Бздящие народы - Александр Давидович Бренер

такса трансмутируется в югославскую дворняжку. Это хорошо заметно, если смотришь в окно поезда. Праздничные ландшафты на глазах линяют и беднеют. Дворцы плавно переходят в хижины. Славянская речь как кислый квас после schweppes. Люди одеты хуже, зато веселее и любопытнее. Подростки вопят и щекотятся, не стесняясь. Любляна — просто милая деревушка. Здесь все друг друга знают до последней мозоли. Словения надеется вписаться в Объединенную Европу раньше, чем вся остальная Восточная Европа. Поэтому здесь якобы приподнятое настроение и нарочитая гражданская солидарность. Они не хотят врубаться, что Объединённая Европа — новая легавая империя и вопиющее жлобство. Словенцев всего два миллиона, и все лопочут по английски.

Мы наблюдали здесь, как ёбаная власть умело и ненавязчиво прибирает к рукам людей и их содержимое. Люди идут навстречу власти, они дисциплинируются и влезают в итальянские шмотки. Все политически корректны и натасканы в постструктурализме. Все интересуются contemporary art. Все ебутся по плэйбоевской камасутре.

Мы получили здесь наши бабки и провели беседу с группой IRWIN. Эти чуваки не такие уж простые! Они врубаются, что 90-е годы — это не только хаханьки и обжираловка, но и тотальный мрак и пиздец. Девяностые рифмуются с пятидесятыми. Только микрософт сейчас моднее охоты на ведьм.

В Любляне мы в основном торчали в кафе под названием «Ностальгия». В стиле «ретро». Тут сидят все: новоиспечённые бизнесмены, бывшие титовские функционеры-пердуны, модные малолетки, интеллигенция. До охренения тусклые разговоры, дезинтегрироанные в позднекапиталистическом умопомешательстве человеческие совокупности, беспорядочный и бессмысленный поток новостей в умирающей вселенной. Пи-пи-пи… Пи-пи… пи…

В Словении явственно ощущаешь, что реально существует и присутствует во всех мозгах ментальная западно-восточная бегущая граница. Восточно-европейское обыденное сознание дико желает быть частью Запада. Быть западнее, чем сам Запад, ёб твою мать, обосрись и пёрни. Для какого-нибудь задроченного правого националиста в Австрии имагинарная граница между Востоком и Западом проходит по Karawanken — горному массиву между Австрией и Словенией. Ёбс! Но для словенского националиста эта же воображаемая граница пролегает через речку Колпу между Словенией и Хорватией. Мы, мол, ещё центральная Европа, а хорваты уже часть диких Балкан. Ёбс, ёбс! Но для хорватских долбоёбов подлинная граница между West and East — это граница между Хорватией и Сербией, натурально. Ведь хорваты — это ещё западная католическая цивилизация, хуй тебе в жопу, а Сербия — это уже православный хаос, коллективный беспредел и варварство. Ёбс, ёбс, ёбс! И, наконец, сербы верят, что последняя линия проходит-таки между ними — христианами и государственниками, — и албанцами-боснийцами, то есть исламской ордой. Ёбс, ёбс, ёбс, ёбс! Вот такая геополитика!

Вот такая срань в мозгах! Наши поздравления! И так — повсюду!!!

Впрочем, хватит уже причитать по-мудацки. Мы ведь не Селин всё-таки. Другая парочка. 

Берлин в лесах

Итак, мы получили бабки. Теперь можно было податься в Берлин — на большое дело. А то как раньше было? Как в стишке:

Мудила захотел в Манилу.

Но нету бабок у мудилы.

Теперь бабки были. Вот мы и поехали.

Всё-таки Европа крайне разнообразна. Такое вобщем-то небольшое сухопутное пространство — и столько дифференций! Между Италией и Австрией гигантская разница во всём: в пейзажах, еде, физиономиях, жестикуляциях, привычках… Но и внутри Италии до хуя различий: Север и Юг — абсолютно разные миры! В Неаполе хуй лиловый, а в Милане — розовый! Точно так же и между Австрией и Германией — тьма различий! И сосиски, и пиво, и водители автобусов, и бензоколонки — всё выглядит по-другому. Физический тип — стопроцентно иной. В Австрии всё-таки большая примесь славянства, на это и Гитлер сетовал. А немцы — как дубы, или, в худшем случае, как пни. Златокудрые, красноносые. Александр Германию любит. Барбара тоже. Зимняя сказка!

На самом деле Барбара Германию не любит. А Александр недолюбливает. Германия — страна одностороннего паралича. Дело в том, что половина населения Германии - бодрые здоровячки, которые регулярно пашут и дисциплинированно вкалывают на своей службе. Здесь до хера идиотов, протирающих штаны в конторах и зарабатывающих фиолетовые мозоли на столярно-сталелитейных работах. Никто в Европе не работает так, как эта послушная половина Германии. Зато другая половина полностью расслаблена. Она демонстрирует полное отсутствие жизни. Здесь хозяйничают мёртвые клетки — чрезвычайно агрессивные, свирепые и неумолимые. Агенты антижизни, вирусы прострации. Не купайтесь в речках Германии! К вам может пристать такой вирус, и тогда оставшуюся часть жизни вы проведёте в перманентном ступоре, вялотекущем безумии, со слюнями на подбородке, как Ницше или Гёльдерлин. Или заразитесь суицидальной истомой, как Генрих фон Кляйст. Или будете безвылазно торчать в гнилых сквотах и молиться на икону Че Гевары. Гутен таг, гутен таг, гутен таг. Роза Люксембург! Шутка.

Но Берлин — это не Германия. Берлин — это плохо побритый газончик, который облюбовали пьяные муравьи и вмазанные стрекозы. Берлин — это медуза, в чьей студенистой мерзкой прозрачности можно обнаружить призрачные ледянистые структуры любви. Берлин — это полицейский лейтенант, которого заезжие индейцы накормили кактусом пейотом, и он съехал с колёс: пристрелил крокодила в Zoo. Берлин — это новобрачная, которая навсегда отказалась снять своё подвенечное платье. Берлин — суходрочка, сдобренная похабными постерами праматери Лилит. Берлин — кожаная куртка Берта Папенфюза, под которой — сердце воспитанного в неволе тарантула… Ну, хватит… Хватит уже…

Берлин сейчас — это гигантская строительная площадка позднекапиталистической унифицированной Европы. Тщательно спланированный мегаполис, новый суперцентр контроля и манипулирования миллионами душ. Кишащая бациллами капля под микроскопом власти…

«Sony» — один из главных инвесторов в строительство нового Берлина. Это символично! Говорят, что в мёртвой пограничной зоне между Западным и Восточным Берлином обитали когда-то полчища кроликов. Откуда? Как? Хер его знает! Однако ныне эти полчища разбрелись по всему городу. Полчища кроликов-японцев, агентов «Sony» и деиндивидуализированной коммерциализованной нирваны. Эти японцы родом не только из Киото, но и из Франкфурта, Стокгольма, Брюсселя и Лондона. Они не все коротышки — среди них есть и блондинистые големы двухметрового роста. И на всех чёткий штамп транснациональных корпораций. Банзай, новоимпериалистическая зубастая сволочь! Зайчата некрофильчики!

Берлину надлежит стать и новой культурной столицей. Большие бабки вкладываются в создание новейших коллекций, музеев, галерей. В районе Berlin Mitte хитрожопые дельцы в чёрных тряпочках пооткрывали бутики для contemporary art. Здесь писают кипятком стерилизованные девицы и псевдонебрежные недоноски — кислотным кипятком, от которого подыхает и крыса, и таракан. Снобистская полуграмотная шваль вываливает на подиумы свою волосатую мотню. Праздник носоёбов!

Преображается и Prenzlauer Berg. Бывшая цитадель восточноберлинской