И она поблагодарила богов - Юсси Адлер-Ольсен

Он отодвинул сэндвич обратно.

— Вижу, ты снова в строю. — Она всплеснула руками. — Значит, продолжим нашу программу, надо полагать. Следующий пункт повестки дня!

— Маттейс объявился?

Ее лицо тут же приняло серьезное выражение. — Мы понятия не имеем, где он, Петер. Ян Мун искал его повсюду. И у него дома, и у родителей — в общем, везде, как я уже сказала.

— Вы заявили в полицию?

Она кивнула: — Да. Точнее, мы как раз собираемся это сделать. — Она снова кивнула, чуть напрягая шею, но на ее полном лице по-прежнему играла эта странная, широкая, пунцовая улыбка. Она приподняла выщипанные брови, потрясающе скрывая шок от его появления и вопросов. Она была просто мастером своего дела.

— Ты не против, если я открою окно, Петер? Стоит настоящее бабье лето, тебе не кажется?

Она распахнула окно настежь, и в комнату хлынул свежий воздух с канала, унося затхлость. Это сразу помогло. К ней вернулся здоровый цвет лица, и она принялась торопливо разворачивать сэндвич. — С чего начнем? Предлагаю с нового штатного расписания. — Она взяла со стола стопку бумаг и протянула ему.

Он бросил их прямо на замасленную фольгу и полез во внутренний карман. — Держи, — сказал он, протягивая ей бумагу.

— Что это? — Она взглянула на договор аренды плавучего дома, который передал ему Марк де Вирес. В ее глазах не было ни одной живой мысли, хотя в голове наверняка бушевал ураган из вариантов побега и оправданий. — В договоре указано мое имя, я ничего не понимаю. Что это такое и откуда оно у тебя, Петер?

Она протянула бумагу обратно, словно та была заражена проказой и обжигала ей пальцы.

— Это тебе привет от Марка де Виреса.

Она потянулась к верхней пуговице блузки под бантом на воротнике. Лицо ее оставалось бесстрастным, но пуговица не поддавалась, а под столом ее полные ноги то и дело меняли положение в поисках опоры.

— Это какая-то игра? — невинно спросила она. — В чем суть? — Она достала из сумочки пачку сигарет. Ей потребовалось несколько попыток, чтобы наконец прикурить.

Он пододвинул к ней полупустую пепельницу: — Больше ни у кого нет на меня крючка, Магда. Все обвинения ложны. — Она едва заметно покачала головой. — Да-да, ты прекрасно понимаешь, о чем я. О гибели моих родителей. О самоубийстве Келли.

Магда Баккер затянулась так сильно, что огонек на конце сигареты едва не отвалился.

— Но тебе, должно быть, интереснее будет узнать, что и Марк де Вирес, и Рахман, и дело «Кью-Петрол», и груз «Эль-Аль» для меня теперь перевернутые страницы. — Он развел руки. — Перед тобой я — свободный как никогда!

Она заморгала, делая вид, будто ей мешает дым, но Петер понимал истинную причину. — Да скажи ты мне наконец, к чему все это, Петер? А то я, право, начну на тебя сердиться.

Ах, да. Такой блестящий ум, столь недооцененный человек, старый спарринг-партнер. Он поднялся и распахнул дверь в коридор.

Зрелище, представшее его глазам, было трогательным. Диди поддерживал Маттейса Бергфельда с таким видом, словно нес за него личную ответственность — как за жизнь, доверенную ему свыше, которая могла продолжаться только под его неусыпной опекой.

— Справишься? — спросил Петер.

Диди кивнул за Маттейса.

Позади него в безраздельных владениях Магды начало нарастать беспокойство. Она поднялась из-за стола и стояла у окна, высившись как древнегреческий колосс.

— Разреши представить! — произнес Петер повелительным жестом.

Появление Маттейса в дверном проеме произвело сильный эффект. Хотя его переодели, следы кошмарных дней, проведенных в самом глубоком подвале Рахмана, проступали слишком явно. Никогда еще его кожа не была такой пятнистой и землистой, такой прозрачной, а глубоко посаженные глаза — столь печальными. Они пронзили комнату словно лазерный луч. Магда отступила на полшага назад — дальше отступать было некуда.

Она ухватилась за оконную раму, словно пытаясь удержаться на ногах. Но он прочел все в ее взгляде. Она проиграла и понимала это. В одно мгновение она лишилась всего: грез о будущем, власти и уважения. За долгие годы она привыкла только побеждать. Теперь с этим было покончено. А после такого остается только падать.

Она качнулась

назад, ее затылок скрылся за окном, и она разжала руки. Бергфельд попытался крикнуть, но голос не повиновался ему от слабости.

Всю свою одинокую взрослую жизнь Магда Баккер находила утешение в обильной еде и поглощении калорий. Это ни для кого не было секретом, хотя сама она вечно искала оправдания и старалась не думать о том, что обжорство может свести ее в могилу, если она не остановится. Ирония судьбы заключалась в том, что именно по этой причине она и осталась жива. Магда Баккер была слишком тучной и просто застряла в оконном проеме.

Даже этот жест ей не удалось довести до конца.

Диди в один прыжок оказался рядом и втащил ее обратно, так что она кубарем покатилась прямо на письменный стол.

— Возможно, сейчас не самый подходящий момент говорить об этом, Магда, но время не ждет. Сегодня вечером мы с Никки Ландсаат улетаем в Джакарту.

Она посмотрела на него с глубоким отчаянием.

— И поэтому нам придется еще немного присмотреть за тобой. Я не хочу, чтобы меня задержали для допросов в полиции из-за твоего возможного самоубийства. Так что тебе придется потерпеть, Магда. Кроме того, у Бергфельда на тебя свои планы. Ты ведь понимаешь?

Это было ключевое слово. Маттейс Бергфельд с трудом уселся за компьютер, но уже через десять минут все было готово.

Находясь в заточении, он раз за разом мысленно прокручивал сценарий своей мести, и теперь слова ложились на бумагу сами собой. Магда Баккер бросила его на произвол судьбы там, на причале. Она безучастно смотрела, как люди Рахмана быстро и бесшумно сбили его с ног и закинули в рефрижератор.

Он распечатал текст на рулоне факсимильной бумаги и передал лист Петеру. Замысел был дьявольским.

— Подпиши, пожалуйста. — Петер протянул испещренный мелким шрифтом лист Магде Баккер, которая все еще стояла на коленях перед столом.

Она ухватилась за край стола и с кряхтением поднялась. Зрелище было жалкое и недостойное. Дыры на коленях ее нейлоновых колготок были огромными. Она вопросительно взглянула на бумагу.

— Это факс для всех твоих ключевых партнеров, Магда. Для всех главных редакторов, директоров по маркетингу