Ислам. Философия, религия, культура. Часть 1. Теолого-философская мысль - Наталия Валерьевна Ефремова

философов» как особо крамольные (а именно об извечности мира, об универсальном, а не партикулярном характере Божьего знания единичных вещей; о духовной, а не телесной природе эсхатологических реалий), то таковые, по мнению автора «О соотношении…», неправильно квалифицировать в качестве еретических, поскольку они касаются весьма сложных и запутанных вопросов, и ошибки здесь простительны. Ересью, с его точки зрения, является лишь ошибка относительно трех основоположений религии: признания Бога, пророческих миссий, потустороннего счастья и несчастья.

2.2. Модусы абсолютного бытия

Как было сказано, первый раздел метафизики изучает модусы абсолютного бытия («бытия как бытия»). Соответственно таковым дифференцируется сущее, делясь на классы. Самое фундаментальное из этих делений связано с дуальностью субстанции – акциденции.

Субстанция и акциденция

Акциденция – это вещь, для своего актуального, реального бытия нуждающаяся в субстрате, или вместилище, т. е. в таком сущем, которое может существовать и без наличия в нем означенной вещи.

Такова, например, белизна или теплота в одежде. Субстанцией же называется все, что не является акциденцией. В свою очередь, акциденция подразделяется на девять разрядов, так что все сущие классифицируются по десяти категориям – субстанция (например, человек), количество (ростом в четыре локтя), качество (белый), отношение (сын кого-то), «где» (на площади), «когда» (вчера)[32], положение (сидит, лежит), обладание (обут, вооружен), действие (режет, жжет), страдание/претерпевание (его жгут, его режут).

Вслед за Ибн-Синой в фальсафе обычно выделяют пять разновидностей субстанции: 1) тело; 2) материя и 3) форма, из которых оно состоит (сама материя не находится в некоем субстрате, и форма наличествует в ней не как в субстрате, ибо только благодаря форме та актуально существует); 4) душа и 5) разум (таковые, хотя и соотносятся с телом, но их бытие не обусловлено им, поскольку они продолжают существовать и после его гибели). В отличие от Аристотеля файлясуфы обычно воздерживаются от приложения эпитета «субстанция» (греч. ousia) к Первоначалу, Богу.

Отстаивая гилеморфизм (от греч. hyle, «материя», и morphe, «форма»), перипатетики ислама, особенно Ибн-Сина, подробно останавливаются на критике античных и мусульманских (каламских) концепций об атомистическом строении материи/тела. Характерным для авиценновской натурфилософии является введение особой разновидности формы – «формы телесности» природного тела, которая отлична от присущих ему трех измерений и предшествует «видовым формам», т. е. формам воды, воздуха, земли и огня.

Универсалия и партикулярия

Сущее бывает или единичным, партикулярным (например, Иван Петров), или общим, унивесальным («человек»). Подобно Порфирию, файлясуфы учат о пяти универсалиях, к которым относятся: 1) «род» (например, «животное»); 2) «вид», менее общее сравнительно с «родом» понятие («человек» по отношению к «животному»); 3) «видовое отличие», по которому внутри рода выделяются разные виды («разумное», например: «человек есть разумное животное»), 4) «собственный признак», т. е. акциденция, характерный только для данного вида (например, «способность смеяться», присущая человеку); 5) «общая акциденция» («движущееся» – общее свойство для человека и других предметов; «черное» – для вороны и прочих предметов). Аль-Кинди и «Чистые братья» выделяли еще одну универсалию, шестую – «индивид», но таковая не получила поддержки у аль-Фараби, Ибн-Сины и других перипатетиков ислама.

Роды и виды субстанции также являются субстанциями. Но если Аристотель единичные вещи называет первыми субстанциями, а роды и виды – вторыми субстанциями, то Ибн-Сина прилагает последнее наименование к видам, нарекая роды третьими субстанциями. Десять категорий представляют собой высшие, наиболее общие роды сущих. «Сущее» (как и «единое») прилагается ко всем им, но не одинаковым образом, поэтому оно не служит родом для них. «Акциденция» также не выступает родом для девяти категорий.

Обсуждая поставленный Порфирием и впоследствии занимавший важное место в философских дискуссиях европейского средневековья вопрос о способе существования универсалий (прежде всего родов и видов), Ибн-Сина отмечает, что универсалия (например, «человек») может рассматриваться трояким образом: 1) как общее понятие, одинаково приложимое ко всем соответствующим индивидам; 2) как просто сущность («человек» как разумное животное), вне связи с первым описанием, без ее квалификации в качестве чего-то универсального или не-универсального; 3) как сочетающая в себе оба предыдущих аспекта. Соответственно они именуются логической, естественной и интеллектной универсалиями. По Ибн-Сине, вне нашего ума существует лишь вторая разновидность универсалии, воплощающаяся во множестве индивидов.

В другом аспекте об универсалиях говорится, что они существуют, во-первых, «до множественности», т. е. прежде воплощения в конкретных партикуляриях, извечно пребывая в Божьем знании и Деятельном разуме; во-вторых, «во множественности», а именно в конкретных партикуляриях; в-третьих, «после множественности», появляясь в человеческом уме на основе партикулярий. Вслед за латинским переводом авиценновского «Исцеления» аналогичные деления позже утвердятся в европейской схоластике, в частности как genus naturalе, genus mentale и genus logicum; ante res («до вещей»), in rebus («в вещах»), post res («после вещей»).

Причина и причиненное

Если одна вещь обусловливает бытие другой, то первая называется причиной, а вторая – причиненной, следствием. Причины вещи бывают либо внутренними по отношению к ней, составляя ее части, и в качестве таковых выступают материя (например, глина для дома) и форма. Внешних причин также две: цель (в отношении дома это кров) и действователь (строитель). Целевая причина служит причиной всех причин. Так, если бы конечная форма как цель не была бы в уме строителя, тот не стал бы воздвигать дом, не осуществилась бы форма дома и глина не сделалась бы элементом дома.

Как подчеркивает Ибн-Сина, действующая причина, коли окажется полной, тут же вызывает к бытию причиненное. И совершенный действователь, каковым является Бог, извечно действует, творит. Ведь когда из причины не происходит действия, а затем оно происходит, это бывает либо из-за внешнего препятствия, либо из-за нехватки чего-либо внешнего по отношению к ней (например, орудия или материи), либо из-за возникновения нового намерения, которого прежде не было. Но данные обстоятельства невозможны в отношении совершенной причины. Следовательно, творение, мир в целом, непременно должно быть извечным.

Возможное и необходимое

Дуальность возможного – необходимого – онтологическая инновация Ибн-Сины. Сущее философ мысленно подразделяет на необходимое (ваджиб) и возможное/контингентное (мумкин). Бытийно-необходимое (ваджиб аль-вуджуд) – это то, что обязательно существует. Другими словами, предположение его несуществования ведет к абсурду. А бытийно-возможное таково, что не обязательно ни его существование, ни его несуществование. Иначе говоря, предположение его существования или несуществования не ведет к абсурду.

В свою очередь, бытийно-необходимое может быть или необходимым само по себе, или необходимым благодаря другому. У последнего необходимость бытия обусловлена наличием другого сущего. К примеру, число «четыре» является необходимым не само по себе, а при полагании наличия дважды двух; горение – необходимым не само по себе, а при полагании контакта огня с воспламеняющимся предметом. Если необходимое-благодаря-другому берется само по себе, то оно будет возможным. А при