Один шаг до бездны - Елена Владимировна Гордина

— Слушай, меня это не касается. — Альберт усмехнулся. — Я думаю, что ты сумеешь перевести деньги так, чтобы подставить своего шефа, в противном случае уголовная ответственность будет грозить тебе, тебя посадят надолго, а Людочку отдадут твоему мужу. Если она, конечно, выздоровеет к тому времени.

— Почему ты такой больной ублюдок? — не выдержала Женя. — Ты же сказал, что женат, и наверняка у тебя есть дети, а ведешь себя как последняя сволочь!

— У меня прекрасная жена, и я ее очень люблю. — Альберт бил по больному, он понимал, что Жене плохо от этих слов, и специально их говорил медленно и со смаком. — У меня великолепная семья и прекрасный сын, и я не намерен всего этого лишаться. Мне нужны деньги, и ты мне их переведешь, все просто.

— А что мне потом делать? — Женя смотрела на него и не верила своим глазам: как он мог так великолепно сыграть «настоящего мужчину», который решает все проблемы? И как она могла так безрассудно, так по-детски ему довериться?

— У тебя есть выход. — Было видно, что Альберт уже устал от этого разговора. — Их даже два, и давай я их снова тебе напомню. Выход номер один: ты перечисляешь мне деньги так, чтобы подставить Никиту Никитича, потом спокойно увольняешься и живешь дальше со своей дочерью. Выход номер два: ты не подставляешь Никиту Никитича и огребаешь сама, и, пока ты будешь отбывать законное наказание в местах не столь отдаленных, твою дочь будет воспитывать твой бывший муж Эдик. Есть еще один вариант, самый дикий: ты отказываешься мне помогать, или обращаешься в полицию, или рассказываешь все Никите Никитичу — и тогда свою дочь ты больше никогда не увидишь.

— Олег, — начала было Женя, — тьфу, Альберт, подожди! Ты же сам говоришь, что у тебя есть сын, неужели ты можешь так со мной поступить, когда у тебя самого есть ребенок? Ты же не чудовище, как ты собираешься с этим жить?

— Тебе просто не повезло. На твоем месте могла оказаться любая другая дурочка, но не повезло именно тебе. Я не собираюсь ломать тебе жизнь, ты можешь перевести мне деньги и дальше жить, как жила, зачем драматизировать? Только бизнес, ничего личного!

— А как же Никита? — Женя взглянула на Альберта как на сумасшедшего. — Ты же понимаешь, что за такую растрату он вообще из тюрьмы не выйдет? И потом, как я незаметно переведу такую сумму на подставной счет, чтобы он не догадался, что это я?

— Я думаю, что на этом разговор надо заканчивать. — Альберт встал. — Мне пора, а у тебя ровно неделя, чтобы перевести все средства на подставной счет. И да, не забывай, что у меня есть ключ от твоей квартиры и что твоя дочь полностью зависит от моего настроения, поэтому постарайся мне его не портить. Договорились?

Женя молча кивнула головой, мол, да, договорились, а когда Альберт наконец-то ушел, она закрыла за ним дверь и сползла на пол прямо в коридоре. Она угодила в ловушку, в капкан, и она сама во всем виновата, а ее дочь теперь в руках у этого чудовища.

— Надо что-то делать! — пробормотала Женя, поднимаясь на ноги. — Но сначала надо успокоиться!

Зыкова Даная

Даная распаковала вещи, унесла чемодан обратно в кладовку и пошла на кухню — надо было готовить ужин. Она делала все на автомате: достала из холодильника фарш, сформировала котлеты и обжарила их с двух сторон, потом почистила картофель и поставила вариться. Пока готовились основные блюда, Даная помыла огурцы и помидоры и начала делать салат: порезала овощи, затем зелень. По привычке достала кинзу — ее любит Альберт, — но потом подумала и кинзу выбросила в ведро. И даже нож помыла несколько раз, чтобы этой кинзой и не пахло!

— Мама, я вернулся! — Ваня разулся и зашел на кухню. — Ты как? — Он подошел и обнял ее.

Даная сделала над собой колоссальное усилие, чтобы не расплакаться.

— Я отлично! — Даная улыбнулась. — Вот ужин нам готовлю! Давай мой руки и садись за стол!

— А папа где? — Ваня затравленно оглянулся. — Он что, уже уехал на дачу?

Даная посмотрела на сына и увидела, как сильно он переживает их предстоящий развод, хоть и делает вид, что ему все равно.

— Нет, папа пока поживет с нами дома! — ответила Даная, а Ваня громко выдохнул и сразу повеселел. — Мы пока не решили, что нам делать дальше.

— Отец раскаивается? — Ваня сел за стол и налил себе чай. — Он переживает?

— Вымой руки, а потом садись за стол! — мягко напомнила ему Даная. — Папа очень переживает, и раскаивается, и просит у меня прощения!

Ваня встал из-за стола и пошел в ванную мыть руки, а Даная подошла к окну и открыла створку, чтобы холодный воздух остудил ее горящее лицо. Она не хотела плакать, не хотела!

— Мама, а может, ты дашь отцу последний шанс? — Ваня вернулся на кухню. — Ну, знаешь, я подумал, что если эта его девка потеряла ребенка и они больше не встречаются, то и проблемы больше нет. Ведь любой может совершить ошибку, верно? Я там тебе сгоряча отправил их фотографии, а сейчас думаю, что зря это сделал, ты их не смотри, ладно?

— Хорошо, я их удалю! — Даная продолжала стоять к сыну спиной, она чувствовала себя перед ним безумно виноватой, словно это у нее был любовник, который разрушил их семью.

— Так что насчет отца?

Ваня сел за стол, Даная наконец-то отошла от окна и, стараясь не встречаться с сыном взглядом, положила ему на тарелку котлету.

— Приятного аппетита! — улыбнулась она. — Я еще не думала об этом!

— Если вы разведетесь, то я брошу школу и уеду от вас! — Ваня посмотрел на нее с ненавистью. — Я буду работать и сниму квартиру!

— Зачем сразу же бросать