Королева меняет цвет - Татьяна Миненкова

Напряжение спадает, и дальше мы продолжаем работать по плану. Я позволяю Князеву удерживать инициативу и внимание слушателей, отхожу на второй план и выступаю в роли, скорее, ассистента, чем полноправного партнёра. Это его проект, его звёздный час, его возможность исполнить мечту, моя задача — помочь ему это сделать.

В подтверждение исследования мы предоставляем статистику, диаграммы, графики, опросники. Рассказываем о выявленных в ходе анализа проблемах и предлагаем способы их решения. И всё время защиты меня не покидает ощущение, что всё это Лис сумел бы сделать и без меня, сам. И он прекрасно понимал это в тот день, когда предложил мне готовить проект вместе с ним. Это не было просьбой о помощи и не было жертвой, но для чего он тогда вообще на это решился?

На вопросы жюри, которые градом сыплются на нас, как только речь защиты заканчивается, тоже отвечает Князев, поскольку знает намного больше. Я просто смотрю со стороны и в очередной раз восхищаюсь его спокойствием, уверенностью и упорством. Он точно добьётся успеха, кем бы в итоге ни решил стать. Не потому, что я люблю его, а вообще, объективно. Просто иначе и быть не может.

— А что вы можете сказать о проблематике вердиктов? — интересуется седовласая женщина с кривоватой «гулькой» на голове. Кажется, из городского суда прибыла именно она. — Вердикт ведь тоже является итоговым решением по уголовным делам, разве нет?

Вопрос из серии каверзных и теоретически вообще к нашей теме не относящихся. Однако, поскольку ни Ива, ни кто-либо ещё из жюри женщине замечаний не делают — приходится отвечать.

— Вердикт выносится коллегией присяжных заседателей и основной проблемой является, скорее всего, недостаточная подготовка и отсутствие нужного образования у людей, от решения которых зависит судьба подсудимых…

Неприятная дама поджимает губы, и выражение скорби на её лице выдаёт отношение к ответу. Судя по всему, у неё зрение плохое, возраст, как никак. Она что, не заметила, что наш проект был куда ярче и интереснее остальных? Не обратила внимания, как прекрасно Лис разбирается в теме? Хочется фыркнуть или глаза закатить, но я держусь. Зато нашей оппонентке с гулькой сдерживаться не нужно, и она фыркает, ни в чём себя не ограничивая:

— Вас послушать, молодой человек, так институт присяжных вообще можно было бы отменить, а законодатель — бестолковый и глупый, раз вообще его предусмотрел!

Лис хмурится, но молчит. У меня же внутри вскипает гнев. Да как она смеет вообще? Как у неё язык поворачивается? После всей работы, что Князев проделал, после его блестящего выступления, валить его вопросами не по теме, да ещё и разговаривать с ним в таком тоне. Но я с детства слушала папины рассуждения о прелестях работы в суде, и впитала их, словно губка. Они отложились где-то в глубине сознания, а сейчас, подстёгнутые стрессом, с готовностью вынырнули на поверхность. Я делаю шаг вперёд:

— Вводя институт присяжных заседателей, законодатель слизал его из англосаксонской судебной системы, считая, что то, что удобно в Великобритании, подойдёт и нам, — заявляю я, оттесняя Лиса плечом. — А между тем, в рамках нашей судебной системы институт присяжных в том виде, в котором есть, имеет ряд проблем…

Гулька удивлённо поднимает брови, но слушает заинтересованно. Князев ближе ко мне и, кажется, чувствует мою злость, как будто она исходит во все стороны обжигающе-жаркими волнами. Оценив ситуацию критически, он пытается осторожно коснуться моего локтя, но я сбрасываю ладонь и, активно жестикулируя, продолжаю:

— Во-первых, присяжных попробуй найди: не каждый захочет тратить на судебные заседания личное время и нести потом ответственность за вмешательство в судьбу постороннего человека…

— Вообще-то, судебные издержки им оплачиваются! — заявляет гулька, а я закатываю глаза:

— Ну да! Не так много, чтобы оплатить лечение, если родственники подсудимого решат отомстить, потому что защиту присяжных законодатель тоже не обеспечивает!

Кажется, жюри и старшеклассники всё же дождутся от нас чего-то особенного. И этим особенным будет драка. Потому что, не дав оппонентке раскрыть рот, я продолжаю:

— А кто оградит их от общественного мнения, скажите? Они обычные люди, для которых участие в судебных заседаниях не является работой. На них влияют СМИ, которые могут осветить доказательства с выгодной стороны, а это приводит к необъективности вердикта!

В этот момент Ива что-то торопливо шепчет Гульке на ухо, но я не обращаю на это внимания, готовая продолжать битву. Она ещё пожалеет! Но собеседница внезапно капитулирует:

— Достаточно, — успевает проговорить она до того, как я выскажу новый аргумент. — Я получила ответ на свой вопрос. Благодарю, Аниса.

Напряжённый выдох Лиса за моей спиной щекочет волосы на затылке. Жюри тоже улыбаются, понимая, что угроза драки миновала. А учитывая, что Князев был для Гульки «молодым человеком», а ко мне обратились по имени — ей Ива или фамилию мою назвала, или озвучила то, кем является мой отец. Это злит ещё сильнее, ведь я справилась бы и собственными силами. Мне есть что сказать, но Лис одними губами шепчет:

— Ниса, не надо.

И успокаиваюсь я лишь в угоду ему. И пожалуй, в угоду жюри, что всё же выставляют нашему проекту высшие баллы.

После этого мы возвращаемся на свои места измотанные, но довольные. Молчим, не в силах сказать что-то ни друг другу, ни вообще. Не знаю, оценил ли Князев мою помощь, или считает, что я чуть ему защиту не запорола. Но когда всё заканчивается, и мы выходим в коридор вместе с остальными, он всё же говорит мне «спасибо». Кажется, Князев хочет сказать что-то ещё, но я ухожу первой.

Слишком велик соблазн сдаться и поблагодарить его за поддержку. Сказать, что без него ничего бы не получилось. Признаться, что восхищаюсь им. И попросить, чтобы всё было как раньше. Но всё так запуталось, что как раньше уже не будет и, кажется, нам всё-таки

[1] Деликтоспособность — способность лица нести ответственность за свои действия.

44. Реванш

23 мая, пятница

Fighter — Power-Haus, Christian Reindl, Dream Harlowe

Для того чтобы Лис сдался, потребовалось больше месяца. Но то, что именно он заговорил со мной первым радует несмотря на контекст.

— Ты знаешь, что вэшки уже устроили тотализатор и принимают ставки на победителя?

Уроков больше нет, но в школе приходится появляться ежедневно ради каких-нибудь организационных моментов. Семинары по подготовке к