Общество психов - Кэролайн Пекхам

— Кто сказал, что ты мой любимчик? — крикнула Бруклин, и на мгновение наступила тишина, но потом Матео и Найл снова начали спорить между собой, и до меня донесся звук того, как Матео отодвинул свое кресло и поднялся на ноги.

Но я не оглянулся на них. Мой взгляд был прикован к Рук.

Бруклин широко улыбнулась мне, раскинув руки по обе стороны от себя, как пару крыльев, прежде чем снова оттолкнуться от ковра и перемахнуть прямо через перила.

Ее белое платье взметнулось вокруг нее, и она рассмеялась, падая, ни на секунду не сомневаясь, что я поймаю ее.

Она тяжело приземлилась в мои руки, но я ни на секунду не дал ей подумать, что уроню ее, подхватив ее под ноги и обхватив рукой за спину, а затем прижав к своей груди.

Она весело рассмеялась, обняла меня за шею и прижалась ко мне, чтобы поцеловать в щеку.

— Ты мой любимчик, Эй-Джей, — заговорщически прошептала она. — У нас с тобой есть особая связь, которую они просто не понимают.

Я кивнул, притянул ее еще ближе к себе и склонил голову, чтобы коснуться губами ее виска, вдыхая ее запах, пока она прижималась ко мне. Она пахла медом, папайей и сексом, и я вдыхал этот аромат, желая большего и наслаждаясь вниманием, которое она мне уделяла.

— Ты бы не был таким чертовски самодовольным, если бы у тебя в кармане не было пульта от этого ошейника, bastardo, — рявкнул Матео позади нас, и Найл громко рассмеялся.

— Ты хочешь, чтобы тебе сегодня не только разбили сердце, но и надрали задницу? — Бросил он с вызовом. — Потому что мне не нужен навороченный ошейник, чтобы втоптать тебя в грязь, мой маленький ослик.

— Тогда докажи это, — бросил Матео с вызовом.

— Может быть, я так и сделаю, — ответил Найл.

Бруклин крепче сжала мою шею и немного приподнялась, чтобы заговорить мне на ухо, ее губы коснулись моей кожи, и я почувствовал, как от этого соприкосновения по моей коже побежали мурашки.

— Мы должны улизнуть, пока они заняты, — прошептала она. — Я хочу устроить охоту на Pops, пока Адское Пламя отвлекся.

Я кивнул в знак согласия, повернулся к двери и понес ее на кухню. Я был вынужден остановиться, прежде чем ступить на кафельную плитку, неохотно отпустив ее и наблюдая, как она начала рыться во всех шкафах один за другим, ругаясь каждый раз, когда ей не удавалось найти то, что она искала.

— Черт, — пробормотала она, подходя к холодильнику. — Я все жду, что он попытается спрятать их на кухне, где им и место, потому что это так логично. Это как спрятать что-то именно там, где ты ожидаешь это найти, потому что никто не ожидает, что ты поступишь так, как ожидают, понимаешь?

— Да, — согласился я, хотя мне казалось маловероятным, что Найл сделает что-то настолько очевидное. Его разум представлял собой запутанный клубок замысловатых мыслей и полусформированных намерений, с примесью насилия, готового вырваться наружу при малейшем поводе. Он был не из тех, кто поступает так, как от него ожидают.

Бруклин печально вздохнула, уставившись в глубины холодильника, и начала водить рукой по груди, массируя ее пальцами, пока задумчиво кусала губу.

— Ты заметил, какие у меня маленькие сиськи, Эй-Джей? — спросила она, не глядя на меня.

— Нет, — буркнул я, потому что они казались мне чертовски идеальными, и я не мог сказать, что хоть когда-то смотрел на них и думал, что они слишком маленькие. Скорее, я смотрел на них и хотел провести языком по затвердевшим соскам или понаблюдать, как она играет с ними, пока я кончаю на ее обнаженную плоть, а она стонет мое имя. Ни одна из этих мыслей не включала в себя какого-либо разочарования по поводу их размера. Они были именно такими, какими я хотел их видеть.

— Нет, — согласилась она. — Потому что они такие маленькие, что на них не обращают внимания.

Я нахмурился, когда она достала из холодильника дыню, наблюдая, как она сильно оттянула верхнюю часть платья и засунула фрукт в ткань, заставляя ее растянуться вокруг него. Она нашла вторую дыню и повторила то же самое с другой грудью, а затем с размаху захлопнула дверцу холодильника и повернулась ко мне с улыбкой, когда закончила.

— Лучше? — спросила она.

— Нет, — прорычал я, и она надулась на меня.

— Ну, а я пробую, так что привыкай, здоровяк, и постарайся не пялиться. — Она направилась ко мне, протискиваясь мимо, когда я не сразу отодвинулся в сторону.

Я последовал за ней по коридору, и мы оба проигнорировали звуки насилия, доносившиеся из гостиной, где Матео и Найл явно были в разгаре кулачного боя.

Если мне повезет, они убьют друг друга и оставят меня и Рук в покое в этом большом, скрытом от посторонних глаз доме посреди «нигде». Тогда я обыщу каждый дюйм этого места в поисках сокровища, которое, по словам Матео, он где-то здесь спрятал, и мы сможем жить счастливо до конца наших дней в мире и покое.

Бруклин остановилась, чтобы понюхать воздух, и ее глаза сузились, а затем она резко обернулась и позвала Брута.

— Иди сюда, мальчик, понюхай со мной!

Чудовищное существо подняло голову с того места, где оно блокировало входную дверь, и издало низкое рычание, уставившись на нее.

— Давай, собака-кусака, — промурлыкала она, похлопывая себя по бедрам и спеша к нему.

Пес зарычал громче, и я последовал за ней, когда она приблизилась к нему. Но я не особо беспокоился, что это существо нападет на нее. Не потому, что я обманывал себя, думая, что это было доброе создание или что он рычал только от страха, а потому, что я знал свою Рук и то, как она умела приручать жестоких животных, что каким-то образом помогало ей выживать вопреки всему.

Правда, очевидно, у этого существа не было проблем с тем, чтобы растерзать любого из нас, если бы оно захотело это сделать, и у меня были следы зубов, подтверждающие это.

Бруклин опустилась на колени, обхватила шею оскалившегося пса и крепко сжала его, пока он агрессивно рычал. Брут клацнул зубами у ее руки, когда она встала, но она только хихикнула, достала из кармана банку тунца и потрясла ею перед ним.

— Найл говорит, что это твое любимое блюдо, — сказала она милым голоском, тряся банкой перед ним. — Хочешь заработать лакомство, помогая мне вынюхать Pops?

Из гостиной донесся оглушительный грохот и крик боли, как будто Найла во что-то