Изумление Судзумии Харухи (Том 2) - Нагару Танигава

не потому, что ей удалось меня убедить, а потому что по мере знакомства начал лучше её понимать. И что важнее, Сасаки не видела в ней опасности. А Сасаки и смышлёнее, и опытнее, и лучше разбирается в людях, чем я. Так что пока она рядом, дело не примет плохой оборот.

В этом я уверен.

Такси остановилось у школьных ворот, и задние двери открылись. Кёко Татибана заплатила водителю.

— Да, и дайте мне чек, пожалуйста, — вежливо попросила она.

Второй раз за сегодня я оказался в школе. Ворота всё еще были открыты. Начинало темнеть. Из школы доносились голоса — видимо, это члены спортивных кружков убирались после тренировки.

— Чего стоишь. Идём.

Фудзивара повёл нас на школьную территорию. Кёко Татибана робко переступила через ворота чужой школы. Я прошёл спокойно, но, оглядев знакомые здания, тут же остановился.

— Да какого… Что за? — бормотал я, вытаращив глаза.

Небо…

Оно было окрашено в кремовый цвет с бледным оттенком сепии.

Только что висевшая в вечернем небе Венера пропала, уступив место совершенно неестественному гало. Всё вокруг погрузилось в мягкий свет.

Его цвет был мне знаком.

Когда Сасаки позвала меня в кафе, в этот мир меня провела Кёко Татибана.

Закрытое пространство, в котором никого нет. Полная противоположность пространству Харухи.

— !

Рефлекторно я обернулся, но…

Бесполезно.

Вслед за мной из такси должна была выйти Сасаки, но её нигде не было видно. Как и само такси.

Снаружи и внутри школьного ограждения находились два совершенно разных мира, которые разделяло несколько десятков сантиметров.

Мир, в котором стоял я, был абсолютно беззвучным. Пропали голоса из спортивных кружков, чириканье птиц, шум ветра с гор — ничто не нарушало спокойствия.

Вокруг не было ничего, кроме ничуть не изменившегося здания школы, да лившегося сверху свечения кремового оттенка.

Я тут же метнулся к воротам, но нечто мягко оттолкнуло меня назад.

— Что за!..

Путь преграждала мягкая стена, как в тот раз, когда я был в закрытом пространстве с Харухи. А значит, сбежать отсюда нет никаких шансов.

— Понял своё положение? — услышал я сзади голос Фудзивары. — Ты больше не в своём мире. Твоей реальности, твоим понятиям здесь места нет.

Я повернул голову и увидел его по-злодейски мрачное лицо. Если бы рядом с ним не стояла Кёко Татибана, я бы этому уроду из будущего сейчас по роже съездил. Пусть скажет спасибо моему стальному самообладанию.

— Тебя сильно обрадует, если я тебя поблагодарю?

— …Ловушка, значит? — громко простонал я.

— Ты так считаешь? — Фудзивара не ответил явно на мой вопрос и отвернулся. — Мы ещё не прибыли на место. Идём. Надо всё расставить на свои места. Ради нашего будущего. — Сбоку я видел, как его губы скривились в усмешке. — Скажи спасибо Сасаки: без неё мы бы не смогли тебя сюда протащить. Хотя едва ли она догадывалась, что другой функции у неё нет. Только не надо беситься. Нам предстоит работа. Как закончим — гуляй на все четыре стороны. Сможешь мутить с ней сколько захочешь.

Я уже собирался ему всё-таки врезать, но Фудзивара будто предвидел это и сказал:

— Ну так идём?

Куда? Мы в закрытом пространстве. Куда отсюда идти?

— Ясно же куда, — Фудзивара поднял взгляд. — В ту унылую комнатушку, в которой вы устроили штаб-квартиру.

Я и не присматриваясь знал, что его взгляд был направлен на комнату литературного кружка.

Но почему туда? Для вас что, других мест нет?

— Тебе пора уже догадаться. — Голос Фудзивары звучал совсем рядом. — Всё происходит из этого места. Там собираются все силы, смешиваются, взаимодействуют, определяют будущее. Можно сказать, что это связующее звено, в котором соединены все возможные варианты. Там сосуществуют ускорение и торможение. Впрочем, вам, первобытным, не понять.

Да, я не понимал. И не собирался понимать.

Что все так на нашей комнате зациклились? Нагато там обосновалась в кружке, которому полагалось закрыться. Харухи её нашла. В параллельном мире перед Рождеством там была точка выхода. Книжная закладка, древний компьютер, клавиша «Enter». Оттуда я отправился в день Танабаты. 7 июля.

Коидзуми как-то сказал:

«… В клубной комнате любые элементы и поля исчезают, так как её пространство насыщено до предела. Ни для чего другого места просто не остаётся …»

— Татибана. — Наконец я вспомнил, что кроме Фудзивары здесь был кто-то ещё.

— Э… да, что?

— Когда меня сюда тащили, ты знала?

— …Нет, я…

Ответа ждать явно не стоило: девушка так же, как и я, пыталась понять своё положение. Это было видно по тому, насколько она вспотела — хотя здесь совсем не жарко — и беспорядочно водила руками.

Значит, это план Фудзивары. А стоит за ним, возможно, Куё.

Фудзивара, как ни в чем не бывало, пошёл напрямик ко входу в здание, будто он был в какой-то RPG. Стеклянную дверь он открыл, даже не проверяя, заперта ли она. Я шёл за ним, а он и переобуваться не стал. Меня охватил иррациональный гнев.

Да, я говорил о школе много плохого. Бюджет ей урезали, помещения требовали ремонта, расположение дурацкое: от станции нужно идти в гору; кондиционеров нет, зато есть сквозняки; зимой тут холодно, летом — жарко. Единственное, с чем повезло, так это с хорошим видом на окружающие горы, ну и с видом вниз на город, если смотреть ночью. И всё же Северная старшая была моей «альма-матер».

Здесь обычно проходят мои будни, здесь я провожу время с Харухи, Асахиной-сан, Нагато, Коидзуми, Танигути и Куникидой. Разве могу я спокойно смотреть, как на мою территорию нагло вторгается чужак?

А Фудзивара ещё и наш враг. Так чего мне за ним идти? Идти всё равно придётся, но моё раздражение зашкаливает.

А противнее всего то, что я шёл у него на поводу и не знал, что делать. Я бы закатил истерику, будь от этого хоть какая-то польза, но, боюсь, подходящий момент для этого упустил.

Также я понятия не имел, что задумал Фудзивара, но даже если он вёл меня в ловушку, мне оставалось лишь следовать за ним.

Мы в закрытом пространстве Сасаки. Коидзуми сюда не придёт. Нагато прикована к постели. Хлопотавшие вокруг неё Харухи и Асахина-сан тем более вряд ли вдруг тут окажутся. Хуже всего то, что даже Сасаки рядом нет. Судя по случаю в кафе, она вообще в собственное пространство не может проникнуть.

В