Любовь среди туманов - Кира Крааш

– Ты – темная, – заявил Аксель.

– Это факт, – согласилась я.

– Нет, ты не поняла. Ты – темная. Вас тут очень не любят и слегка побаиваются.

– Что-то по твоей Элизабет этого не скажешь, – покачала я головой.

– Она влила в себя полпузырька какого-то там эликсира для храбрости, – усмехнулся парень.

– О… Элен зря времени не теряет, – пробормотала я.

– Ваша ведьма? Это да, я был впечатлен перечнем ее товаров.

– Вы уже общались? Ну вот ей и предлагай!

– Она – ведьма. А ты – маг.

– И что это за дискриминация по профессиональному признаку? – возмутилась я.

– Ты сможешь за себя постоять, если ситуация выйдет из-под контроля, а она – нет, – пожал плечами Хант.

– И что это за ситуация такая, что может выйти из-под контроля? – прищурилась я.

– Ну не знаю, – картинно задумался парень, – может быть, беспринципные охотницы за деньгами, наглотавшиеся темных зелий?

– Так. – Я потерла лицо руками. – Это, конечно, превышает самые смелые мои фантазии по веселому времяпрепровождению в вашей академии, но я вынуждена отказаться.

– Почему? – резко погрустнел парень.

– Потому что! – возмущенно ответила я.

Нет, ну в самом деле, не объяснять же ему, что идея – бредовая, затея – бедовая и вся история сомнительно оттеняет светлый лик этого странного студента?

В дальнем конце коридора раздались шаги, и Аксель недовольно цокнул.

– Сюда идут. Последний шанс поторговаться, темная.

– Тебе как больше нравится – «нет» или «категорическое нет»?

Шаги неумолимо приближались.

– Ладно, я предлагал, ты отказалась, так что будем считать, все происходит добровольно, – пробормотал парень.

А потом вдруг резко обнял меня, прижал к стене и впился поцелуем. Я не успела ни пнуть, ни пикнуть, как раздалось возмущенное:

– Хант! – это ректор.

– Мортон! – это Дестрак.

– Аксель! – а это какая-то девица.

Аксель оторвался от меня как будто нехотя и медленно повернулся к голосам. Застукавшие нас за непотребством выглядели потрясенно, возмущенно и шокированно.

– Мортон, – процедил Дестрак, – потрудись объясниться.

– О, тут все просто, магистр, – не дал мне и рта раскрыть Аксель, – мы так усиленно налаживали социальные связи вчера весь день, что решили не прекращать их налаживание и в дальнейшем.

У магистра некромантии дернулся глаз. У ректора Светлейшей академии тоже. Мужики оказались удивительно синхронны, как будто репетировали.

А вот сопровождающая их девица смотрела на нас такими огромными глазами, что я поняла: капец. Можно засекать время, через которое каждый студент в академии будет считать, что я с этим светлым упырем встречаюсь.

Светлый упырь, кстати, обнял меня и промурлыкал в макушку:

– А я предлагал поторговаться.

Прокляну. Нет, честное слово прокляну. Как только отдеру челюсть от пола после такой наглой выходки, так сразу и по полной!

Глава 5

Пока мы шли до столовой, я размышляла. Нет, конечно, проклясть там как-нибудь зловредно или просто наябедничать парням на Акселя можно, но недальновидно. Из нас двоих это я ему была нужна, а не наоборот. Значит, ситуацией можно пользоваться. Нужно пользоваться!

В общем, когда я закончила всесторонний анализ сложившийся ситуации, мы пришли.

Пришли и как-то сразу оказались под прицелом десятков глаз. Да что там десятков, вся столовая пялилась на нас! И я решила – ну чего теряться-то? Терять-то все равно уже нечего.

– Дорогой, – промурлыкала я, прижимаясь к Акселю всем телом, – ты же принесешь мне завтрак? Буду ждать тебя во-о-он там.

– С удовольствием, милая, – ответил Хант с таким невозмутимым лицом, что мне даже стало капельку обидно, что его не проняло.

Я забилась в дальний угол, выбрав столик на двоих, и принялась ждать. Ждать и наблюдать. На оставленного без присмотра темной магички Акселя моментально налетела стая девиц разного калибра и, видимо, устроила допрос с пристрастием.

В итоге до моего стола парень дошел крайне недовольный жизнью. Однако это не помешало ему набрать на мой поднос действительно вкусные блюда. Отдельную благодарность Акселю можно было выписать за кофейник и молочник, но я решила, что сначала – еда, а потом – разговоры. А то если там кто-нибудь решил с утреца отработать на светлых магах веселые темные шутки, то меня опять потащат к ректору выслушивать нотации.

К счастью, ничего такого не случилось. Я быстро ела, краем глаза следя за входом в столовую. И когда все темные подтянулись и устроились за облюбованным вчера столом, я почувствовала некоторое облегчение. Кажется, завтрак мне не испортят.

– Итак? – спросил Аксель, заметив, как я расслабилась.

– Итак? – приподняла я брови.

– Ты хотела что-то обсудить или уже вживаешься в роль?

– Нет, что ты, – оскалилась я, – захотелось придать романтики нашим отношениям.

– Темная, сжалься, – тихо простонал Хант. – Пока я с боем добывал еду, меня атаковали тысячью дурацких вопросов.

– А заодно подлили антидот во все тарелки, – заметила я.

– Что? – оживился парень.

– Антидот от приворота у тебя во всех тарелках. И, насколько я могу судить, это все работа Элен.

– Она на нас озолотится, – недовольно пробурчал Аксель.

– Она на вас озолотится, – поправила я.

– Ладно, Гвендолин, называй свою цену.

– Для начала мне интересно узнать, почему это самые отчаянные охотницы за тем, что плохо лежит и ходит, решили тебя заполучить?

– Они думают, я – принц, – поморщился Аксель.

– А ты – нет?

– Даже если и да, думаешь, я бы в этом сознался?

– Но тут же куча аристо, которые просто не могут не знать тебя в лицо!

Аксель выразительно поднял бровь, и я быстро поправилась:

– Ну, если предположить, что ты – он. Гипотетически.

– Ты просто представь масштаб страны. Наследника в лицо знает королевская семья и придворные. Но их дети до совершеннолетия не представлены ко двору, многие вообще обучаются в своих феодах. Поэтому из студентов академии принца в глаза видели от силы человек десять – двадцать.

– И поэтому бедные девушки кидаются на всех холостых парней в академии? – невинным тоном уточнила я.

– На некоторых. Но мне повезло особенно…

– Какая-то сволочь проболталась, что ты – это он? – предположила я. И быстро добавила: – Гипотетически.

– Типа того, – нехотя ответил Аксель, немного побарабанил пальцами по столу, о чем-то размышляя, и добавил: – Просто некоторые девушки унаследовали свои амбиции от отцов.

Которые знают принца в лицо, понятно.

– Ладно, с этим разобрались. Но ведь у принца с момента рождения наверняка есть какая-нибудь невеста? Вас же… их же обручают, чуть ли не как только достают из чрева матери.

– Нашему принцу повезло и не повезло одновременно, – хмуро проговорил Аксель.

– Удиви меня!

– Среди благородных девушек королевских кровей нет ни одной свободной подходящего возраста.

– О-о-о… – протянула