«Килл-сити»-блюз - Ричард Кэдри

— Думаю, Аттикус говорил об этой книге, — произносит она. — В ней есть всевозможные рисунки Шара Номер 8.

Она протягивает её мне. Я ожидал покрытую плесенью крошащуюся реликвию. Но этой книге на вид не больше нескольких лет. Я беру её под мышку и говорю:

— Давайте убираться отсюда. Я отнесу её Отцу Травену.

— Если хотите, я могу отнести её Лиаму, — говорит Бриджит. — Я встречаюсь с ним вечером.

Я смотрю на Кэнди. Она делает микроскопическое движение головой. Тайный кивок. Так вот с кем встречается Бриджит. Двое милых ребятишек-католиков. Убийца и отлучённый от церкви священник. Звучит как союз, заключённый на небесах.

— Вам следует поскорее навестить его, — говорит Бриджит. — На него столько свалилось. Мне кажется, в последнее время он слишком много пьёт.

— Как насчёт завтра? — спрашивает Кэнди.

— Идеально. Он будет рад вас видеть.

— Меня только что чуть не съел медведь, — говорю я. — Я буду рад видеть кого угодно.

Возможно, «рад» — не совсем подходящее слово. Может быть, более уместно «испытываю облегчение». Радоваться особо нечему. Да, было забавно разгромить жилище человека Тик-Так, но теперь я вернулся к исходной точке. Все мои зацепки взорвались, сгорели, сбежали, мертвы либо безжизненны, насколько может быть безжизненны заводные игрушки. Где-то ещё есть Деклан Гарретт, но он пытался купить Шар Номер 8 у двух разных источников, так что совершенно очевидно, что у него его нет. Я даже не услышал ничего полезного об Аэлите или Медее. Думаю, всё, чего я действительно достиг за последний месяц, — так это реально загнал мистера Мунинна в депрессию. Я нигде. Снова потраченное впустую время. Зачем я это делаю? Я смешон. Всем плевать. Большинство не верят даже в само существование Ангра, не говоря уже об их возвращении. Чёрт, я начинаю сам себе удивляться. Я играю в эту игру, потому что у меня закончились законные поводы для убийства? Нет. Я видел Ламию и знаю, что она была настоящей, значит, и Ангра реальны. И всё же, возможно, пришло время просто отойти в сторону, и пусть всё само рассосётся. Мы либо умрём, либо нет. Я это уже проходил. Будет ли у меня время крикнуть напоследок «а я вам говорил», когда Ангра спалят мир? Это то ещё последнее желание. Возможно, мне всё-таки стоило подарить Кэнди её рождественский подарок. Мне нужно выпить.

Мы решаем встретиться в «Бамбуковом доме кукол». Это священное место. Мой второй дом. Лучший бар в Лос-Анджелесе. Полинезийское заведение в стиле панк. На стене старые постеры «Germs», «Circle Jerks» Игги и «Stooges2. Пластиковые пальмы в окружении бутылок спиртного. Кокосовые вазы для арахиса. В музыкальном автомате играют Мартин Денни и Лес Бакстер. А ещё Карлос, смешивающий напитки бармен в гавайской рубашке. Я познакомился с ним в свой первый день по возвращении из Ада. Я помог ему решить проблему со скинхедами и теперь пью бесплатно. Ну, разве жизнь не прекрасна?

— Возвращение сэра Галахада, — говорит он при виде меня. — Как продвигается бизнес по спасению мира?

— Медленно. Но это растущая индустрия. Я ожидаю притока инвесторов, когда Годзилла насрёт в Диснейленде.

— Придержи для меня местечко в спасательной шлюпке. Я прихвачу с собой содовую, и мы сможем чокнуться «Эль Апокалипсис» с Манхеттеном.

— Звучит аппетитно, — говорит Кэнди.

— Как дела, мэм? — спрашивает он.

— Отлично. Я буду эффектнее с пивом в желудке.

— Будет сделано, — говорит Карлос. — Тебе Царскую водку?

Я качаю головой.

— Чёрный кофе. Сегодня я буду подавать пример праведности.

— Лучше ты, чем я, — комментирует Карлос. — Эй. Положи это обратно.

Тощий блондин в красной рубашке «Пендлтон» пытается незаметно прикарманить деньги, которые оставил на барной стойке сидевший рядом с ним пьяница. Я тянусь к парню, но прежде чем я успеваю дотронуться на него, он вскрикивает. Его руки сжимаются до кукольных размеров.

Я не вижу поблизости ни ведьм, ни трюкачей Койотов. Карлос держит в руке смятый бумажный стаканчик. Между его пальцев сочится и капает святая вода, янтарь и капли чего-то, выглядящего как ртутная полынь. Грёбаный Карлос только что использовал против кого-то худу.

— Где ты этому научился?

— Вставай и убирайся, — говорит Карлос Крошечным Ручкам.

Купюры слишком велики, чтобы парень смог их удержать. Он роняет их на пол. Думаю, ему хочется вопить, но в его голове паровая пробка.

— Твои руки через пару часов будут в порядке. В отличие от твоей головы, если ты когда-нибудь вернёшься сюда, — говорит Карлос, доставая из-под стойки бейсбольную биту.

Крошечные Ручки пятится к двери, не переставая пялиться на свои искалеченные руки.

— Ловкий трюк, да? Каттер Блейд научил меня ему за бутылку «Джентльмена Джека». Я держу это зелье здесь, и когда кто-нибудь начинает плохо себя вести, раздавливаю стаканчик, буравя его взглядом. Я новый брухо[35] в городе, верно, ублюдки?

Набившиеся в бар люди хлопают и улюлюкают. Карлос кланяется, словно в Лас грёбаном Вегасе.

— Зачем тебе понадобилось это худу?

Карлос поводит головой из стороны в сторону, словно размышляя.

— Я не хочу, чтобы ты вечно подчищал за мной. И ты не можешь быть здесь всё время. Я решил, что, с учётом ошивающихся вокруг всех этих ваших абракадабровцев, лучше выучить парочку трюков, чем проходить курс по применению перцового баллончика.

— Неплохая идея. Но будь с этим поосторожнее. Когда учишься самостоятельно, может случиться всякое безумное дерьмо.

— Например?

— Не забудь всё смыть с рук, прежде чем идти пописать, — говорит Кэнди.

— Выгравирую это на своих глазных яблоках, — говорит он, протягивая ей пиво.

— Когда отыщу Шар Номер 8, зайду и научу тебя парочке безопасных для гражданских приёмов.

— Мучас грациас[36], — говорит Карлос и ставит передо мной чашку кофе.

На меня произвело впечатление это худу. Гражданским в принципе с трудом даётся настоящая магия, и еще труднее им не прикончить себя в процессе. Но у Карлоса всегда были стальные яйца. У него здесь бывали скинхеды и зомби, а он просто прибрался и снова начал подавать напитки. Когда его клиентура сменилась с обычных лос-анджелесских пьянчуг на Саб Роза и Таящихся, он и глазом не моргнул. Не удивлюсь, если он сможет совладать и с какой-нибудь