Про Алю, Кляксича и Вреднюгу - Ирина Петровна Токмакова

– Вот в этом-то и весь вопрос.

Куст бересклета слегка зашевелился. С нижней веточки на траву спрыгнул человечек. На нём были синие брючки, такая же синяя курточка, из-под курточки выглядывала чистенькая белая рубашка.

– О, как хорошо, что вы здесь! – воскликнул он. – Давайте знакомиться. Меня зовут Грамотейка.

– Откуда ты? – удивилась Аля.

– Вот из этого куста, – ответил Грамотейка. – Я там прятался от Вреднюги.

– А вообще-то ты где живёшь? – спросил Антон.

– Здесь, в учебнике, и живу. Я должен следить за порядком. Я стараюсь, чтобы ребята учились хорошо и писали грамотно. А Вреднюга делает так, чтобы никто из первоклассников ничего не усвоил. Они с Кляксичем хотят, чтобы вообще весь первый «Б» остался на второй год.

– Это мы знаем, – заметил Антон. – А скажи, пожалуйста, о чём шумят все эти буквы и почему они выговаривают такие странные, закамулистые слова!

– Да как же! Вреднюга вместе с Кляксичем сочинили такое стихотворение, что в нём попрятались все гласные звуки, остались только «Ы» и «Э».

– Вот оно что!

– Ну да вы же знаете, что согласные даже при своём хорошем характере без гласных звуков выговорить ничего не могут.

– Что же это за такое заколдованное стихотворение?

– А вот послушайте. Я сидел в кустах, и всё слышал, и всё запомнил:

Однажды в лес пошли гулять

А, Е, И, О, У.

Ты можешь их пересчитать:

А, Е, И, О, У.

Из чащи выбежал медведь –

А! Е! И! О! У!

И начал страшно так реветь:

– АЕИОУ!!!

И все попрятались они –

А, Е, И, О, У.

Теперь внимательно взгляни:

А, Е, И, О, У.

А по сей день сидит в тАзу,

А Е сидит в вЕдре.

И – там под вИшнями внИзу,

О прячется в нОре.

У – возле кочки на лУгу.

Молчит, и больше – ни гугу!

– Да, плохо дело, коль они запрятались и ни гугу, – заметил Антон. – Без гласных звуков – какие же слова!

– Я помню, – подхватила Аля, – когда мы слоги проходили, Юлия Викторовна нам ещё объясняла, что сколько гласных в слове, столько и слогов.

– Верно, – подхватил Грамотейка. – Гра-мо-тей-ка! Четыре гласных и четыре слога.

– А иначе получится Грмтйк, и не выговоришь, – заметила Аля.

– Постойте, делать-то нам что? Вот вопрос! – сурово заметил Антон.

– Я знаю – что, – отозвался Грамотейка. – Только вот я совсем не знаю – как. Кляксич объявил Помарке, что гласные звуки появятся, только если кто-нибудь найдёт в книжках или сам сочинит антистих. А я даже не очень понял, что бы это могло значить.

– Антисти-и-их? – протянул Антон. – Вот это да! Аль, как ты думаешь, что это такое?

– Ну давай поразмыслим, – предложила Аля. – Анти – это значит «против». Я это точно знаю. Когда была эпидемия гриппа, мама мне каждый день давала такие беленькие шарики. Называется «антигриппин». Значит – против гриппа.

– А моя бабушка покупала «антимоль» – от моли, – заметил Антон. – Значит, в этом слове тоже есть анти – то есть против.

– А что же тогда такое «квар»? – спросил Грамотейка.

– Какой такой «квар»? – не поняла Аля.

– Ну, анти-квар!

– Эх ты, грамотей Грамотейка! – рассмеялся Антон. – Мы как-то с папой заходили в антикварный магазин, и папа объяснил мне, что «антиквар» происходит от латинского слова «антиквариус» и обозначает «знающий, понимающий старину». Анти – тут совершенно ни при чём! Потому что антик – это старина.

– Ну тогда если анти – против, то должен быть какой-то против-стих, – задумчиво заметил Грамотейка.

– Верно! – подхватила Аля. – Только от этого всё равно не легче, – продолжала она. – Ведь тут книжек под рукой у нас нет. Где же искать подходящие стихи?

– Значит, надо самим сочинять. У Вреднюги медведь страшный. Значит, в антистихе он должен быть добрый! Аль, начинай!

– Ты что, смеёшься? – захныкала Аля. – Я же тебе не Пушкин. И даже не Берестов.

– Всё равно. Соберись. Выхода у нас нет. Ну!

– Навстречу вышел к ним медведь… – неуверенно произнесла Аля.

Тут она вспомнила, как с мамой была в Третьяковке и видела картину Шишкина «Утро в сосновом бору» с симпатичными мишками.

– Такой, как на картине, – добавила она посмелее.

– Раз он в том стихотворении страшно ревёт, так тут он, может, будет петь песни? А вообще-то медведи любят малину, – рассуждал Антон.

– Сказал, мы будем песни петь, – продолжала сочинять Аля.

– Не забудь про малину, – напомнил Грамотейка.

– Вас угощу малиной! – подхватила Аля.

– Меня не бойтесь вы, друзья, медведь совсем не страшный я, – вдруг прорвало и Антона.

– Вроде бы получается, – сказал Грамотейка. – Ну-ка, давайте снова да ладом.

И они, даже сами не зная для чего взявшись за руки, громко отчеканили:

– Навстречу вышел к ним медведь,

Такой, как на картине,

Сказал: «Мы будем песни петь.

Вас угощу малиной!

Меня не бойтесь вы, друзья,

Медведь совсем не страшный я!»

Тут над поляной промчался-прошумел порыв ветра, такой, что посшибал листья с бересклета, взвыл, как пароходная сирена – аеиоуууу! – и… перед изумлёнными ребятами появились буквы «А», «Е», «И», «О», «У». Им навстречу кинулись осиротевшие было гласные «Э» и «Ы».

– Какие же вы молодцы! – воскликнул Грамотейка, сердечно пожимая руки Але и Антону. – Мне бы одному никогда не справиться!

– Теперь можно какие хочешь говорить слова, теперь можно как угодно делиться на слоги. И правильно делать перенос! – ликовали согласные буквы.

В обнимку с гласными буквами они запели шутливую песенку:

– На лугу паслись телята,

безрогие пока.

Я в тетрадке накалякать

могу тебе жука.

Лишь тогда бывает