Моряк - Ларс Кеплер

Неделин погиб в катастрофе, и это дало маленькой семье короткую передышку. Отец понимал, что нужно бежать: как выживший, он был единственным возможным козлом отпущения.

В серый дождливый октябрьский день через Финляндию они пересекли границу Швеции. Несколько суток шли вдоль раскисшей дороги. Ночевали в сырых сараях, заброшенных амбарах или под открытым небом.

Первое время в Швеции расплылось, как всегда бывает у людей в бегах. Роман и Игорь ждали, пока отец ходил по государственным учреждениям, пытаясь получить разрешение на работу.

Сначала он верил, что новой стране понадобятся его выдающиеся знания физика, но смог устроиться лишь разнорабочим.

Их домом стало жильё для гастарбайтеров номер четыре в рабочем бараке у края гравийного карьера в Ротебру.

Отец работал длинные смены, а по вечерам учил братьев высшей математике и физике.

Мальчики следовали расписанию и усердно занимались, но по выходным любили пролезать через дыру в заборе и прыгать с больших куч просеянного песка, хотя это запрещалось.

Однажды они познакомились со шведским мальчиком по имени Рейдар. Показали ему дыру в ограде и вместе катались по песчаным откосам.

Поздним вечером, когда трое мальчишек играли в карьере, Роман увидел приближающегося мастера.

Он схватил брата за руку и шепнул Рейдару чтобы он шёл за ними. Швед услышал, но лишь рассмеялся, когда Роман с Игорем побежали в темноту.

Мастер карьера был одутловатым человеком с жидкими волосами и усами, закрывавшими рот. Много лет спустя Юрек Вальтер подвесит его на мясной крюк и будет смотреть ему в глаза, пока тот умирает.

А сейчас мастер схватил Рейдара за шею и пригрозил тюрьмой и штрафом. Рейдар испугался и заявил, что это иностранные мальчишки заманили его на территорию.

Взрыв ракеты в Ленинске впервые разбил их жизнь.

Предательство Рейдара разрушило существование семьи во второй раз.

Мальчиков забрали социальные службы, а дело передали Джереми Магнуссону из Комиссии по делам иностранцев.

Юрек был совсем маленьким, но до сих пор помнит гладкое лицо Джереми и нетерпеливый взгляд. Тот выглядел так, словно его оторвали от еды. Через несколько минут Джереми решил, что оба мальчика — ромы из Казахстана. Возможно, всё было так просто: он неверно понял Юрека, когда тот назвал своё тогдашнее имя Роман и указал на себя.

Отец тщетно пытался вернуть сыновей, но не существовало ни документов, ни записей, доказывавших родство.

Решение о высылке Игоря отложили из-за воспаления лёгких, а Романа немедленно отправили в Казахстан.

Родных у него там не было.

С этой страной его связывало лишь то, что отец когда-то работал учёным на секретном космодроме.

В девять лет Роман оказался в детском доме Павлодара, где его приковывали цепью к рабочему столу и заставляли шестнадцать часов в сутки пробивать отверстия в грубой коже.

В тринадцать ему удалось бежать и устроиться на баржу в Каспийском море.

Капитан был добрым человеком с печальными глазами. Он умел одной рукой сворачивать сигареты, не выпуская штурвала, разрешал Роману спать в камбузе, называл его «бельчонком» и угощал конфетами после особенно тяжёлой смены.

Однажды на борт ворвался чеченский партизанский отряд, который после хрущёвской десталинизации воевал с другими этническими группами в регионе.

Они вспороли животы членам команды, сбросили тела в воду и предложили Роману выбор: убить капитана или умереть самому. Он взял тяжёлый пистолет, обхватил обеими руками, чтобы тот перестал дрожать, и прижал ствол к лицу капитана.

Когда прогремел выстрел, отдача отбросила Романа назад. Голова капитана качнулась, кровь далеко брызнула в воду.

Партизаны увезли Романа в горную деревню на Кавказе, где он вместе примерно с двадцатью мальчиками прошёл начальную военную подготовку.

Первые годы он воевал словно во сне, но постепенно убийство превратилось в методичное ремесло.

Советский Союз начал распадаться, Чечня перешла от анархии к гражданской войне.

Взвод Романа контрабандой перевозил оружие и наркотики, грабил деревни, калечил и насиловал женщин, пытал и казнил мужчин, слишком старых для вербовки.

Однажды Роман прибил молодого мужчину к обеденному столу, изнасиловал его жену у него на глазах, а затем затолкал её в бочку с пойманными гадюками.

Роман узнал всё, что можно знать об убийстве.

Он испробовал все рациональные способы убийства и оставил за собой сотни тел.

Поддерживала его лишь мысль о бегстве и воссоединении с братом и отцом.

• • •

Но годы в Чечне давно умолкли внутри него, как умолкли крики женщины в бочке со змеями, когда он вернулся к своему отряду и продолжил путь к следующему двору.

Теперь крики, которые встречает Юрек, беззвучны уже с самого начала.

Поздний вечер. Юрек выходит с Центрального вокзала Стокгольма и идёт через белый город.

С неба медленно падают снежинки.

Он идёт по Флорагатан в сторону стадиона и замечает двух молодых мужчин на тротуаре у гаража в пятидесяти метрах впереди.

Более высокий спрятал бейсбольную биту под припаркованным фургоном, второй носит под кожаной курткой небольшой пистолет.

Они обсуждают, что делать, наблюдая за приближающимся незнакомцем.

Юрек предполагает, что они собираются ограбить и убить его.

У мужчины в кожаной куртке тот же обращённый внутрь взгляд, что у новобранца, вообразившего, будто, отняв чужую жизнь, он получит внутреннее освобождение.

Узкая улица пуста, свет горит лишь в нескольких окнах.

Приближаясь, Юрек думает, что обезоружит мужчину в кожаной куртке в ту же секунду, когда у того появится желание достать пистолет. Переломает им ноги, разломит биту пополам, а затем ударами ног вобьёт щепастые обломки им в рот — так глубоко, что они пробьют основание черепа.

— Сигарету хочешь? — спрашивает мужчина в кожаной куртке.

— Нет, — отвечает Юрек и останавливается.

— Нам тут помощь нужна. Морозильник в гараже погрузить на прицеп.

— Заплатим, — добавляет мужчина в кожаной куртке.

— Вам лучше просто убежать отсюда, — говорит Юрек. — Но если очень хотите, можем спуститься в гараж.

Высокий быстро смотрит на биту под машиной и отступает на шаг. Второй неуверенно улыбается и смещается в сторону.

— Отдай деньги — и можешь идти.

— Протяни руку. Бумажник у меня во внутреннем кармане, — отвечает Юрек.

— Да ну его, — говорит высокий.

— Страх естественен, когда стоишь рядом со смертью, — произносит Юрек.

— О чём ты вообще?

— О том, что теперь вы оба испугались… А секунду назад боялся только ты, — говорит Юрек высокому.

— Я этого вообще не хотел, —