Коргоруш - Константин В. Ермихин

– В каком это смысле?

– В том, что он в качестве отплаты за мою помощь твою жизнь мне предложил. А ведь знал, негодяй, что я ещё надысь тебя к себе в слу́жки наметил. Вон она – метка моя.

– На чём вы меня наметили? На какой дысь?

– Эх, темнота! Не на чём, а когда! Надысь – это значит… как сказать-то?.. недавно то есть. На днях. Но ты мне зубы-то не заговаривай, – вдруг посерьёзнел водяной. – Айда в омут! Скоро полдень, жара. Нету у меня желания на солнце печься.

– Слушайте, ну зачем я вам сдался, а? Что я вам всем сделал?

Водяной нахмурил брови.

– А то ты сам не знаешь! Смеялся надо мной, воду в моём омуте мутил, камни кидал. Между прочим, сомику хвост ушиб. А теперь делает вид, что ни о чём не догадывается! Наворотил делов, теперь отвечай!

Водяной тряхнул бородой, и она, взвившись хлыстом, опутала ногу мальчишки, потянула в воду. Тот упал, перевернулся на живот и, цепляясь руками за траву и корни, попытался вырваться из хватки, но не тут-то было: метка на плече вспыхнула жгучей болью, и рука бессильно обвисла. Боль и паралич распространялись, постепенно захватывая всё тело. Стало трудно дышать… в затухающем сознании мелькнула мысль: «Прав Коргоруш: некому мне помочь, надо самому выкручиваться…»

– Выкуп… – прохрипел мальчик на последнем дыхании.

Хватка бороды ослабла.

– Ась? Чего ты сказал? – переспросил хозяин реки.

– Выкуп хочу за себя заплатить, – предложил мальчик, когда водяной чуть ослабил хватку и позволил ему дышать.

– Это какой такой выкуп? Что с тебя взять-то? Ты ж голодранец! – издевательски проквакал водяной.

Мальчик сел, жадно глотая воздух. Ощупал карман, проверяя, на месте ли кошелёк.

– Ну хорошо, – согласился он. – Сейчас я ничего не могу вам предложить, но давайте договоримся. Вы же меня к себе в работники берёте, так?

– Ну! – недовольно мотнул головой водяной. Так сильно, что борода подтащила мальчика на метр ближе к реке.

– Значит, платить мне собираетесь, так?

– Ну, есть такой порядок – за хорошую службу работникам отплачивать добром. В ранешние времена люди частенько сами приходили, просились… Не то что нынче… – И водяной снова перешёл в режим «кипящего чайника», занудно перечисляя все прегрешения современного человечества.

– Ну так вот, – перебил его мальчик, удивляясь собственной дерзости. – Давайте договоримся, так сказать, на берегу: я как только смогу, так сразу выкуп заплачу, чтобы вы меня раньше срока отпустили. Пойдёт?

– Что-то я не пойму, – снова тряхнул бородой речной владыка, – где ж ты деньги возьмёшь, покуда свой срок не отработаешь? Да к тому же, чтобы заслужить плату, ты должен быть работником ретивым и дюже старательным.

– Это уж моё дело, где деньги взять. Не смогу выкуп отдать – буду работать до положенного срока, – настоял на своём мальчишка. – Вы только цену сейчас назовите и пообещайте меня отпустить, когда отдам, сколько попросите.

Водяной в задумчивости поскрёб живот перепончатой пятернёй. Борода его высыхала под лучами приближающегося к полудню солнца и постепенно сжималась, подтягивая мальчика всё ближе к речному омуту. Пленник уже чувствовал, как намокают его любимые штаны с карманами.

– Послушай, дядя водяной, – наконец прервал он раздумья зелёнобородого старика, – ты решай скорее. Я маме обещал, что к реке близко не подойду, а по твоей милости скоро купаться придётся. Давай решай, пока я слова не нарушил.

Водяной удивлённо крякнул: этот мальчишка ещё и поторапливает его!

– Уж больно ты дерзкий! За это выкуп я тебе назначу немалый, – пригрозил он.

– Давай не тяни… те, – немного нахально потребовал мальчик, вынимая из кармана уже промокший кошелёк. – Вот мой кошелёк, а в нём, сколько попросите, есть.

Водяной прищурился и поднял кверху палец.

– Я тебя отпущу, если ты дашь за себя выкуп, равный мешку золота. В любом денежном эквиваленте. Только чтоб деньги были не бумажные, а то размокнут. И по курсу токийской товарной биржи – у них там нынче курс выгодный.

Мальчишка опешил: никак не ожидал он от водяного рассказа о курсе золота на всемирных биржах.

– Эм-м… – протянул он в ответ. – Не могли бы вы назвать точную сумму. Я что-то давненько курсы не проверял. Боюсь ошибиться.

Водяной недовольно булькнул и быстро произвёл какие-то расчёты, рисуя пальцем по воде.

– Да, ты прав, фиксированная сумма будет вернее, – в конце концов принял он решение. – Отпущу я тебя, ежели ты мне принесёшь мешок золота. И без всяких эквивалентов.

– А не обманете?

Водяной забулькал от возмущения пуще прежнего.

– Да ты что подумал? Да чтоб я?..

Но мальчишка не поддался на этот спектакль. Наученный горьким опытом, он решил никому не верить.

– Дайте мне такое слово, чтобы оно было крепче… – Он задумался: крепче чего должно быть слово водяного? Крепче камня? Так вода любой камень точит. Крепче железа? Так железо ржавеет от воды и тоже разрушается… – Слушай, дядя водяной, а у тебя… то есть у вас мама есть? – наконец спросил мальчишка.

– Есть. Водя́ной Море́вной величают. Самая красивая дочь морского царя, – не без гордости сообщил водяной.

– Вот и дайте мне такое слово, чтоб оно было крепче любви вашей мамы, – твёрдо потребовал мальчик.

– Что?! – снова забурлил водяной. – Чтобы я – да перед каким-то голодранцем…

– Вы золота хотите? – перебил «голодранец». – Тогда делайте, как я прошу. Я вот из-за вас сегодня нарушил данное маме слово. Не стыдно вам?

Водяной смутился.

– Да уж, нехорошо получилось. Ладно, даю тебе слово, которое крепче материнской любви, что отпущу тебя, когда… а вернее, если… ты отдашь мне в качестве выкупа мешок золота, – пообещал он пленнику. – Только к чему всё это? Откуда тебе столько золота взять?

Мальчик сунул руку в кошелёк – сработает ли? Ведь облюдок говорил, что нужно называть точную сумму, а тут «мешок». Какой мешок? Большой или маленький? Вдруг кошелёк откажется выплачивать такую цену?

В кошельке лежал маленький кусочек прохладного металла. Мальчишка достал его. На солнце блеснуло золотом.

– Эка! – изумлённо булькнул водяной.

Мальчик бросил золотой самородок речному чудищу.

– Держите! Можете считать, что это первый взнос.

Водяной обнюхал самородок и даже попробовал на зуб. Глаза его загорелись.

– Золото! Усохни мои родники! А ведь и верно – золото!

– Вы давайте-ка мешок тащите, чтобы отмерить выкуп, – распорядился мальчишка.

Водяной тряхнул бородой, освобождая пленника, и тут же нырнул на дно. Не было его довольно долго – видимо, искал куль побольше.

– Вот! – крикнул он, выныривая и бросая на берег мокрый зелёный мешок. – Ежели наполнишь его золотом, то, так и быть, отпущу тебя. А