Плохой нянька - С. М. Станич

— Не-а, блядь, глупышка-Всезнайка. — Зэйден встает на колени и подползает прямо ко мне, раздвигает мои колени и устраивается между ними, придерживая качели, чтобы удержать меня от покачивания назад. Мне следует сказать ему, чтобы не прикасался ко мне, оставил меня в покое, но… приятно видеть его здесь. — Я хочу дать шанс тому, что есть между нами. Я ехал уже примерно часа два, когда понял, что со мной не так, почему я весь в поту, почему у меня все внутри болит, и почему чувствую ужасную головную боль.

— И почему же? — слова даются мне с трудом, так как Зэйден одаривает меня своей фирменной улыбкой-ухмылкой.

— Потому что я страдаю от очень тяжелого случая ЛСПВ.

— Хм. — Отклоняюсь от него и моргаю несколько раз, небольшая романтическая пелена спадает с моих глаз. Я надеялась, что Зэй пришел сюда, чтобы признаться, а вместо этого он говорит мне, что у него ЗППП? — Это заразно?

Зэйден откидывает голову назад и смеется, потом опускает подбородок и наклоняется, прижимаясь лицом к моей шее. Меня внезапно бросает в дрожь, когда его руки обвиваются вокруг меня.

— ЛСПВ — означает любовь с первого взгляда, глупышка. Понятия не имею почему — потому что этого буквально никогда не случалось со мной прежде — но я, вроде как, до мурашек одержим тобой.

Закрываю глаза и пытаюсь взять себя в руки.

— Я не понимаю, — шепчу, когда Зэйден наклоняется и поднимает руки, чтобы обхватить ладонями мое лицо, сводя меня этим с ума. Открываю глаза и вижу, что он, как обычно, вторгся в мое личное пространство, и от его собственнического взгляда мне не по себе.

— Я пытаюсь сказать тебе, Брук Оверлэнд, что хочу быть твоим нянькой.

Это самая романтическая вещь, которую я только слышала в своей жизни.

— Одно мгновение, ладно, — говорит он, вставая и бросаясь к машине. Я сижу в оглушающей тишине, пока Зэй открывает дверь и включает какую-то музыку.

Это снова «Кареглазая девчонка» Вана Моррисона.

Сжимаю губы, когда Зэйден снова появляется передо мной.

— Пожалуйста, только не пой и не танцуй, — шепотом прошу я, но уже слишком поздно. Он щелкает пальцами и исполняет сексуальные па под музыку. Это должно выглядеть по-настоящему глупо — и отчасти так и есть — но вместе с его мускулами, татуировками и пирсингом, это выглядит… здорово.

Когда Зэй начинает петь для меня, я неожиданно встаю, позволяя качелям качаться позади меня.

— Ты… влюбился в меня с первого взгляда? — повторяю я, и Зэйден замолкает, кивая и ухмыляясь от уха до уха. Истошное мяуканье Хьюберта гармонично вписывается в музыку.

— Ага.

— И ты… остаешься в Эврике… ради меня?

— Да и да, крошка, — подтверждает он, протягивая руку, чтобы коснуться меня. Я перехватываю его запястье, но он лишь уворачивается от моих рук и все равно хватает, притягивая меня ближе к себе. Его улыбка становится чуть мягче, чуть нежнее, когда Зэй проводит большим пальцем по моему подбородку, оставляя за собой огненный след.

Это так сексуально, мило и романтично… пока песня не сменяется на «In Da Club» группы 5 °Cent. Хм. Бе-е. Боже, как же я ненавижу эту песню.

— Брук, я… прости меня за то, как я вел себя вчера. Это не оправдание или что-то еще, но… — Зэйден замолкает и смотрит в мои глаза, словно заглядывает прямо в душу. — Я не ожидал, что полюблю тебя, и уж точно уверен, что не ожидал, как сильно меня это напугает.

— Вчера ты был отвратителен, — говорю я, и это именно так. — Ты мега кретин.

— Ага, размером с Годзиллу, — соглашается он, рисуя круги на моих предплечьях большими пальцами. Ему необходимо знать — каким засранцем и ослом он был, и как глупо заставил меня себя чувствовать. Но позже. Гораздо позже, потому что это мое романтическое признание… и я отказываюсь слушать рэп или попсу, пока это происходит.

— Одно мгновение, — шепчу, возвращая ему его же слова, потом бросаюсь к машине и, используя iPod, включаю «The Air That I Breathe» группы All That Remains. Это отличная, грубая металл-песня. Из-за нее я чувствую тепло и трепет внутри.

Трусцой бегу обратно к Зэйдену и замираю в древесных опилках лицом к нему. Он морщит нос из-за музыки, но продолжает улыбаться.

— Насколько это ненадолго?

— Хм-м?

Упираю руки в бока и глубоко вдыхаю.

— Ты сказал, что останешься ненадолго. Так «ненадолго» — это насколько?

— Ну, — говорит Зэйден, пока околачивается рядом с руками в задних карманах, а затем наклоняется к моему уху. — Столько, сколько потребуется. Может быть неделю. Возможно две. А может и навсегда.

Внезапно парень приникает ко мне и прикусывает мочку моего уха, вырывая у меня вздох.

— Да ладно, ты же знаешь, что не я один здесь влюблен.

— Я до сих пор злюсь на тебя за вчерашнее, — говорю ему, но, когда Зэй фыркает и притягивает меня в свои объятия, я поддаюсь.

— Ты знала, что это всегда было моей фантазией — поиметь девчонку на качелях?

— Ты знаешь, что это федеральное преступление — заниматься сексом в общественных местах? — шепчу в ответ, но Зэйден лишь смеется и притягивает ближе к своему крепкому теплому телу.

Когда он обрушивается на мои губы, глаза закрываются сами по себе, и я полностью таю. Обнимаю Зэя за шею, а он сжимает мои бедра, горячие и твердые. Я чувствую его эрекцию через обтягивающие джинсы, поэтому придвигаюсь ближе, пока Зэйден не стонет мне в рот.

Отклоняюсь и вижу, как парень сверкает своими сексуальными полузакрытыми глазами.

— Ты действительно остаешься? — спрашиваю я, а он улыбается, протягивает руки и сгребает меня в объятия.

Вскрикиваю, когда врезаюсь в шею Зэйдена. Его ухмылка становится шире.

— Если ты все еще не против позволить такому кретину, как я, попытать счастья со всей этой любовной фигней.

— Ты продолжаешь говорить слово «любовь», — замечаю, чувствуя, как мои щеки заливает румянец. — Добавь его в свой список слов, которые ты не должен произносить.

Зэйден выгибает бровь с пирсингом.

— Тебе неуютно от слова на букву «Л»? — бросаю на него взгляд, но он лишь усмехается. — Ну, тогда как насчет того, чтобы попробовать вот это, Брук Оверлэнд: я влюблен в тебя.

— Любовь с первого взгляда, — шепчу, и Зэй пожимает плечами, продолжая придерживать меня. Тот факт, что он может держать меня вот так, обалденно сексуален. — Это не одно и то же.

— Уверен, что да. Независимо от того произошло ли это час, день или год назад, любовь есть любовь. Такая Всезнайка, как ты, должна