#НенавистьЛюбовь - Анна Джейн

Того, кто оставался рядом всю мою жизнь.

Того, кто был безумно близок и одновременно далек, находясь за стеной, разделяющей наши комнаты. За стеной, разделяющей наши сердца.

Странно приходить к таким мыслям в чужом темном и душном шкафу, но я, почувствовав отголоски нашей былой Вселенной, поняла, что любовь к этому человеку была и остается сильнее ненависти.

Чека выдернута. Взрыв уже не остановить. Нужно или принять его или убегать.

А я убегать не хотела.

И я тянулась к губам Матвеева, забыв обо всем на свете. А он тянулся ко мне.

Свет, ударивший в лица, не дал нам этого сделать. Поцелуй не произошел. Створки шкафа отворились, и мы отпрянули друг от друга.

— Чем это вы там занимались? — усмехнулся Стас. Выглядело он вполне довольным.

— Прятались от твоего будущего тестя, — отозвался Даня. К его щекам прилипла кровь. — Ушел?

— Ушел. Руслана его увезет. Так что время у нас есть, ребятки.

Больше Стас на нас внимания не обращал — одновременно решал несколько важных вопросов, разговаривая сразу по двум телефонам и с кем-то яростно переписываясь в планшете. А мы сидели друг напротив друга в мягких удобных креслах, и между нами стоял прозрачный столик, заставленный блюдами — Стас сдержал слово, и нам принесли обед. Правда, у меня кусок в горло не лез — так я нервничала, хоть и не показывала вида. Зато Матвеев спокойно себе ел, словно и не он сидел со мной в пыльном шкафу, словно и не он шептал мое имя, словно и не он обещал рассказать мне правду.

2.9

Я решила подождать, пока Даня закончит — чему-чему, а терпению я научилась. Да и внутренняя бабушка была довольна. Клоун все так же уминал за обе щеки, как и в детстве.

— Вкусно, Данилушка? — нежно спросила я, ковыряя изящной ложечкой в чизкейке, и выразительно посмотрела на Матвеева. Тот подавился. И мне пришлось вставать, чтобы заботливо похлопать его по спине. Хлопала я со всей силы.

— Все-все! Хватит! — вскочил Даня, все еще кашляя. — Ты меня прибить хочешь, что ли?

— Я тебе помогала, — похлопала я ресницами.

— Да ты что! И как же?

— Дурь выбивала.

— А я думал, душу решила вытрясти, — проворчал Матвеев и снова принялся за еду. Я уселась на место, не забыв стянуть туфли — дорогие, красивые, но неудобные. И снова стала за ним наблюдать.

— Что, — подозрительно спросил Даня, перестав жевать, — опять твоя внутренняя бабушка проснулась?

— Нет, — улыбнулась я широко. — Мой внутренний киллер. Кстати, мою порцию тоже скушай, — пододвинула я ему поближе блюдо с пастой, к которой даже не притронулась.

— Спасибо, я сыт. И чего хочет твой киллер?

— Правды или… — Я выразительно провела большим пальцем по шее, явно давая понять Матвееву, что я с ним сделаю.

— Я же сказал, что все расскажу. Только вопрос в том, нужно ли тебе это, — посерьезнел Клоун.

— Нужно, — сказала я твердо. — Еще как нужно.

— Хорошо, — кивнул Даня, не сводя с меня тревожных глаз. А я почему-то смотрела на ямочку на его шее — сейчас, когда он снял пиджак с галстуком и расстегнул верхние пуговицы рубашки, ее было видно особенно хорошо.

Меня манила эта чертова ямочка между его ключиц. И я с трудом перевела взгляд на лицо Матвеева, не сразу осознав, что теперь пялюсь на губы. И тут же мой взгляд метнулся к его лбу.

— Говори! — потребовала я. И на сердце отчего-то сделалось тяжело.

— В смысле — не хватает?! — заорал в это время Стас, сидящий за своим столом. Да так, что я вздрогнула. — Какого черта? Сделай так, чтобы хватило. И мне плевать, что какое-то мероприятие! Да пусть оно хоть триста раз запланировано! Я плачу бабки! Большие бабки! Как хочешь — но вопрос реши. Ясно?

И Чернов отбросил на стол телефон — между прочим, дорогой.

— Что-то случилось? — спросил Даня.

— Спроси лучше, приятель, чего не случилось, — усмехнулся Стас. — Конкретно сейчас в актерском агентстве не хватает нескольких человек на роли гостей. Но, думаю, это не страшно. Все решится. Все решится.

С этими словами Чернов встал, набрал чей-то номер и стал громко и бурно разговаривать, меряя кабинет широкими шагами. Шума от него было столько, что Даня предложил мне спуститься вниз, на улицу. Я лишь согласно кивнула и натянула поверх платья кожаную куртку.

Честно говоря, это было не самое лучшее решение, которое мы сегодня приняли. Второе по глупости после согласия стать мужем и женой.

Мы спустились вниз, прошли мимо сотрудников ресторана, которые усердно занимались тем, что расставляли столы и украшали под руководством какой-то темноволосой женщины зал, и вышли на улицу. Было прохладно, но солнечно, и я глубоко вдохнула пахнущий опавшими листьями воздух — упоительно-нежный и знакомый. На нас смотрели прохожие, но нам обоим было все равно. Мы не замечали чужих взглядов.

— Ты когда-нибудь замечал, чем пахнет осень? — спросила я задумчиво, стоя рядом с рестораном и глядя на редкие пожелтевшие деревья, что отделяли его от проезжей части. Мне казалось, будто эти деревья, день за днем сбрасывающие листву, засыпают. Чтобы сладко проспать всю зиму под снежными шалями, а весной проснуться — молодыми и счастливыми. Мне тоже хотелось так же переживать холодные зимы — засыпать и просыпаться с первой зеленью.

Было бы здорово, если бы после того страшного разговора с Даней я заснула, а проснулась тогда, когда мою жизнь солнечным светом освещало