Фатум - Азура Хелиантус

моментом, когда Равенер отвлекся, повернувшись ко мне спиной ради трапезы моим мужем, я с ослепляющей яростью вонзила кинжал в каждый из тех уродливых глаз, что были у него на спине.

— А ну пошел прочь от него!

Я успокоилась только тогда, когда он превратился в бесформенное зеленое месиво у моих ног, смешавшееся с остатками слизи. С тяжелым сердцем я посмотрела на лицо Данталиана.

Лоб Дэна был покрыт испариной, его естественный цвет лица сменился нездоровой бледностью, губы были сухими и потрескавшимися, а веки он приоткрывал с огромным трудом.

Я не могла его коснуться, не могла ему помочь. Я не знала, что делать.

Пока я в отчаянии пыталась связаться с Рутенисом, чтобы попросить помощи — ведь он был единственным, кто умел водить, кроме нас, — ледяная дрожь пробежала по моей спине.

Никто не знал, куда мы отправились в тот день.

Никто, кроме Эразма, который искал Данталиана, чтобы спросить, где мы, так как по возвращении с пробежки не нашел нас дома.

Глава 21

Лесбия вечно злословит, о мне говорит не умолчено. Пусть я подохну, когда Лесбия любит не меня. Признаки те же и у меня: я ее проклинаю ежечасно. И пусть я подохну, если не люблю ее. КАТУЛЛ

— Откройте эту гребаную дверь! — прогремел Рутенис с тревогой на лице.

Данталиан опирался одной рукой на его плечо, другой — на мое; его массивное тело безвольно повисло между нами, он едва удерживал глаза открытыми. Его кожа была влажной от пота и бледной, как у трупа.

Рутенису, который, к счастью, мгновенно откликнулся на мою просьбу о помощи, пришлось притащить пару ведер воды, чтобы смыть яд, в котором Данталиан был измазан с головы до пят, и надеть толстые перчатки, чтобы избежать любого опасного контакта.

Дверь распахнулась через мгновение — это был Мед, на лице которого читалась такая же тревога. Мы поспешно проскочили мимо него, чтобы уложить Данталиана на диван; Рут устроил его поудобнее, начал стаскивать с него одежду, оставив в одних боксерах, а затем повернулся к Химене.

— Неси полотенца и намочи их в самой ледяной воде, какую найдешь.

Ей не пришлось повторять дважды: она метнулась на верхний этаж, а он повернулся ко мне. Он в упор посмотрел на меня, будто приказывая сохранять спокойствие.

— Первым делом нужно сбить температуру, она слишком высокая.

я лихорадочно закивала, меняя черные перчатки на новую, целую пару. Мед, последовав моему примеру, собрал всё, что соприкасалось с зеленым веществом, стараясь держать это подальше от себя. — Пойду сожгу это.

Я снова кивнула, не в силах сделать что-то еще. Мой разум был затуманен паникой, губы не размыкались, чтобы вымолвить хоть слово, а мышцы казались ватными. Я теряла рассудок, и всё потому, что мне было страшно.

Рут, кажется, заметил мое состояние, подошел и ободряюще сжал мое плечо.

— Эй. — Он слегка присел, чтобы его синие глаза оказались на одном уровне с моими.

Единственное, о чем я могла думать, — как сильно мне хотелось встретиться взглядом с двумя другими, золотыми.

Он заговорил успокаивающим голосом: — Всё будет хорошо, ладно?

— Всё будет хорошо, — механически повторила я, сама в это не веря.

Он выхватил смартфон из заднего кармана и отошел на пару метров, но я даже не обратила на это внимания. Химена вернулась в гостиную и передала мне полотенца, смоченные ледяной водой. Я принялась прикладывать их к горячему, всё еще покрытому потом лбу Данталиана, а затем и ко всему его телу. Мне хотелось нежно погладить его, чтобы разгладить глубокие морщины на лбу, прорезавшиеся от боли, которую я тоже чувствовала.

Она была настолько интенсивной, что перехватывало дыхание, но адреналин действовал как анестезия.

Я держала холодную ткань на его коже в надежде, что это охладит его — температура была слишком высокой даже для нечеловеческого существа. Тихие стоны боли, срывавшиеся с его губ, сжимали мне сердце.

Я занялась остальным телом, прикладывая полотенца к самым важным точкам. — Принеси еще, Хим, пожалуйста, — пробормотала я.

Химена кивнула — кажется, у неё паники было больше, чем у меня, — и снова побежала в ванную. В этот самый момент Рут вернулся к нам, всё еще прижимая телефон к уху, его синие глаза были полны беспокойства.

— Ладно, мы так и сделаем. Ты только поторапливайся. — Он убрал смартфон в карман и подошел ко мне.

— Что происходит? — спросила я, уже на грани срыва.

— Всё нормально, сюда едет ведьма, она поможет. — Я скептически на него посмотрела, ничто не гарантировало мне, что ей можно доверять, поэтому он поспешил прояснить ситуацию.

Больше всего я боялась, что прошлое Данталиана, его образ жизни, может ему навредить. Кто станет спасать того, кто сам обрывает чужие жизни?

— Она моя подруга, ей можно верить. Она только велела не давать ему уснуть.

Мой взгляд упал на страдающее лицо мужа.

Он оказался в этом положении из-за меня, он приманил монстра, чтобы тот не тронул меня. И когда я сама шла по тонкой нити между жизнью и смертью, он заботился обо мне. Теперь я буду заботиться о нем.

Я опустилась на колени, придвигаясь к нему как можно ближе. — Данталиан.

Он ответил невнятным ворчанием, словно говоря: «я слышу тебя».

Я погладила его темные волосы, убирая со лба мокрую от пота челку, которая почти закрывала глаза. Его веки казались тяжелыми, он их почти полностью опустил.

— Данталиан, прошу! Ты должен прийти в себя.

Он медленно покачал головой из стороны в сторону, давая понять, что не может открыть глаза и хочет только покоя.

— Нет, Дэн, мне плевать, как тебе трудно. Ты должен оставаться в сознании.

Он отвернул голову, ускользая от моих ласк. Я приняла это как отказ.

— Данталиан. — Мой голос сорвался, я просто не могла смотреть на его мучения.

Рут тоже опустился рядом со мной, пытаясь поймать его взгляд. — Что ты за принц воинов такой, если сдаешься? Не валяй дурака!

Дверь распахнулась с грохотом, и я всем сердцем надеялась, что это ведьма пришла спасти этого демона, который не выходил у меня из головы. Я была глубоко разочарована, когда увидела короткие белые волосы, бледную грудь, руки в татуировках и синие шорты.

Слепая ярость вспыхнула во мне, поэтому я снова отвернулась к Данталиану, чтобы не сорваться. В этот момент только он имел значение.

Эразм подбежал к нам. — Что за херня происходит?!

— На них напал Равенер, укусил его и швырнул прямо в свою слизь. Когда я приехал, он был весь в яду. — Рут