Обожаю ходить по облакам - Анастасия Александровна Орлова

кружится вокруг Солнца. За год Земля делает вокруг него целый круг. Так вот. Тёма прокатился на Земле уже четыре раза, я – шесть. А бабушка целых шестьдесят два! И теперь я понял, почему у неё иногда голова кружится!

Подходящее слово

Я вот тут подумал вчера, для жирафа слово «шея» слишком уж короткое. Ему бы гораздо больше подошло слово «шеяшеяшеяшеяшеяшеяшеяшеяшеяшеяшеяшеяшеяшеяшеяшеяшеяшея».

Водопровод

Мама налила мне чай в кружку.

– Ой, горячо! – говорю.

Мама налила новый чай в другую кружку. Пробую, а он прохладненький совсем.

Тогда я взял две соломинки: красную и синюю. Красную поставил в горячий чай, а синюю – в холодный. А сам работаю водонасосной станцией. Чай получился самой нужной температуры!

Вредные и полезные

Дети бывают вредные и полезные. Я вот сегодня очень полезный ребёнок: не кричу, не дерусь, ем хорошо. А Тёма вредный человек – живёт целый день в своё удовольствие.

Подарок

Выбирали мы с мамой подарок для моей подруги Сони. Выбрали куклу. Соня так радовалась, ТАК радовалась, как будто это РАДИОУПРАВЛЯЕМЫЙ ГУСЕНИЧНЫЙ ЭКСКАВАТОР С ОБРАТНОЙ ЛОПАТОЙ НА ЧЕТЫРЁХ СКОРОСТЯХ!

Рассеянность

Папа у нас рассеянный. Берёт и ключом от машины входную дверь открывает. Дверь с трудом, но завелась. Зарычала, зафыркала. Хорошо ещё, что у неё колёс нет. А то бы уехала. Как бы мы без двери жили?

Тучи плачут

Проснулся Тёма утром и говорит:

– Дождь идёт и идёт, идёт и идёт. Вчера идёт, ночью идёт, утром идёт, завтра идёт…

– Да как же ты не понимаешь, Тёма, – говорю я брату. – Это же не дождь идёт, это тучи плачут от того, что лето кончилось.

Звёзды плачут

Осенью кленовые листья сверкают на мокром асфальте, будто звёзды на чёрном ночном небе. А я иду по Млечному Пути. И на них не наступаю – жалко звёзды.

Лягушка

Приехали мы за грибами. Грибы я не нашёл. Зато поймал лягушку. Маленькую такую. Любуюсь ею. А у лягушки нет желания, чтобы ею любовались – выкарабкивается изо всех сил. Ну ладно, думаю, отпущу. Пускай себе скачет домой. Отворил руку. А она не упрыгивает. Я жду-жду, а она и не торопится никуда. Я уже её пальцем спихиваю, а она смотрит сердито и обратно забирается. Сядет, прижмётся мягким брюшком и замрёт. Только лягушачье сердце тихонько стукается в мою ладошку. Рука у меня горячая. Тепло лягушке.

А я-то не играл!

Я всегда в садик беру из дома машинки. И сегодня выбрал маленькую такую машиночку. Пока собирался, она куда-то подевалась. Я в карманах проверил. И в передних, и в задних, и на груди. И в рюкзаке, и под скамеечкой всё обыскал. Нет, как нет! Расстроился ужасно! Уже заплакать хочется. Но тут мама нашла её в папином ботинке. Машинка, оказывается, со мной в прятки играла. Но я-то с ней не играл!

Медаль

За завтраком ляпнул кашу на майку.

Тёма смеётся:

– Рома, у тебя медаль на груди!

– Не нужны мне такие медали, – сержусь я. И кашу стираю салфеткой.

– А какие тебе медали нужны?

– Самые обыкновенные, – говорю. – Шоколадные!

Яблочный дождь

Выхожу в сад после дождя, а там – на траве яблоки, на дорожке яблоки, на стульях яблоки. А одно яблоко – Хлоп! – и прямо в лужу. Яблочный дождь!

А я кто?

Я люблю маму. Проблема только в том, что не я один. Целая очередь к ней. Взять хотя бы Тёму. Целое утро только и слышу:

– Ты моя мама любимая?

– Да! – отвечает мама.

– А я кто?

– Ты мой сыночек любимый!

А он опять:

– Ты моя мама любимая?

– Да!

– А я кто?

– Ты мой сыночек любимый!

– Ты моя мама любимая?

– Да!

– А я кто?

– Ты мой сыночек любимый!

Тьфу ты! Ну как заводные!

– Мама, – кричу я из другой комнаты, – ты моя мама любимая?

– Да! – кричит она в ответ.

– А я кто?

– Ты мой сыночек любимый!

В общем, нету ей разницы, кого любить.

Невеста

Когда я решил жениться, сомнений не было – на маме!

– Мама я тебя люблю! – она как раз выходила из ванной.

– Нет, я! – тут же завопил братец.

– Нет, я! – повысил я голос.

– Я маму даже мокрую люблю! – заорал брат и стал душить мокрую маму в объятиях.

– И я её мокрую люблю! – и стал душить её с другой стороны.

У мамы положение безвыходное. Уже две недели. У брата отит, у меня нога в гипсе. Никуда ей от нас не деться.

– Это моя невеста! – кричу я.

– Нет, моя!

Тогда мама сказала, что уже давно замужем. И в доказательство альбом показала. Папа – жених, мама – невеста. Ужас! О, это был большой удар. Тёма, к счастью, сразу решил жениться на Соне. А я подумал, что ничего страшного. Ну и пусть папа женился. Я тоже могу. И затаился.

Вечером папы как раз дома не было. Тёма мне говорит:

– Убери свою ногу белую! – показывает на гипс. – Ты мне мешаешь в гараж заехать.

И закатывает машинку маме под чёлку. Мама лежит, даже не брыкается. Устала, что ли? И вот тут-то и наступил мой счастливый момент – Тёма ушёл на горшок. Я подождал для верности.

– Ты моя мама любимая! – мягоньким голосом говорю я маме и обнимаю её, подтащив свою белую ногу. И, обернувшись, ору погромче:

– Прощай Тёма! Тебе невеста не достанется!!!

Экскурсия

Мы живём на втором этаже. И очень быстро домой приходим. Раз и всё – второй этаж! И ничего интересного.

«Мама, мы на экскурсию! На пятый этаж!» – объявили мы однажды.

Поднимаемся потихоньку. Смотрим: всё вокруг другое, непривычное: и двери другие, и коврики у дверей. А один коврик такой синий и пупырчатый, что мы не сдержались и ноги об него вытерли. Тут дверь над ковриком вякнула, звякнула, а мы с братом от коврика так отпрыгнули, что чуть с лестницы не попадали. А дверь тем временем приоткрылась, и в щёлку выскользнула кошка. Кошка, как увидела нас вытаращенных, так сразу попятилась и моментально хотела обратно нырнуть, но