Дело о коте Баюне - Ксения Николаевна Кокорева

– Я их мучаю, – улыбнулась Нощница. – Давайте называть вещи своими именами. Но нет, неправильно. Я всех людей не люблю. Вы такие суетливые, такие шумные. Вы спрашиваете, почему вчера я совершала ночной моцион по кладбищу? Отвечу: там тихо… было. Пока вас не было… Все лежат себе спокойно. Спят вечным сном. А люди даже во сне суетятся, беспокоятся, мечутся. Мы с Кикиморой[3] иногда вместе работаем, она, правда, больше по детям специализируется, но не суть… Так вот. Я отвечаю за всяческие ночные мучения. Кошмары, боли, температуру могу наслать. В общем, делаю все, что в моих силах. Не люблю я вашу породу, дурные вы, люди. Так хочется спокойствия, одиночества.

– Поэтому вы и живете на болотах?

– Да, – кротко кивнула головой Нощница. – Поэтому. Жалко только, что соседей много. И, я вам доложу, соседи у меня пренеприятные.

– Знаете, мы когда к вам шли, – подал голос Петя, – никаких соседей не заметили.

– А Кот? – удивилась ожившая мифология. – Кот Баюн – это просто ужас, а не сосед. Вы, юноша, когда-нибудь жили в коммунальной квартире?

Петя отрицательно покачал головой.

– А ты, зверушка? Тоже нет? А вот я, когда переехала на эти болота, оказалась практически в коммунальной квартире. Каждый день и каждую ночь здесь или шатаются богатыри, или куда-нибудь крадется Кот. Если бы он еще крался, я бы могла понять. Тихо и бесшумно. Но нет! Баюн несется, как взбесившийся мамонт. Вот недавно был случай: прется, понимаете ли, по моим собственным болотам и тащит в зубах гуся. Гусь, естественно, отчаянно борется за жизнь и, поверьте, я была на его стороне, а Кот вопит, как потерпевший, рычит, плюется. А тапочки! Знаете, сколько раз этот ваш Котик нагло нападал на мои тапочки? А как он копает в шесть часов утра! Петя, ты знаешь, как копает Кот? – Петя кивнул. – Вот именно! Тогда ты должен меня понять. Как можно жить в такой обстановке? Если бы я хотела, чтобы у меня был кот, я бы завела себе кота. А тут он сам завелся.

Волк решил, что сейчас самый подходящий момент задать главный вопрос:

– А вы, случайно, не знаете, что там с Котом произошло? Говорят, он лишился магической силы.

Нощница фыркнула. Изо рта вылетел клуб тумана, поднялся вверх и превратился в огромного призрачного кота. Тот подмигнул левым глазом и растаял под потолком из листьев.

– Случайно знаю. Но и ты, Волк, тоже, не так ли? Кот Баюн ведь сейчас отсиживается в квартире у этого мальчика. – Нощница ткнула в Петю когтем. – Так что не стоит лукавить. Это сделала я. Воспользовалась, так сказать, моментом.

– Каким моментом?

– Этот толстопопый ворюга решил наведаться в одно место, куда ему совершенно не стоило соваться, и украл кое-что очень и очень важное. Виноват Кот? Конечно, виноват. Воровать нехорошо. Беспокоить пожилых дам – это я не о себе, нечего ухмыляться! – тоже нехорошо. Вот и натравила на него шиповник. Пока наш ма-а-а-аленький бедненький котик продирался сквозь колючие кусты, он потерял кое-что очень важное. По-моему, вполне справедливый обмен. Он кое-что присвоил, он же кое-что потерял. И хватит. Не будем об этом.

– Подождите, подождите! – Волк замахал лапами, как ветряная мельница. – Но ведь стало только хуже! Теперь богатыри…

– Кому хуже? Мне? Лично мне стало только лучше. Как только богатыри узнали, что Кот Баюн отсутствует – признаюсь, что я им в этом немного помогла, – они сразу же нацелились на другие объекты. На Змея Горыныча, Лешего, Бабу Ягу. А мои болота они оставили в покое, ясно вам?

– Понимаете, Коту очень плохо. – Волк решил надвить на жалость. – Может быть, вы знаете…

– Ты хочешь спросить, как вернуть Коту его магические способности? Отвечу: понятия не имею. Я бы на твоем месте перестала протирать задницей мой ковер, и отправлялся бы прямиком к Коту. Он же вам не все рассказал, я так понимаю? Вот пусть и поведает, что он делал у замка Спящей Царевны и что оттуда утащил. Может быть, вы, три головы – не скажу, что умные, но уж какие есть, – до чего-нибудь и додумаетесь.

– А…

– Да, еще одно! Стоит запомнить: в нашем мире нет случайностей. Все имеет значение. Запомнил?

– Я…

– Что? Еще остались вопросы?

– Да. Я… Я вот что подумал. – Действительно, Петя вдруг как-то воодушевился. – Вы говорили про Змея Горыныча, и я вспомнил. Знаете, где сейчас Горыныч? Он уехал в отпуск. На воды. Там тишина, покой и отсутствие кошек с богатырями. Вот вы когда в последний раз были в отпуске?

– Как-то сразу и не припомню. – Нощница откровенно растерялась. Что-то подсчитала на когтях, подумала и вздохнула: – Если не ошибаюсь, где-то примерно три тысячи лет назад. Помню, познакомилась с одним мальчиком хорошим, тоже Петрушей[4] звали… Поехали с ним в Европу. Он там корабли учился строить, а я отдыхала.

– Вот! А я о чем! Между прочим, работать без выходных и отпусков очень вредно для здоровья! Депрессии там всякие, выгорания, стресс. Почему бы вам не выбрать тихое местечко? Где-нибудь в горах, например, у минерального источника. Отдохнуть, подлечиться… Я имею в виду, всякие процедуры косметические… Моя мама их очень уважает. Нет-нет, вы ничего не подумайте, вы выглядите гораздо моложе своих лет, просто… В общем, если понравится, то можно же и навсегда там поселиться!

Нощница задумалась. Петя и Волк затаили дыхание, чтобы не помешать мыслительному процессу. Процесс, правда, грозил затянуться. На какой-то момент Пете даже показалось, что Нощница задремала – сидя и с открытыми глазами. Кто ее знает, может быть, она и сидя спать может.

Наконец Нощница приняла решение.

– Всё! Так и быть. Отправляюсь в отпуск! А там, глядишь, и в самом деле найду себе какой-нибудь тихий уголок. А вы почему еще здесь? Ну-ка, быстро отправляйтесь домой. Давайте, давайте! Мне еще вещи собирать, дочек опять же… Ну, прощайте! Какие вы, люди, надоедливые! Противные! Надеюсь, что никогда больше не встретимся! Прощайте! А за идею спасибо, отблагодарю. Отцу своему передай, чтобы меньше нервничал, хорошо питался и спать ложился в десять часов вечера. Тогда я его больше не трону.

Глава 20

– Не для меня придет весна,

Не для меня Дон разольется,

Там сердце девичье забьется

С восторгом чувств не для меня.

Кот завывал, сидя перед зеркалом. Зеркало было волшебным, но Баюна это не смущало.