ЗАмолчи. Охота на лис - Регина Генцарь-Осипова

Я взглянула на подругу с благодарностью. Не за чай. Не за обещание маме. А за то, что скрывалось за словами. Там проступила искренняя забота и понимание важности моих чувств. Прохудившийся местами мост нашей дружбы укреплялся новыми прочными связями. И это было лучшим приобретением поездки.

Я неохотно спустилась и пошла умываться. Женя тоже еще лежал на верхней полке, но, по словам Вики, он не раз уже спускался с утра и смотрел в мою сторону. Блин. Я не хотела с ним ни разговаривать, ни молчать рядом.

Он. Меня. Поцеловал.

Это произошло накануне отъезда, в последний день в Питере. Группа уже закончила основной маршрут и распределилась по мини-группам, чтобы была возможность провести свободное время так, как хочется, и отдохнуть от эффекта толпы. Мы делали так по вечерам. За каждой мини-группой был закреплен сопровождающий взрослый. Только до этого мы распределялись на четыре группы по четыре-пять человек, а в этот раз – на три по шесть. Ко мне, Вике, Даше и Милане добавились Радмир и Женя. Сопровождала племянница Неллечки Викторовны, третьекурсница Ксения. Место для ужина и вечерних посиделок выбирали мы с Женей. Кто бы сомневался! Он звал в новое модное место на Рубинштейна, но я настояла на израильском стрит-фуде «Бекицер» на Новой Голландии. Там было вкусно, сытно, доступно и выдержано в стиле проходной городской точки. Без пафоса, но атмосферно. А так как в последний день поездки многие из нас потратили все или почти все деньги, то «доступно и сытно» стало ключевым критерием. Ну и Новую Голландию в рамках экскурсионного маршрута наша группа не посещала, а зря. Я была твердо настроена это исправить, и в итоге мы дружно потопали туда. Может, этот остров не имел такой исторической ценности, как другие локации нашего тура, но с точки зрения архитектуры и ландшафтного дизайна это было одно из лучших мест для замедления и отдыха на открытом воздухе в Питере. Когда мы дошли, весь состав нашей мини-группы оценил место по достоинству, включая сопровождающую Ксению и недовольного Женю, который мысленно топал на Рубинштейна. Наевшись в «Бекицере» от пуза, мы взяли с собой чай-кофе на вынос и расположились на одной из зеленых лужаек просторного парка. Смеркалось, и повсюду зажглись уличные ретро гирлянды. Я зажмурилась от удовольствия, ощущая, что вкусно было и моему желудку, и моим глазам. Эстетическое и гастрономическое комбо.

Девчонки пошли фотографироваться и снимать видео в аллеях и цветниках, а мне было лениво, и я осталась чилить одна. Разблокировав айфон, я вылила в заметки то, что чувствовала в моменте. И тут же опубликовала пост в своем лисьем аккаунте.

Жажда. Я испытываю ее. Утоляю, но не залпом.

Смакую по глоточку.

Ведь это – жажда жизни.

В разных местах и с разными попутчиками я открываю для себя новые оттенки жизни.

Проживаю и прожевываю впечатления.

И знаете, что поняла?

На любой авторской кухне – в жизни, в книгах, в блюдах – работает одно и то же правило.

Сначала простота, потом красота.

Вместе с тем важны смыслы и подача.

Не бойтесь быть и выглядеть простыми.

Бойтесь внутренней пустоты за красотой и пафосом фасада.

Большое счастье находится в самодостаточных пространствах, поэтому важно окружать себя созвучными вещами, людьми, посещать новые и любимые локации. Наполняться, проливаться и вновь вдохновляться – просто ж и т ь.

♥

Комментарии

Через несколько минут пришел комментарий от Волка, по которому я ужасно соскучилась.

Wolf’s den:

Говорят, появление гения меняет мир. Массовый приход гениев сносит прежние установки и правила бульдозером. Не знаю, гений ты или нет, но ты точно иная и настоящая. Пусть твоя жажда жизни не заканчивается.

Foxy burrow:

Я польщена. Но твой философский комментарий заразил меня. Давай продолжим.

Мир дарит гению любовь и признание?

При жизни – нет. Лишь высокие ожидания и требования. Дети-гении часто получают вместо любви и заботы непонимание и претензии «взрослого» социума к их инаковости. Как следствие, возникают насмешки и травля. Поэтому я не хочу быть гением. Но я точно рада быть иной.

Wolf’s den:

Вот я и говорю: иная.

Foxy burrow:

Спасибо.

– Ты чего такая блаженная сидишь? – Женя подошел бесшумно, и я вздрогнула от неожиданности, когда он навис надо мной. – С кем переписываешься?

– Да так, серфлю в соцсетях.

– Ясно. – Он странно посмотрел на меня, потом резко нагнулся и…

Он. Меня. Поцеловал.

Это было быстро, скомканно, спонтанно. Он просто прикоснулся своими губами к моим и ушел на голос Радмира, призывающего его срочно на помощь. А я так и осталась сидеть с открытым ртом, чувствами нараспашку и смазанным послевкусием. Это был мой первый поцелуй с Женей. И вообще первый поцелуй в жизни. Но вместо того чтобы меня разорвало на тысячу бабочек с лисьим окрасом на тонких крылышках, я не испытала ни-че-го. Совсем. И поэтому в замкнутом пространстве поезда на обратном пути мне хотелось прятаться и не видеть его, не говорить, не касаться друг друга, даже взглядами.

* * *

– Ау, Сия, вернись. – Вика тасовала колоду карт, сидя на нижней полке плацкарта. – На тебя раздавать?

Я молча сглотнула и кивнула, выныривая из воспоминаний и подробностей последнего дня в Питере. С учетом того, что я проспала почти сутки, оставалось ехать последнюю треть пути. Прибытие в Тюмень по плану в семь утра. До позднего вечера в поезде мы бодрствовали, играли в карты, делились впечатлениями, уничтожали остатки провизии и снова ржали на весь вагон. Около полуночи я умылась и залезла в свое логово наверху, тогда же пришло сообщение от Степы.

Степа:

Лисичка, хочешь, я тебя встречу завтра на вокзале?

Сия:

Хочу. Но за мной папа с мамой приедут.

Степа:

Ясно. Напиши, как будешь дома. Если будет желание, покатаемся. Я расчехлил зверя.

Сия:

Хо, с удовольствием)

* * *

Сия:

Я дома.

Степа:

С возвращением. Чем занимаешься?

Сия:

Разбираю чемодан. Потом с родителями и сестрами пообщаюсь, расскажу ро поездку, и еще надо с уборкой помочь. Думаю, только к вечеру освобожусь.

Степа:

Понимаю. Тогда я на треню сгоняю, потом за тобой заеду.

Сия: