Если она — жена графа, как утверждала старая зельеварка, рассмотрев её брачную вязь, то кто тогда Михаэлю Гвинет? Как же все запуталось!

На следующий день, когда