Первый закон Шурупчика - Алиса Стрельцова

Алиса Стрельцова

Первый закон Шурупчика

Иллюстратор Даша Лютикова

© Алиса Стрельцова, текст, 2024

© ООО «Издательский дом «КомпасГид», 2024

Компас

Я ведь вам говорил, что палочка выбирает волшебника, а не наоборот?

Джоан Роулинг. Гарри Поттер и философский камень

– Аригато годзаимас! – Шурупчик, он же Шурка Добрынин, отчеканил японское «спасибо» и поклонился сенсею, а если по-нашему, тренеру…

Шурупчиком мама прозвала его еще в детстве. Почему – Шурка точно не знал. То ли из-за щуплого телосложения, острого подбородка и неожиданно круглых щек… А может, из-за того, что он всё время вертел дыру на месте.

Прозвище свое Шурка недолюбливал. Но оно, как назло, прилепилось к нему накрепко, из дома просочилось в школу: мама проболталась, когда привела его в первый класс. Одноклассников тогда чуть не разорвало от смеха. Всю началку ему приходилось доказывать, что он не Шурупчик какой-нибудь, а самый настоящий Шуруп.

…Дождавшись команды Петровича, группа в мокрых кимоно дружно выскочила из зала и направилась к раздевалке. Мишка Шестов задержался у дверей и вопросительно посмотрел на приятеля, застрявшего у стойки с инвентарем:

– Шуруп, тебя ждать или как?

– Или как, – мотнул головой Шурупчик и поднял с пола макивару – подушку для отработки ударов, – я сегодня дежурный.

– Опять? – скривился Мишка. – Ты же вроде в прошлый раз дежурил?

– Угу, – кивнул Шурупчик, стараясь не смотреть на Шестова, – мне всё равно маму ждать…

– Ну как хочешь! – пожал тот плечами и мгновенно исчез.

Шурупчик прибрался в зале, вошел в опустевшую, пропахшую по́том раздевалку. Не снимая кимоно, достал из рюкзака потертый смартфон и открыл недавно скачанное приложение «Бой с Тенью – 2». Версия оказалась староватой, но Шурке приглянулась: денег не требовала, да и рекламой особо не заваливала. В школе на большой перемене он одолел последнего телохранителя босса – Журавля, и ему предстояла решающая битва с самим Отшельником.

Шурупчик принялся водить пальцами по экрану:

– Так тебе, так… А что ты на это скажешь? Я же Тень, а не какой-нибудь дряхлый демон. Погоди, сейчас ты у меня получишь! Эй, дед, полегче… Это еще что за штука? Электрический шар?

На экране мелькнула голубоватая вспышка, и телефон погас…

Шурупчик вскочил. Его глаза блестели, словно две стальные пуговицы. Русый, едва просохший чуб встопорщился.

– Только не сейчас! Ты что, отключился? Я же потратил все свои кристаллы и был в одном шаге от магии! Буквально! – он попробовал снова «завести» телефон, но тот не реагировал.

Шурка бросил смартфон в рюкзак. Огляделся, достал из-под скамейки бо – длинный деревянный шест. Погладил ладонью отшлифованное бархатистое древко. Встал в стойку нападающего, просипел глухим басом:

– Ну что, Тень, готов ли ты сразиться с Драконом? – Взмахнул шестом разок, другой… и звонко выкрикнул: – Я – Тень, величайший и непобедимый воин! И буду биться до последнего вздоха… твоего!

– А-ха-ха! – Чей-то раскатистый смех прокатился мурашками по Шуркиной спине и заставил его замереть. – Привет, Тень!

Шурупчик обернулся.

Двое здоровяков из Лобановской команды в черных кимоно, перетянутых темно-коричневыми поясами, продолжали гоготать. Шурупчик бросил шест на пол и, громко сопя, полез в кабинку за вещами…

– Да ладно ты, шпингалет, не пыхти! – обратился к нему белобрысый с острым, словно шило, лицом. Подмигнув приятелю, легким движением ноги он подкинул один конец шеста вверх, перехватил руками и, со свистом провернув бо вокруг талии, протянул Шурке свободный конец. – Хочешь, научу держать бо как положено?

– Хочу! – Шурупчик улыбнулся во все зубы и потянулся к шесту…

Шурка и чирикнуть не успел, как белобрысый продел бо сквозь рукава его кимоно, а второй, коренастый и верткий, ловко ухватил шест с другой стороны.

Через мгновение Шурупчик обнаружил себя беспомощно болтающимся на том самом шесте между двумя открытыми дверцами шкафчиков. Раскинутые в стороны руки не сгибались, округлое древко каленым железом впивалось в шею, заставляя Шурку слизывать разгоряченными губами стекающие по щекам редкие капли.

– Снимите! – шмыгнув носом, попросил он.

– А то что? Гороху своему расскажешь? – хмыкнул белобрысый.

– Он тебе не Горох, а Владимир Петрович Горохов! – прорычал Шурка.

– Чего? – хором переспросили парни.

– Ничего, вот сле́зу и уши вам надеру!

– Смотри-ка, он еще огрызается, – усмехнулся белобрысый и затянул шнурки на кедах, – придется, Тень, повисеть тебе еще немного, хм, потренировать смирение…

– Шест тебе в помощь! – поддакнул коренастый, и они оба захохотали.

Через пару минут под громкие Шуркины вопли юморная парочка покинула раздевалку.

Шурупчик попытался вырваться, но с каждым движением узел на его зеленом поясе затягивался туже. У него даже в глазах потемнело.

Кимоно не сбросить – это факт. По ходу, все уже ушли, и мне отсюда не выбраться… никогда…

Осознав свои перспективы, Шурка минут десять голосил, как бешеный деревенский петух, пока наконец не осип.

В раздевалку заглянул Петрович.

– Эх ты… Добрынин! – вздохнул он и, нахмурив брови, направился к Шурке. – Чего орешь-то?

– Голос разрабатываю… – прохрипел Шурупчик.

– Никак в оперные певцы готовишься? – Тренер оглядел шаткую конструкцию и осторожно принялся развязывать пояс. – Может, тебе в хор записаться, а?

Петрович ослабил узел зубами, одной рукой придержал Шурку, другой вытянул из петли свободный конец пояса. Кимоно распахнулось, Шурупчик ловко вынырнул из ловушки.

– Не хочу я в хор!

– А куда ж ты хочешь, Добрынин? – Тренер почесал небритый подбородок.

– В Японию, на чемпионат мира.

Петрович сверкнул редкозубой улыбкой:

– Бо не забудь на место убрать, чемпион!

– Хорошо, сенсей. – Шурка послушно снял шест, стянул с него кимоно…

– Кто тебя подвесил, скажешь? – неожиданно спросил тренер и хитро прищурился.

– Нет! – твердо ответил Шурупчик и замер.

– Я так и думал. – Петрович задумчиво кивнул. – Надеюсь, не свои, а лобановские?

Шурка и бровью не повел…

– Не в хор тебе надо, Добрынин, а в разведку! – усмехнулся Петрович и неспешно вышел из раздевалки.

Шурупчик переоделся, спустился в холл и рухнул на облезлую скамейку у окна. Обняв рюкзак с кимоно, поболтал худосочными ногами в огромных кроссовках, уставился в развешенные на Доске почета фотографии.

Мишка давным-давно рванул домой через пустырь, а я здесь околачиваюсь. Смирение тренирую! И вообще, зачем меня встречать? Я же взрослый человек! Шестова никто так не опекает, и ничего… Вон как довольно улыбается с фотки. Аж щеки сводит! Лопает сейчас мороженое по дороге домой и наслаждается жизнью. А я чахну в этом «Динамо». И маме не