О чем молчали березы - Надежда Владимировна Смаглий

Часть 1

Поезд увозит Лёньку всё дальше и дальше от любимого города. Колёса отстукивают: тук-ту-да, тук-ту-да, тук-ту-да…

Лёнька лежит на верхней полке и слушает, как в унисон размеренному металлическому стуку в его груди горячо бухает сердце: ты ку-да, ты ку^l-да, ты ку-да…

– В тартарары. К чёрту на кулички! – шепчет он, до боли прикусывая нижнюю губу.

Никогда ещё не было ему так обидно, больно и одиноко. Он чувствовал себя щепкой, подхваченной воздушным потоком и закинутой в ползущего железного монстра. Причём – ползущего в неизвестность!

Воздух в тесном купе пропитан особенным вагонным запахом и вызывает лёгкую тошноту. Тихий разговор двух тёток на нижних полках – раздражение. Хочется закрыть глаза, заткнуть уши и даже не дышать, чтобы не видеть потолок грязно-жёлтого цвета, не слышать шепоток и не вдыхать отвратительный запах. Или заорать, выталкивая из себя вместе с криком тугой комок, словно намертво застрявший между лёгкими и глоткой. Ни сглотнуть, ни выплюнуть. Но что изменит крик? Ни-че-го.

Лёнька тяжело вздохнул, пытаясь хоть как-то настроиться на поездку, и уставился на книгу, которую отец подсунул ему перед самым отправлением.

«Дорога долгая, сын. Знаю, ты не любишь читать, но в поезде заняться нечем. Попробуй, вдруг понравится? Это же „Сын полка"! Мы в детстве с другом чуть не подрались из-за неё: экземпляр в библиотеке был последним, а каждому хотелось прочитать первым», – говорил тогда отец и улыбался, но в голосе звучали странные нотки, словно он извинялся за своё решение.

Лёньке неприятен был потерянный вид отца, его красные, припухшие веки, суетящиеся дрожащие руки, и он отвернулся, будто разглядывая пассажиров на перроне. Разговаривать с ним Лёнька больше не хотел. Ни о чём! А уж тем более о книгах. Совсем не так мечтал он провести долгожданные летние каникулы, но отец настоял на этой поездке, а теперь, когда сын уезжал, кажется, чувствовал себя виноватым.

«Мог бы тогда купить байк, обещанный давным-давно, или новый скоростной велик. А читать от скуки можно только Гарри Поттера, а не какого-то там „Сына полка", – думал сейчас Лёнька, рассеянно листая потрёпанные страницы и изредка поглядывая в окно. – Вот останусь в этой дыре навсегда, будет знать!»

Мысль о том, чтобы остаться в деревне, только промелькнула, но Лёнька так явственно увидел ошарашенное лицо отца, когда ему сообщат эту новость, что губы непроизвольно растянулись в кривой ухмылке. Он тут же представил и другую картину: по пыльной улице бредёт стадо коров; на обочинах роются куры; в грязи ворочаются и похрюкивают толстенные свиньи, а дальше только заросли крапивы, среди которых стоит избушка с подслеповатыми окнами, и в ней отныне (а главное – навсегда!) живёт он. Без компа, Интернета и… без друзей! Как вообще можно существовать без знакомых скверов и площадей любимого города, без ежевечерних прогулок с друзьями, да даже без школы? Мрак!

«Всякая ерунда в голову лезет. Больше отец не уговорит меня на такие поездки. Ни за что! – отбросил Лёнька никчёмную мысль и захлопнул книгу. – Подумаешь, раритет! Нашли из-за чего кулаками махать».

Он затолкал потрёпанную книгу под подушку и уставился в окно, вспоминая стеллажи в отцовском кабинете, забитые старыми томами. Этого добра в их доме было навалом.

Сколько Лёнька себя помнил, отец постоянно подсовывал ему книги. Только с какой стати он должен впустую тратить время на всякую допотопность, если есть комп и Интернет? Он же не отсталый, типа Ваньки Кудряша, очкарика из их класса, который постоянно ходит с какой-нибудь книжонкой, а на информатике или тупо пялится в монитор, или читает, пока не видит учитель.

Лёнька этого не понимает. Как можно читать, когда тебя никто не заставляет?! Неужели больше нечем заняться? Куда интереснее же зависать на сайтах, форумах и видеоплатформах, вести собственный блог, а онлайн-игры – вообще супер! На крайняк есть телик с сотнями каналов, и нечего утруждать глаза и мозг.

Нынешняя поездка стала для него вселенской катастрофой. Он вырос в большом городе. Летом они с отцом всегда отдыхали круто: часто летали на море и жили в люксовых гостиницах, по турпутёвкам мотались в Египет, Испанию, Турцию, Таиланд – да где только не побывали за последние годы! На отдых отец денег не жалел. А этой зимой подумали и решили: хватит с них заграницы, надо и по своей стране поездить. Столько в России вайбовых местечек, а они нигде не были. Конечно, если не считать Карелии, и то только потому, что там жили дальние родственники мамы.

Всю зиму они обсуждали, куда бы летом отправиться в первую очередь. Спорили и ссорились, договаривались и мирились, потом снова спорили. Наконец остановились на Байкале. Собирались основательно. Отец готовил машину, купил двухместную палатку, спальники, складной таганок, котелки – в общем, всё необходимое для автотуризма. Лёньке завидовали все пацаны в классе. Да что там пацаны, даже девчонки!

И вот теперь вместо увлекательного похода с ночёвками под звёздным небом, рыбалкой и пахнущей дымком ухой, утренних набегов в лес за ягодами и грибами, купаний на рассвете в реках и озёрах, а главное – целого месяца, проведённого вместе с отцом, он должен ехать в глухую деревню. Один!

Долгожданные летние каникулы можно было вычеркнуть из жизни чёрным маркером. А всё из-за пневмонии, которую он по собственной глупости подхватил в конце мая.

Из больницы его выписали неделю назад, но лечение надо было продолжать, так как в крови обнаружили низкий гемоглобин.

Никогда в жизни Лёнька так не злился: «Гемоглобин! Что это за штука такая, из-за которой приходится менять планы?»

Он пытался объяснить врачу, что чувствует себя хорошо, что у него не кружится и не болит голова, что он не падает в обморок и нет никакой слабости и что, в конце концов, у него – ка-ни-ку-лы!

Но врач только посмотрел поверх очков и, повернувшись к отцу, сказал:

– Отправьте его в санаторий или в деревню. Ему нужен свежий воздух и здоровое питание, а не тряска в машине и перекусы по дороге в сомнительных забегаловках или, что ещё хлеще, еда всухомятку. Думаю, что пока обойдёмся без уколов, но таблетки придётся какое-то время попить. Да и нервишки молодому человеку подлечить не мешало бы. Хотя… возраст, что вы хотите.

И отец согласился. А так как летом путёвку в санаторий взять было нереально, Лёньку ждал свой «санаторий» – деревня в лесной глуши. На два с лишним месяца! Поездка на Байкал накрылась медным тазом…

– Там у соседей можно брать домашнее молоко, творог