Шторм ярости и мести - Мелисса Рёрих

— Каких тайных виллах?

— Аксель, дорогой, — пожурила она. — Ты хочешь, чтобы я поверила, будто Наследник королевства не знает о тайных виллах? — когда он лишь растерянно моргнул, она цокнула и снова отпила из бокала. — На тайных виллах скрещивают фейри и Наследия, радость моя.

— Это запрещено! — мгновенно отозвался он.

Она склонила голову, шелковистые темные волосы соскользнули на плечо.

— Именно в это они и хотят заставить тебя верить, не так ли? Я заметила, что самые нелепые слухи обычно оказываются чистой правдой. Спроси Манселя.

Взгляд Акселя скользнул к представителю Наследия напротив, и ухмылка на его лице подсказала: Акселю не понравится то, что он сейчас услышит.

— Ну? — потребовал Аксель, когда Мансель продолжил молча пялиться на него. — Говори!

— Ты здесь не в своей тарелке, маленький запасной Наследник, — процедил Мансель.

И в следующую секунду он начал задыхаться в тенях. Сила Акселя метнулась через стол, обрушившись на мужчину и отшвырнув его стул назад.

— А ты забываешь свое место! — прорычал Аксель. — Ты думаешь, раз ты здесь, в ее Доме, то ты значишь больше меня? Я все еще сильнее и влиятельнее тебя, и Подземелье — по-прежнему мои владения.

— Пока что! — прохрипел Мансель.

Тени сжались сильнее, глаза Манселя начали выкатываться, пока Аксель медленно поднял свой бокал с кровью и сделал крошечный глоток. На вкус это было совсем не как у нее. Кровь была теплой и соленой. Какой-нибудь фейри воды, без сомнения. Ему захотелось выплюнуть то малое, что он проглотил.

— И даже когда я не смогу управлять тенями, которые мешают тебе дышать, я все равно буду сильнее тебя, Мансель. Я во всем буду превосходить тебя. Согласен?

Мужчина сверлил его взглядом, но в конце концов коротко дернул подбородком, и Аксель отпустил его. Возможно, это была пустая трата сил, но, черт возьми, оно того стоило. Он глянул на Бри. Ее глаза азартно блестели от восторга, и его удовлетворение тут же померкло. Вот именно поэтому она и хотела видеть его рядом с собой.

Мансель сжал кулаки, продолжая сидеть в паре футов от стола. Когда тени Акселя снова начали направляться в его сторону, он выдавил сквозь зубы:

— Тайные виллы — это места, где скрещивают линии крови фейри и Наследий в попытке создать более могущественных фейри.

— И что происходит с потомством? — потребовал Аксель.

— Зависит от того, был ли это «заказ».

— Заказ?

Мансель кивнул.

— Правители запрашивают определенные… комбинации. Чтобы усилить свою оборону или заменить Источник. Если они достаточно сильны, их используют для дальнейших исследований.

Дальнейших исследований?

Что за херня здесь творится?

— И ты был частью этого? — резко спросил Аксель.

Когда взгляд Манселя метнулся к Бри, Аксель тоже повернулся к ней.

— Был, — подтвердила Бри. — С Источником Вальтера. Как он уже упоминал, мы не знаем, были ли результаты удачными, но есть подозрения, что да.

— Ты хочешь сказать, что у Эвианы есть ребенок? Которого зачал ты? — Аксель снова посмотрел на Манселя.

Ухмылка вернулась на лицо Манселя.

— Эта милашка-фейри делает все, что прикажет Вальтер, как и полагается хорошему Источнику. Потребовалось время, чтобы взять ее под контроль, но мы справились. Сделали бы то же самое с Источником Теона, если бы тот не был таким гребанным собственником.

— А что происходит с остальными? — спросил Аксель, игнорируя Манселя. — С другими рожденными полукровками?

Бри пожала плечами:

— Мы не знаем, все это лишь слухи и шепотки. Говорят, если они недостаточно сильны, их убивают. Если же комбинация ценная — правители договариваются между собой.

Но что, если это ребенок Наследника?

Эта мысль была единственной в голове Акселя, пока он слушал, как Бри, Юлиус и Мансель продолжают обсуждать виллы. Когда вскроется, что ребенок Кэт — это смесь Наследия Ариуса и фейри огня, ее и младенца убьют. Или того хуже…

Сама мысль о том, что может произойти, заставила его сглотнуть желчь, подступившую к горлу. В панике, пытаясь защитить Кэт, он не учел всего этого. Защита ее и их ребенка — это не работа Теона.

Это его работа.

Ему следовало забрать ее с собой.

Но кто тогда защитил бы ее от него самого?

— И когда ты обратишься полностью, ты присягнешь на верность этому дому, верно, Аксель? — слова Бри вернули его к реальности.

— Что ты сказала? — переспросил Аксель.

Ее улыбка была многозначительной:

— Я полагаю, раз ты вернулся сюда, ты согласен присягнуть моему клану, так?

— Как я уже говорил, мне нужно время, чтобы привыкнуть к этому состоянию.

Ее лицо помрачнело:

— Я нашла ее для тебя, Аксель. Моей единственной просьбой была ответная услуга.

— Ты нашла ее, но…

— Меня удивляет, что он не более убит горем, — вмешался Юлиус, изучая его своими ледяными глазами. — Из-за ее смерти, — добавил он. — Судя по тому, как ты вел себя в тот день в Подземелье, можно было подумать, что ты с ума сойдешь, если она умрет по твоей вине.

— Помолчи, Юлиус, — осадила его Бри. — Он движется вперед, а не оглядывается назад. Так лучше, что ее нет. Она бы отвлекала нас от целей, а значит, с ней все равно пришлось бы разобраться.

С этими словами все детали мозаики встали на свои места. Она отпустила его. Отперла его дверь и позволила найти ее, полагая, что он будет настолько охвачен жаждой крови и безумием, что убьет ее. Скорее всего, так бы и случилось, не будь там Теона и Тристина. Но они все считают, что она мертва.

Что будет, если они узнают о ребенке?

Твоя работа — оберегать и защищать ее, когда она уязвима. Сиенна знала об этом еще тогда. Пыталась сказать ему. Кэт не будет в безопасности нигде. Как и их ребенок. Но у них есть шанс, если он будет с ними. Никто не будет сражаться за них так, как он.

Жертвовать собой. Истекать кровью. Убивать.

Потому что они принадлежат ему. Ему их защищать.

Ему их любить.

И ему не нужна никакая гребаная связь, чтобы выбрать их.

ГЛАВА 30. Эвиана

Это была самая удобная кровать, на которой ей когда-либо доводилось лежать. Вероятно, потому, что ее не заставляли делить ее с кем-то еще. Маленькая, ровно на одного, и именно в этом заключался комфорт. Никаких лапающих рук. Полностью в одежде. Никаких членов. Как и дырок, если на то пошло.

Только эта кровать и одиночество.

Эвиана находилась в этой комнате уже несколько недель, но здесь было окно, пропускающее солнечный свет. Ее кормили трижды в день. Давали одежду, которая действительно что-то прикрывала. Что бы подумал Вальтер, увидь