Мое имя Морган - Софи Китч

глубоких вдохов и позволила сознанию поработать над ним. Под давлением моих рук к стене устремились, просачиваясь внутрь, струйки тепла – раздвигая, очищая, растворяя сопротивление, медленно устраняя напряжение внутри головы.

Глаза Артура распахнулись. Я опустила руки, чувствуя, как меня охватывает знакомый восторг успешного исцеления. Хоть что-то в моей жизни по-прежнему оставалось очень простым по своей сути. Король, мой брат, неуверенно коснулся пальцами лба.

– Пресвятая Богородица! Все… все прошло! Ни следа не осталось. Остальные об этом знают?

Я сглотнула, восторг мигом исчез.

– Не… не совсем, мой господин. Как я говорила раньше, я никогда особенно не практиковалась. И говорить об этом я не склонна.

– Очень жаль. Так быть не должно, – сказал он. – Учитывая твои знания и навыки, ты станешь настоящим благословением моего двора. Надеюсь, ты не забыла свое обещание присоединиться ко мне в Камелоте?

Значит, это все-таки произойдет: если Артур станет настаивать, чтобы я осталась в Камелоте ради блага Британии, то я освобожусь от Гора. Мой ребенок родится в замке своего дяди, верховного короля, его станут баловать и дадут лучшее образование, чем где бы то ни было. Уриен не посмеет отказаться от такой привилегии.

Я уже открыла рот сказать, что готова остаться, когда он добавил:

– Скажем, где-нибудь через год? К следующей Пасхе? Мне хватит времени разобраться с этими неприятностями по ту сторону Пролива, а твоему ребенку – родиться и прочно занять свое место законного наследника. Наверняка короля Уриена не устроит никакой другой вариант.

– Может, и так, но…

Меня прервал стук в дверь: явился очередной паж.

– Прошу меня извинить, сир, но милорд король Гора спрашивает, можно ли ему засвидетельствовать вам свое почтение.

– Конечно! Пришли его сюда. – От его разрешения у меня пересохло горло; с тех пор, как мы прибыли в Камелот, я не допускала Уриена к себе в покои. – Пусть он тоже услышит наши хорошие новости.

Король поднялся, готовясь к встрече, я поступила так же, чувствуя слабость в ногах, и коснулась его локтя.

– Не упоминай при моем муже того, о чем мы говорили: про мой приезд в Камелот, про исцеление… он не поймет.

Артур нахмурился.

– Ты хочешь, чтобы я лгал?

– Не лгал, просто… пусть это останется между нами. Пожалуйста, Артур.

Он посмотрел на меня долгим пытливым взглядом, а Уриен меж тем зашел, улыбаясь делано-очаровательной улыбкой, низко поклонился моему брату и триумфально сверкнул мне глазами. Я нахмурилась и отвернулась.

– Ваше величество, чем мы с женой обязаны удовольствию повидаться с вами? – самоуверенно произнес он.

Артур покосился на меня, сжав зубы, поколебался, а потом снова перевел взгляд на мужа.

– Просто хотел поздравить вас как брата с предстоящим наследником и похвалить вашу жену, король Уриен. За столь короткое время нашего знакомства она уже оказала мне неоценимую помощь. Для Камелота большая потеря, что Морган принадлежит Гору.

– Я не слишком в этом уверен, мой господин. Попытались бы вы с ней пожить! – Уриен от души расхохотался и оборвал смех, лишь когда увидел, что ни я, ни верховный король к нему не присоединились. – Простите меня, ваше величество. Это была шутка.

Артур склонил голову.

– Очень надеюсь, король Уриен. Лучше нам оставить эту тему. – Он положил руку мне на плечо. – Дорогая сестра, я надеюсь, время пролетит быстро, и ты снова вернешься сюда.

– И я всей душой разделяю твою надежду, мой господин.

Я смотрела, как он уходит, и ощущала в каждой косточке тела зуд предвкушения. Год, весна, лето, осень и зима, вот и все. Они пройдут.

– Загрызи меня Люцифер, что это было?

Я забыла о присутствии Уриена, успев привыкнуть, что его поблизости не наблюдается. Крупная фигура мужа заполнила пространство между мной и дверью.

– Можешь уходить, – сказала я ему. – Это король тебя пригласил, а не я. У меня по-прежнему нет настроения с тобой беседовать.

Уриен широко раскинул руки.

– И тем не менее я здесь. Наконец-то муж может поговорить с собственной женой, и никакая валлийская мегера не помешает мне делать то, что сам Бог велел.

Я закатила глаза.

– Только леди Элис не припутывай, она делает то, что я велю. Ее личное мнение не имеет к этому никакого отношения.

– Так у нее есть мнение насчет меня? – спросил он злобно. – Это попахивает изменой.

Я сжала пальцы в кулак, чувствуя желание ударить его.

– Я в любом случае думаю о тебе куда хуже, чем она.

Муж с некоторым подозрением посмотрел на меня.

– Зачем он приходил?

– Он – верховный король и может делать все, что ему угодно, – ответила я. – Проклятье, не мне объяснять его действия!

– Ты, небось, жаловалась ему на мои промахи.

– Слишком ты себе льстишь, – едко парировала я. – Твоя ложь и твои низкопробные предательства недостойны того, чтобы король Артур имел с ними дело. Они недостойны и моего внимания тоже, да только я связана с тобой по закону. Но не считай мое молчание уступкой – прими его как предупреждение о том, что я могу сделать с твоей репутацией.

Он метнулся ко мне, схватил за скрученную на затылке косу и стал тянуть, пока я не вскрикнула от боли. Его лицо оказалась так близко к моему, что я унюхала запах пряного меда у него изо рта.

– Как ты смеешь угрожать мне своим змеиным языком! – взревел он. – Я должен выбить твои ядовитые зубы.

Не обращая внимания на тошноту и боль в спине за выступающим животом, я посмотрела прямо ему в глаза и сказала:

– Давай! Ударь меня, и я выйду к столу верховного короля, неся синяки как награды. Разорви меня пополам, отправь к дьяволу собственное дитя. Делай, что хочешь, и убирайся.

Уриен помедлил, его челюсть дрогнула, зубы обнажились в оскале. Внезапно он выпустил мою косу и расправил плечи, глядя на меня сверху вниз как на сапог, измазанный собачьим дерьмом.

– Ты ненормальная какая-то, – бросил он. – Баба, созданная из адского пламени. Утер Пендрагон был прав, когда хотел сбагрить тебя с рук, и мне жаль, что в конце концов я оказался с тобой связан. Подумать даже боюсь, что за демонское отродье выйдет из твоего черного лона, когда настанет время. Боже, помоги нам всем!

Глава 54

Однако родила я не демона, а сына – пахнущее молоком розовое облачко с крохотными кулачками и блестящими темно-золотыми кудряшками, создание столь ангелоподобное и совершенное, что, казалось, я дала жизнь херувимчику.

Ивейн, принц Гора, пришел в мир легко – конечно, не без крови и болей, но быстро и без затруднений, и теперь лежал у моей груди, живой и голосящий. Когда он сосал молоко, в его громадных синих глазищах