Ищу её - Юлия Чистякова

разговаривали, желая поддержать и помочь прийти в чувство: женщина слегка приоткрыла сумку, поставив её со мной на колени, затем поднесла руку и, дав привыкнуть, положила на меня. Я замолчал, понимая, что кричать дальше бессмысленно. Раз всё так произошло, значит, такова моя участь.

Дорога была долгой. Когда-то давно Таня меня привезла намного быстрее, а сейчас уже сумерки. Наконец машина перестала издавать громкие звуки и застыла. Получается, мы на месте. Женщина аккуратно ступает по земле, двигаясь в сторону небольшого дома. Из-за стен светлого цвета он в темноте будто светится. Вокруг много деревьев, цветов и каких-то небольших деревянных заборов с коробками, от которых издалека чувствуется тот самый запах шерсти и перьев, что и от неё. Женщина открывает деревянную дверь, сделав пару шагов, толкает вторую, и вот мы внутри. Включается свет, откуда-то из глубины выбегают дети, мальчик и девочка. Они бросаются к ней, чтобы обнять. Заходит мужчина, ставит вещи и, погладив детей по макушкам, выходит снова. Как они похожи между собой: черты лица, запах, манера разговора – настоящая семья. Тем временем женщина поставила сумку на пол и расстегнула, чтобы я мог выйти.

– Добро пожаловать домой, Цезарь, – говорит она, сразу доставая из одного пакета миску, а из другого лоток.

– Мама, это теперь наш кот? Он будет жить с нами? – восторженно кричит маленькая девочка, протягивая руку в мою сторону.

– Так, кота не трогать! Дайте ему прийти в себя! Для него переезд – большой стресс, понимаете? – успевает отреагировать на движение мать семейства, резко отвернувшись от моей уже полной миски. – Да, теперь он будет жить с нами, тётя разрешила, но с одним условием.

– С каким? – спрашивают одновременно оба ребёнка.

– Вы будете о нём заботиться и никогда не будете обижать. Иначе она его заберёт. Всё понятно? Если да, марш в свою комнату.

– Да, мам. Цезарь, добро пожаловать! – произносят дети и радостно убегают в одну из неизвестных для меня комнат.

– Иди поешь, часов шесть в машине еды не видел, – женщина поставила миску на пол на кухне, судя по наличию холодильника, печки и пузатого чайника.

Еда меня не заинтересовала, я не чувствую голода. В незнакомом доме всё кажется не таким и настораживает. Несмотря на радушие, с каким отнеслись ко мне люди в этой семье, я с собой ничего не могу поделать, да и не хочу, поэтому, пройдя мимо миски, нашёл узкое место за одним из шкафов, откуда меня никто не сможет достать, и лёг там. Надо переварить всё, что произошло, понять это и принять свою новую жизнь. А на это, как известно всем кошкам, нужно время.

* * *

Хлопья летят с неба бесконечным белым роем, вновь принося тишину с собой в этот мир. «Белая жуть», кажется, так говорил о зиме Бонифаций. Тяжёлое небо простирается куда-то далеко-далеко, куда не дойти, даже если будешь бежать без устали. Я намываю замёрзший нос, расположившись на подоконнике среди растений второй Хозяйки, на улице становится совсем холодно, а здесь тепло и уютно.

Кажется, что уже давно прошли те дни, когда я прятался от своей новой семьи в этом доме, теперь они кажутся мне не такими трагичными. Кто-то правильно говорил, что время многое меняет. Дети много со мной играют, взрослые кормят и гладят, все они пытаются заботиться, каждый по-своему. Конечно, иногда случаются маленькие провинности в виде упавшего цветка или забега по золотым шторам гостиной. Вчера вот я утащил зачем-то ёлочный шар с зелёной ветки, спрятал его к себе за диван, держа в передних лапах. Не думал, что сам могу так много пройти на задних лапах, это ведь действительно непросто. В любом случае, если меня и наказывали за недостойное кота поведение, то не шваброй, а это уже много значит.

Здесь я сам выхожу наружу: у меня большой двор, в котором живут в собственных деревянных загонах козы и птицы, не умеющие летать. Последние вообще вредные и иногда больно клюются, видать, не понравился я им, поэтому заглядываю к курицам, на всякий случай, с высоты небольшого забора. Ещё я очень много охочусь, больше на мышей и крыс, реже на птичек, иногда ящериц и змей: так я защищаю вверенную мне семью, а в ответ новая Хозяйка балует меня вкусным творогом.

Да, я доволен своей жизнью, большего ведь и желать не стоит, чтобы не прогневить будущее. Смирение с произошедшим пришло ко мне после первой недели жизни на новом месте: я тогда очень ослаб, так как почти не ел, а передвигался до миски ночью, чтобы ни с кем не встречаться. Всё закончилось одним ранним утром, когда кроме запахов глины и старого дома я почувствовал тонкий почти неуловимый запах молока от женщины. Насмешка судьбы, не иначе. Посмотрев на нашу связь, слегка переливающуюся в свете ночника, я пошёл к её источнику. Женщина недавно вернулась с улицы, поэтому была ещё холодная. Погладившись о её ноги, я сам представился, лучше ведь поздно, чем никогда:

– Меня зовут Цезарь, я твой кот, а ты моя новая Хозяйка.

– Кто ко мне пришёл?! Доброе утро, – она похлопала по ногам, приглашая прыгнуть на колени, что я и сделал, – иди сюда, рыжий.

Тоска по прошлому иногда напоминает мне о предыдущей Хозяйке, когда я слышу её голос из телефона или чувствую её запах от какой-то из вещей в доме. Иногда женщина с глазами цвета скошенных трав мне снится. В этих снах я самый счастливый кот на свете. Несмотря на то, что мне здесь хорошо живётся, я не забыл о ней. Женщина обещала меня навестить, и, я уверен, она сдержит своё обещание. Мне столько хотелось бы ей рассказать: как изменился быт, что я узнал и научился делать, чтобы она гордилась мной. Я украдкой разглядываю сохранившуюся с ней связь. Леший не обманул, она не лопнула, как я боялся. Ниточка невесомая, словно её и нет вовсе, но греет в минуты грусти, как настоящее солнце. Она есть, значит, нам точно суждено встретиться. А пока этого не произошло, я сам хожу по следам тонкой нити, веря, что так приближаю нашу с ней встречу.

Сколько мне придётся пройти, только одному Х-с-эмяру известно, но я не сдаюсь, потому что… Ищу её.