Другой взгляд - Альбина Равилевна Нурисламова

Денис обернулся к Кире, и что-то промелькнуло в его взгляде.

– Слышал. Она всегда её пела.

– Ответь мне ещё на один вопрос. Только не удивляйся. Скажи мне, кто играет с Барбарой Брыльской в «Иронии судьбы»?

– Мягков, – осторожно сказал Денис после небольшой паузы.

Кира даже засмеялась от облегчения.

– А мне уже казалось, что я единственная на свете, кто так думает.

Денис плавно вывернул руль и притормозил у обочины. Повернулся к Кире всем корпусом и сказал:

– Мне кажется, нам стоит поговорить.

– Это точно, – выдохнула она.

Первой стала исповедоваться Кира. Ей было уже не привыкать: она рассказывала о своих мытарствах в третий раз.

– Короче, сегодня я собиралась попросить Бориса Аркадьевича направить меня к психиатру – других вариантов не было, – закончила она.

– Думаю, в дурдом нам с тобой пока рановато, – задумчиво протянул Денис и рассказал Кире о себе.

В его случае всё было примерно так же. Поначалу вроде бы чушь какая-то. Выяснилось, что у них новые соседи. Незнакомые люди, которых Дэн в глаза не видел. Только вот они его почему-то прекрасно знали. Он рассказал об этом жене Алисе, а та, по выражению Дениса, «глаза на него положила» от удивления: да Звонарёвы тут уже больше двух лет живут!

Ну, живут и живут. На здоровье, решил Денис. У него работа, бизнес, проблем море. Не мудрено, что не знает соседей в лицо. Всех не упомнишь. Следующий тревожный звоночек прозвучал в день рождения Алисы – первого октября. Они собирались идти в ресторан, дочку Леночку жена должна была отвезти к тёще.

Денис вернулся пораньше домой, открыл дверь – жена уже ждала в прихожей. Красивая, яркая, как всегда, – он сразу даже не понял, в чём дело. А когда сообразил – так и ахнул: ещё утром у Алисы были роскошные длинные тёмные волосы. Не крашеные – это он знал точно. Жена данным фактом гордилась, упоминала к месту и не к месту, что у неё «всё натуральное, даже цвет волос». Теперь Алиса была коротко стриженной блондинкой.

Потрясённый такой кардинальной сменой имиджа, Денис стал расспрашивать Алису, что это она с собой сделала и, главное, зачем?! Могла бы, в конце концов, и предупредить. Но та не желала его понимать: по словам Алисы выходило, что так она выглядит чуть ли не с момента окончания школы. И раньше его всё устраивало! Они сильно поругались, и даже ужин в ресторане и серьги с бриллиантами ничего не изменили.

Дней через десять накатила целая волна перемен. Касались они Дениной любимой работы. Возможно, были и вещи, подобные тем, что подмечала Кира, – актёры, песни, фильмы. Но на это Денис внимания не обращал: телевизор практически не смотрел, радио не слушал. А если и слушал, то не вслушивался. Тем более – теперь, когда в офисе стало твориться невесть что.

Денис Грачёв был владельцем типографии. Бизнес его начался с пары принтеров, на которых он собственноручно печатал визитки, фотографии и буклеты. Денис зарегистрировал ИП (в то время ЧП) на свой страх и риск, имея весьма приблизительное понятие о печатном деле. Первое время не вылезал из долгов, выживал, как мог, несколько раз собирался плюнуть, бросить всё и просто устроиться на работу. Но передумывал и продолжал барахтаться дальше.

Теперь, несколько лет спустя, «Грач», как не мудрствуя лукаво назвал Денис своё детище, выпускал и книги, и журналы, и брошюры, и газеты, и ещё много чего. В заказчиках недостатка не было, работой типография всегда была завалена на квартал вперёд.

И вот теперь в своей собственной фирме, созданной после долгой череды взлётов и падений, разочарований, проб, ошибок, где всё было знакомо и известно до малейшей детали, он вдруг стал ощущать себя незнакомцем. Случайно зашедшим человеком. На рабочих местах вдруг оказывались чужие ему люди. Фирма проводила сделки с партнёрами, о которых он не имел ни малейшего понятия. Подписывались договоры, решались вопросы, поднимались проблемы – а он, хозяин всего этого, раз за разом оказывался не в курсе дела!

Но что самое непонятное, договоры и сделки были давно запланированными – причём им же самим! А все сотрудники, даже те, о существовании которых он и не подозревал, охотно признавали его, Дениса Николаевича, начальником. Они здоровались с ним, улыбались, спрашивали совета, отчитывались о проделанной работе – и всё это с совершенно естественным видом! Куда подевались те, кого он лично принимал на работу, Денис не понимал. А эти, новенькие, вели себя так, словно работали здесь годами. И ни у кого это не вызывало удивления: все сотрудники общались, как давно знакомые люди.

Денис запросил в отделе кадров сведения обо всех назначениях и увольнениях персонала за последнее время. Кадровичка – слава Богу, известная ему Ася Васильевна – посмотрела удивлённо, но всё, что надо, принесла. Он быстро понял причину её удивления: их небольшой коллектив оставался неизменным уже три года. Никого не принимали и не увольняли. Денис быстро просмотрел личные дела всех тридцати сотрудников: под каждым приказом о приёме на работу красовалась его собственная подпись. Безошибочно узнаваемая.

Постепенно Денис стал опасаться появляться в родной типографии. Ему было страшно подписывать документы и разговаривать с людьми. Он боялся сказать или сделать что-то не то и не так, оказаться посмешищем, подвести людей, развалить дело.

Чтобы подавить липкий тошнотворный страх, Денис начал вечерами пить. Приходил домой и брался за бутылку. Дочка Леночка боялась пьяного папу – непредсказуемого, резкого, раздражительного, с тяжёлым взглядом мерклых глаз. Конфликты с женой стали привычным делом. К моменту, когда позвонила Кира, чтобы сообщить о смерти Лёни, Денис и сам был на грани.

Алиса не узнавала в затравленном, издёрганном, измученном человеке своего обычно уверенного в себе, успешного мужа. Сама она не принадлежала к числу женщин, способных останавливать коней, входить в горящие строения и выносить на своих плечах все проблемы, в том числе и мужнино пьянство. Наоборот, это Алисе требовалась опора в жизни – и он ей эту опору дал. С Денисом она привыкла к безбедной и красивой жизни. Он всё знал, решал, разруливал, улаживал, позволяя ей делать то, что нравится. Некстати обнаружившаяся слабость мужа поставила Алису в тупик. Помочь ему она не могла, терпеть не желала, и поэтому злилась.

Смерть институтского друга отрезвила Дениса, одёрнула. Привела в чувство. Он взял себя в руки, бросил пить. Слетал на недельку в Испанию – очень уж любил там