Слова, что обрушат небеса - Анна Панкратова

— Привет, веснушка. — Деймонд притянул Харпер к себе, поцеловал в щеку. — Мы не обязаны идти. Мы ему не подчиняемся.

— Идем. Мне все равно интересно, почему сообщество называют тайным, если они даже не пытаются прятаться!

— У Колда замок и то скромнее, — хихикнула Офелия, когда они пошли по дорожке к главному входу. — Сегодня, кстати, будет посвящение. Кое-кого. Можете остаться.

Харпер сузила глаза, слыша тон подруги: кажется, та нагло врала, когда отвечала, что не знала, зачем Кейлус желал их видеть. Кого же могут посвящать такого интересного, что желательно присутствие Деймонда и Харпер? Они подбирались к высокой деревянной двери, и чем ближе подходили, тем выше казалось здание. И правда — замок! Серый, старый, величественный, богато-отделанный. Башенки красовались лепниной, на стенах виднелись узоры, а окна сплошь радовали фресками.

— Моя комната — вон там! — Офелия указала на ближайшую башню, самую низкую, но и самую просторную. — Но я уже давно тут не живу. Иногда ночую.

Внутри оказалось гораздо светлее и богаче. Почему-то Харпер ждала каменные стены, свечи и мрак, но оказалась в приятной обстановке. Преобладали темно-зеленые цвета — цвета сообщества. На полу лежали ковры, окна прятались за массивными шторами. Всюду горели камины, от чего было тепло и уютно, а свет был самый обычный — люстры и торшеры, в каждом — старые-добрые лампочки, хоть Харпер и поняла уже, что в Мунфоле электричество работало от чистой магии.

Они шли по коридорам с множеством дверей. Офелия болтала без умолка, рассказывая, где и что прячется: кабинеты, спальни, столовые и учебные залы, ведь Кейлус нанимал учителей для своих последователей.

— Там, — Офелия указала в конец коридора, — тренировочный зал и купальни. Кухня и главная столовая на втором этаже. На третьем этаже живет папа и приближенные к нему люди, поэтому на этот этаж нам нельзя. Сюда!

Офелия ушла вперед, а Харпер недоверчиво посмотрела на Деймонда, ожидая, что он сам схватит ее за руку и вытащит на улицу.

— Мы не лезем в логово врага? — прошептала Харпер.

— Я бывал здесь не раз, веснушка. После развода с моей мамой отец переехал сюда. Так что… просто встреча. Идем.

Они вошли в двойные двери и оказались в сердце замка. Просторное фойе утопало в полутьме, ведь на улице начало темнеть. Кожаные диваны и кресла стояли в небольшом углублении, куда вело две ступеньки, книжные шкафы стояли у каждой стены, не считая одной с полукруглыми окнами до самого потолка.

Наконец нашлись люди: в темно-зеленых мантиях, с бокалами в руках. Человек десять обернулось к вошедшим, но быстро потеряли к ним интерес.

— Про Харпер никто не знает, — шепнула Офелия. — Папа решил, что безопаснее, если про нее будет знать только самый близкий круг.

— Понял. Представляю, как свою невесту, — ответил Деймонд.

Офелия проигнорировала спуск к диванам, скользнула за один из шкафов. Харпер едва поспевала за ее шагами и немало удивилась, понимая, что за поворотом очередной длинный коридор. Лабиринт, а не замок!

— Папин кабинет в конце коридора, — пояснила Офелия.

Харпер резко остановилась, видя впереди мужчину и девушку. Не нужно слов, чтобы понять, что они — не люди. И… не грехи. Она напряглась, чтобы разглядеть их потоки. От мужчины шел мороз, холод, от которого волоски покрывались корочкой льда. Могучий и мощный, очевидно, сейчас его пора, казалось даже, что вокруг него сияли снежинки и льдинки. Черные волосы по плечи, темная шуба, что увеличивала его и без того мощные плечи. Густая борода и небольшие темно-синие пронзительные глаза.

Девушка же выглядела совсем юной. В шубе, накинутой на платье, она светилась изнутри, даря чувство покоя. Стоило их взглядам встретится, как душа затрепетала, словно в грудную клетку ворвались бабочки. Блондинка с острыми чертами лица, невероятно красивая и изящная «лесная фея».

Времена года.

— Колд, Зима, — подтвердила догадку Офелия. — И Лорелейн. Весна. О, а вот и Дерек!

Офелия унеслась к Дереку, с которым внезапно начала встречаться, о чем уже успела прожужжать все ужи новой подруге. Харпер прижалась в Деймонду, гадая, чего ждать от этих созданий. К грехам она начинала привыкать, всегда представляла, кого опасаться. Но вот эти двое — что-то новенькое.

— Что они тут делают? — спросила Харпер Деймонда.

— Пойдем выясним. — Деймонд протянул локоть, веля взять его под руку. — Не бойся. Эти адекватные.

Они подошли к Временам года, что увлеченно что-то обсуждали с Кейлусом. Гнев был как всегда в деловом костюме, с тростью, крепко держал рукоятку в виде льва, озадаченно слушая гостей.

— Деймонд! — сказал Колд, протягивая ему руку. — Вернулся домой наконец?

— Колд, леди Лорелейн. — Деймонд склонил голову. Пожал руку Зиме, поцеловал костяшки Весны. — Вернулся ненадолго, пора повидаться с матерью. Познакомить с моей невестой. Харпер.

Харпер вздрогнула, осознавая перед кем стояла: правителями Небесного города, королем и королевой. И выглядит она явно не лучшим образом в пуховике и шапке с помпоном. Скорее стянула ее с головы, разгладила волосы, немало смущаясь. Позволила Колду поцеловать ее руку, выдавила улыбку.

— Приятно познакомиться, — пролепетала Харпер, видя добрые улыбки на лицах правителей.

— И нам приятно. Ты такая красивая! — Лорелейн вытащила пряди Харпер из-под ее пуховика, волосы чуть замерцали, поддаваясь магии, а в руке Весны выросла насыщенно бордовая роза. — Рада, что вы нашли друг друга.

— Что происходит? Почему вы здесь? — спросил Деймонд.

— Фрея готовится к уходу, — холодно заявил Колд. У Харпер мурашки пошли по коже, то ли от его тона, то ли от полученной информации. — С ней Голд, но мы не уверены, что он планирует: помочь новой Природе освоиться или все же захватить трон.

— Поэтому они просят вмешаться меня, — заявил Кейлус. Самоуверенный, спокойный, он со снисходительностью оглядел внешний вид Харпер, едва заметно скривил губы в усмешке. Та хотела смутиться, но передумала. Зато додумалась наконец до масштаба проблемы: Фрея, она же Природа, королева не только Небесного города, как Времена года, но и всего Мунфола.

— Уверен, Феликс не откажет… — начал Деймонд, но Кейлус вскинул руку.

— Он занят очень важным делом с вами. Да и он никогда хорошо не