Девочка хулигана - Тася Лав

Он ненадолго задумался, явно коря себя за плохое лидерство. Мне хотелось как-то поддержать его, сказать, что он не виноват.

Я вспомнила, что не видела его в рядах толпы, когда меня песочили за школой. Да и он не оскорблял меня никогда. Приставал по всяким мелочам, но вряд ли это было со зла. Неужели не врет?

— А на бал зачем зовешь?

— Так говорю, нравишься ты мне, Дворская. Милая мордашка у тебя, — подмигнул и взял за руку, отчего я залилась краской. Вот так легко признается. Я бы ни за что так открыто не смогла. А в голове все еще червячок сомнения — вдруг это очередное шоу? Может ли Вова все это время не трогать меня ради грандиозной шутки? Он же так любит шутить и быть в центре внимания, что ему стоит?

— Остальным это не понравится, — я покачала головой, все еще находясь в сомнениях. Определенно, Вова прикольный… но почему-то мое безграничное доверие к людям и вера во все хорошее начинает рушиться, как карточный домик.

— Остальные мне не указ, — он фыркнул, дружелюбно скалясь и смотря на меня, как на маленького, ничего не знающего ребенка. — Моя компания вполне может потягаться с элитой, поэтому мы не шпыняем друг друга. Иначе будет кавардак.

— А, понятно…

— Эй, — мы оба вдрогнули и повернулись на голос. Матвей стоял, засунув руки в карманы, и недовольно оглядывал Вову, будто увидел его под другим углом и оценивает соперника. Тот в свою очередь был готов перевести все в шутку. «Лучшая драка, — шепнул, — та, которой не было»

— Что такое, Сокол? — Вова отпустил меня, натягивая на лицо самую дружелюбную мину из тех, что у него припрятаны. Всегда казалось, что они у него как маски. Надел, и вот тебе человек-клоун, оптимист и просто хороший гражданин.

— Это моя игрушка. Тронешь еще раз, лишишься руки.

Глава 20

Роза

— Но я не…

— Молчи, — Сокол хмуро зыркнул на меня и вернул взгляд на Вову, — ты еще здесь?

Тот примирительно поднял руки, подмигнув мне. Он не выглядел запуганным, как другие ребята, но Вова явно знал, у кого здесь сила и кому лучше не переходить дорогу.

— Ладно, у меня дела появились, так что покину вас, — он прошел пару шагов назад, и затем сунул руки в карманы и вальяжно развернулся, будто решение уйти было абсолютно его.

— Че он хотел? — Матвей сел рядом и засев в телефоне, наигранно изображая занятость. Его глаза то и дело поднимались из-за экрана и ощупывали меня.

— Да так, — я пожала плечами, — хотел позвать быть парой на вальсе.

На этих словах лицо Сокола озлобленно сморщилось. Он сильно сжал экран телефона так, что побелели костяшки пальцев. Мне показалось, что еще чуть-чуть, и он просто треснет у него в ладони.

— Следующее правило, ты не общаешься с парнями.

Я опешила.

— Что? — сипло, — ты и в мою личную жизнь…

— Да, — отрезал, заставляя себя равнодушно смотреть в экран.

— Ладно, — я сдалась. Не то, чтобы это сложно. Личной жизни у меня нет, и Вова первый за долгое время подошел ко мне не для того, чтобы попросить списать. Будет ли такое еще? Вряд ли, наверное. Мальчикам нравятся такие дутые куклы, как Эмили и Маша. Я не вхожу в их вкусовой раздел.

К нам подошла щебечущая толпа из десятиклассниц. Самая красивая из них вышла вперед, хихикая и оглядываясь на подбадривающих подруг.

— Сокол, мы слышали, что у тебя скоро выпускной бал, — неуверенно произнесла она, обретая храбрость на ходу. Тот в свою очередь даже не смотрел на нее, так, бросил пару ледяных взглядов, способных заморозить Африку. Но вряд ли эту девушку они останавливали, — в общем, предлагаю свою кандидатуру. Я отлично танцую и…

— Не интересует.

— Но все же, — настойчиво продолжила та, закручивая на палец волнистый, блондинистый локон и кокетливо улыбаясь, — если никого не найдешь в своем классе, я всегда готова. И не только на бал.

Подмигнула, зардевшись. Ее подружки засмеялись и равнодушно бросили на меня взгляд, будто я стена или лавочка, на которой он сидел. Я даже не вызывала в них ревности к их кумиру, хотя сидела меньше чем в полуметре. Бледное, бессмысленное пятно.

Матвей промолчал, и девушка приняла это за ответ. Они переглянулись между собой и щебеча поспешили к повороту коридора.

— Не хочешь с кем-то идти на бал? Или еще не спросил ту самую? — спросила, меланхолично вернувшись к учебнику.

— Танцы для малолеток, — буркнул. — Я таким не занимаюсь.

— Но классная сказала всем…

— Мне плевать, что сказала она или кто другой, — оборвал меня, вернув ко мне взгляд. Сейчас он был раздраженным, но чем дольше Матвей смотрел на меня, тем больше успокаивался. Не то, чтобы он резко раскис и стал добреньким, просто почувствовалось некое… принятие. Меня или моих слов.

Звонок застал нас врасплох, потому что мы не знали, сколько уже смотрели друг на друга. Я подняла голову от кулачка, которым подпирала щеку, пока отвечала на его зрительный вызов, а он проморгался и вернулся к мобильнику.

Класс возвращался из столовой и отовсюду, где они были на перемене, и я втесалась в толпу. Надо было, наверное, встать где-нибудь позади, потому что среди обиженных одноклассников я то и дело ловила толчки и пинки. Самое сложное было понять — это делает один человек или несколько? В конце концов, меня выпихнули в конец этого втекающего в класс ручья, и я с облегчением выдохнула, пока на мое плечо не легла рука.

— Роза? — Учитель физики смотрел так же пристально, как на прошлом уроке. От его руки по коже бегали неприятные мурашки. — Ты же помнишь, что у нас с тобой будет сегодня?

— Да я помню… — отвела взгляд в пол, не в силах смотреть на него. Мне казалось, что его глаза съедят меня живьем, если продолжу.

— Вот и хорошо, жду тебя в этом кабинете после уроков. Мы будет только вдвоем, — слегка сжал плечо, отпустив и проведя пальцами по предплечью и ниже по руке, пока в итоге не прошел мимо. И все это время меня словно лихорадило, причем очень нехорошо. Очень странная индивидуальная реакция на него, меня всю до сих пор потряхивает.

Все расселись по местам, и присутствие Сокола за моей партой меня немного успокоило. Но половину урока я все равно мяла в руках многострадальный пенал, совершенно не желая идти к