Твое сердце будет разбито - Анна Джейн

Я вложила пальцы в его ладонь, и мы пошли в сторону наших домов. Молча. Не знаю, о чем думал Барс, а вот у меня в голове были мысли о том, что рядом с ним спокойно, хоть он и дурачок.

— Когда я делаю что-то хорошее, то надеюсь, что папа увидит это, — вдруг призналась я, когда мы оказались во дворе. — И обрадуется.

— Думаешь, он наблюдает за тобой?

— Конечно, — уверенно ответила я.

— И откуда? Оттуда? — хмыкнул Барс и кивнул в небо, высокое и прозрачно-синее. Такое небо бывает только осенью.

— Отсюда, — коснулась я свободной рукой левой стороны груди. — Отсюда виднее, чем из космоса. А знаешь, почему?

— Почему же?

— Потому что человеческое сердце размером с целую вселенную.

— Если у тебя сейчас вырастут крылья, не утяни меня за собой в небо, — пошутил Дима.

— А если у тебя появятся рога, не утащи меня за собой под землю, — ответила я, и мы дружно рассмеялись.

Перед тем, как войти в подъезд, я на всякий случай огляделась. Отчима поблизости не было. Можно было идти к Диме.

Красивое у него всё-таки имя…

Глава 44. Поцелуй, который меня убьет

Они пришли в квартиру.

Полина была у него третий раз, но Барс, глядя на то, как она деловито раскладывает купленные продукты, вдруг подумал, что она жила с ним всегда. Странное ощущение. Тупое. Он сам тупой. Запал на нее, как идиот. Глаз отвести не может.

Лайм тоже не мог. Таращился на его Полину, как псих. Хотелось вломить ему там, прямо в торговом центре, но Барс сдержался. Ему не были нужны проблемы с охраной, да и синеглазку пугать не хотелось.

Он сидел на кухне, которая наполнилась ароматом, и наблюдал за тем, как Полина готовит. Она включила на телефоне свою корейскую группу, и комнату наполнили мелодичные звуки и незнакомый язык. Под эту мелодию Полина пританцовывала — кажется, ей нравилось и слушать музыку, и готовить.

Она действительно была странной. Он таких никогда не встречал раньше.

Добрая. Светлая. Такая нежная и при этом сильная. Другая.

Барс не понимал, откуда в этой хрупкой фигурке столько силы. Не внешней, а внутренней. И чувствовал себя беспомощным, как в детстве. В отличие от него Полина не ломалась, хотя сама пережила многое.

Она улыбалась. Помогала другим. И взгляд ее был наполнен светом. Этого света он сторонился сначала, боялся. А потом понял, что со светом легче. С такой, как она, легче.

Полина остановилась, сняла с запястья тонкую резинку и затянула волосы в пучок — чтобы не мешались. Когда она подняла руки, то футболка оголила ее живот. Совсем немного, но Барс сглотнул, понимая, что не может оторвать от девушки взгляда.

«Только пол осталось слюной закапать», — недовольно подумал он, не понимая, почему так реагирует на эту девчонку. Просто футболка слегка задралась, ничего такого, но почему пульс стал частить?

Словно забыв о нем, Полина стала активнее пританцовывать на месте, стоя у плиты. Движения ее были изящными, а сама она казалась гибкой. Может быть, танцами занималась? Барс вдруг захотел подойти к ней со спины, развернуть к себе и станцевать медляк. Медляк — потому что танцевать не умел, только качаться в такт музыке. Ну или башкой махать под качовый бит.

Танец Полины закончился тем, что ей на ногу вдруг запрыгнул Обед — видимо, ему стало скучно. Полина взвизгнула и от неожиданности чуть не опрокинула на себя кастрюлю со спагетти. Барс тотчас подскочил к ней.

— Ты в порядке? — спросил он. — Не обожглась?

— Нет, всё хорошо, — улыбнулась Полина и погрозила пальцем затаившемуся под столом Обеду. — Не делай так больше! Такой же злобный, как хозяин.

— Я не злобный, — возразил Барс.

— Ну да, ты ангел, спустившийся с небес дарить любовь людям, — хмыкнула Полина. — Кстати, я забыла сливки купить. Сходи в магазин.

— Я? — недоверчиво переспросил Барс.

— Ну не я же. Ну сходи, ты всё равно без дела сидишь! А еду нужно заслужить!

— Вообще-то, это ты должна делать всё, что я скажу, а не я!

— Двадцатипроцентные, пожалуйста, — мило улыбнулась Полина и похлопала ресницами. Получилось так мило, что Барс не выдержал и, вздохнув, пошел в прихожую одеваться.

Почему в доме стало светлее? Будто в окна заглянуло солнце?

Потому что она тут?

— Подойди ко мне! — крикнул он из прихожей, отодвигая от себя Лорда, который притащил в зубах поводок. Как всегда, просится на улицу.

— Что? — появилась рядом Полина, держа в одной руке фиговину, похожую на ковш с дырками. Зачем эта штука была нужна, Барс не знал. Когда он переехал стараниями Старика в эту квартиру, ему просто принесли посуду, и она, почти нетронутая, лежала на кухне.

— У меня что-то на куртке. Не понимаю, что это. — Барс потянул себя за ворот, и Полина подошла ближе, пытаясь понять, что случилось. Однако ничего не увидела.

Ничего не понимая, она подняла голову, а он вдруг быстро наклонился и поцеловал ее в губы. Звонко. Легко. Дразняще.

Он часто так делал с девчонками. Они от этого фокуса голову теряли.

Полина оторопела, а Барс довольно заулыбался. Ему нравилась ее реакция. Ему нравилось играть роль плохого парня и видеть, как хорошая девочка тает от него. На этом он ушел, оставив ее недоумевать. И вернулся минут десять спустя. В квартире пахло просто умопомрачительно — впервые за всё то время, пока он в ней жил.

Они сели ужинать. Полина действительно умела готовить — Барс оценил это. Раньше никто из его девчонок ничего ему не готовил, а она постаралась. Приятно, черт возьми.

— Ну как? — спросила девушка, наблюдая за тем, как он ест.

— Нормально, — неразборчиво ответил он.

— Нормально — хорошо или нормально — плохо? — пристала она.

— Нормально — значит, нормально, — усмехнулся Барс, хотя паста казалась ему божественной. — Сойдет. Будешь мне каждый день готовить.

— Офигел? — возмутилась синеглазка. — Я тебе не рабыня!

— Ладно, буду добрым. По субботам.

Полина лишь закатила глаза.

Единственное, что умел делать Барс — так это варить в турке кофе. И был так добр, что сделал кофе и для себя, и для своей гостьи. Они сидели на подоконнике