Изумление Судзумии Харухи (Том 2) - Нагару Танигава

— Гм-м-м, — Сасаки почесала подбородок, — предопределённое событие, говоришь? То есть, с точки зрения будущего, наша поездка на такси в Северную старшую школу — свершившийся исторический факт?

— Угу, — кратко ответил Фудзивара, дав понять, что больше эту тему затрагивать не собирается.

Кёко Татибана выглянула из-за своего кресла:

— Так ты хочешь всё завершить, да? Раз это предопределено, то тебе достаточно просто подыгрывать. — Тут она посмотрела на меня. — Хо-хо, наверно, тебя изрядно потрепали все эти предопределённые события людей из будущего. А вот опять одно.

Я открыл рот, чтобы ответить, но тут меня оборвал Фудзивара:

— Заткнись.

Низкий тон его голоса почему-то отрезонировал мне в животе и особенно сильно оказал влияние на Кёко Татибану: она побледнела и тут же вернулась на своё сиденье.

Такси продолжило ехать в давящей тишине; водителю не было никакого дела до наших перипетий.

— В Северную старшую, говорите? Эх, юность… — заговорил он, хотя его никто не спрашивал. — А мой сейчас в шестой класс начальной пошёл. Так учится усердно, прямо не знаю, в кого он такой.

— Да? — Поскольку Кёко Татибана находилась на переднем сиденье, ей пришлось поддержать разговор. А водитель, увидев, что его слушают, и рад был поболтать.

…Его сын-шестиклассник увлёкся наукой, особенно химией, и теперь болтал о всяких заумных вещах. Мальчика пытались отправить в вечернюю школу, но он её бросил, сказав, что там слишком низкий уровень. Потом для него взяли репетитора — ученицу старшей школы — но его школьные оценки никак не улучшились. Но ему нравилось учиться. Всё свободное время он писал какие-то формулы и чертил диаграммы, хотя, может, просто рисовал что попало. Беда с репетиторами в том, что у них нет никакой программы — что хотят, то и делают…

Со своей стороны Кёко Татибана отвечала ничего не значащими «да», «правда?», «вот как», а я думал: вот нам повезло попасть к болтливому водителю. Раз она организовала такси, то, видимо, за него же и платила, что меня несколько удивляло, учитывая, что финансовое положение её организации, в отличие от команды Коидзуми, совсем не радужное. Она даже в кафе просила выписать ей чек. Кстати, голос водителя показался мне знакомым, но я не хотел ломать голову и вспоминать откуда, и сосредоточил внимание на тех, кто сидел по обе стороны от меня.

— Это какая-то ловушка? — спросил я у Фудзивары, который смотрел строго вперёд и не отвлекался.

На секунду он замешкался:

— Не ловушка. Просто нужно кое-что подтвердить. Я сам не знаю, зачем. Мне лишь известно, что действовать надо именно так. Вот план и вот результат.

Но почему именно Северная старшая? И куда именно в Северной старшей? Если в комнату литературного кружка, то там ведь сейчас никого нет.

— Наверное.

А Сасаки обязательно было брать?

— Раз она здесь, значит, да.

А Куё? Разве тебе не она прежде всего нужна?

— Явится. Когда надо.

Тут Фудзивара замолк, словно деревянный истукан. И правда, пока его не пнёшь, не издаст ни звука. Зато заговорила Сасаки:

— Прошу прощения, Фудзивара-кун, но у меня складывается ощущение, что тебе не нравятся автомобили.

Фудзивара по-прежнему молчал.

— Мне приходится лишь гадать о том, как выглядит твоё будущее, но думаю, что ты мало знаком с транспортом на двигателе внутреннего сгорания.

Тут у парня дёрнулась щека:

— Предположим, и что?

— Да ничего, — лицо Сасаки засияло. — Меня всегда радовал научно-технический прогресс. Я многого жду от будущего. Сейчас в мире столько проблем, и мне хотелось бы посмотреть, как их преодолеют. Человечество должно учиться, должно развиваться, изживать деструктивные идеи, избавляться от вредных технологий. Как тебе, Фудзивара-кун? Ты можешь простить людям прошлого подобные мечтания?

— Если нравится — мечтайте сколько угодно, — Фудзивара впился взглядом в Сасаки. — Будущее формируют ваши желания. И ваша разнузданная самоуверенность. Кроме того… впрочем, это секретные сведения. Я не собираюсь ничего вам объяснять просто так.

— «Секретные сведения», м? — ответила Сасаки. — Ты говоришь, что событие предопределено, так? Но ты сам не знаешь, чтó это значит. Тебе лишь известно, что сегодня ты должен в установленное время быть в Северной старшей школе. А что там случится — тебе не известно. А известен лишь исторический факт. Так что ответить-то ты и не можешь.

Фудзивара усмехнулся:

— Что и следовало ожидать. Иначе как бы ты стала подходящим орудием. Сасаки, ты лишний раз доказала, что являешься единственным ключом от этого мира, не считая Харухи Судзумии, и скоро это осознаешь. Если, конечно, успеешь.

Сасаки, нахмурившись, уставилась на профиль Фудзивары, но тот её до сих пор полностью игнорировал. Кажется, атмосфера окончательно расстроилась.

— В смысле, «орудием»? Впервые слышу, — сказал я.

— Скоро поймёшь, — тон Фудзивары был крайне холодным. — Изначально ты не представлял для нас интереса. Но правила есть правила, и идти против них желательно как можно реже. Поэтому мы и вызвали тебя. Будешь единственным свидетелем от своей эпохи. Рекомендую тебе получить удовольствие от своего положения.

Опять он со своей снисходительностью. Промолчать я не собирался:

— Эй, Фудзивара. Ты что, собрался свое будущее изменить?

Молчание.

— Но ведь это же невозможно? — я припомнил объяснение Асахины-сан на нашем первом «свидании» во время поисков необычностей. — Время похоже на флип-бук. Вернувшись из будущего в прошлое и подправив его, ты будущее не изменишь, разве не так?

Молчание.

— Я, конечно, не знаю твои намерения. Но ты же говоришь о предопределённостях. Так смысл тебе лезть в наше время…

— Заткнись, — его резкий голос пронзил мои уши. У него был взгляд человека, запланировавшего убийство. — Молчи, ископаемое. Ещё что-нибудь ляпнешь, и [секретные сведения] тебе не поможет.

От его голоса у меня пошли мурашки. Он был абсолютно серьезён. Похоже, я надавил ему на больное место.

Моё съёжившееся сердце било тревогу.

Если бы Сасаки не потянула меня за рукав, дав беззвучный сигнал, я бы мог повестись на провокацию Фудзивары. Спасибо за вмешательство.

Не знаю, слушал ли водитель разговор на заднем сиденье, но, похоже, я зря опасался, что он начнёт задавать неудобные вопросы. Он был слишком увлечён рассказом о своём сыне терпеливой слушательнице Кёко Татибане.

Хоть мне её мнение было отчасти близко, но всё же она была оппонентом «Команды SOS». Я к ней относился мягче