Черная дама - Андреас Грубер

Ивона приоткрыла рот.

— Турист по чужим душам, который упивается страданием других, — пробормотала она. — Больной ублюдок даже рискнул попасться, лишь бы снова пережить это ощущение.

— Теперь у нас две фотографии этого типа. Понимаете, что это значит?

Хогарт не дал ей ответить.

— Мы можем выяснить его имя и адрес. Сотрудники уголовной полиции Морака проверяли всех, кто присутствовал на информационных вечерах: судимости, алиби.

— Но ничего не нашли, — напомнила Ивона.

— Но это он. Точно он! Как уголовная полиция могла проглядеть его при проверке?

— Либо он настолько хитер, либо полицейские сработали спустя рукава…

Она покачала головой.

— Скольких людей можно было спасти.

— Нам нужны его имя и адрес, — настаивал Хогарт. — Эти данные есть у Новачека.

Ивона нерешительно закусила нижнюю губу.

— Что такое?

— Вы уже забыли, чем он грозил, если мы не оставим это дело в покое? К тому же я не могу до него дозвониться: у него сейчас дел по горло.

— Но мы нашли второго убийцу!

— Возможно, — поправила Ивона. — Эта компьютерная распечатка ничего не доказывает. Только то, что один человек случайно оказался в двух разных местах.

— Это не случайность!

— Прокурор может решить иначе, — возразила Ивона.

Хогарт опешил.

— Вы что, не собираетесь ничего предпринимать? У нас уходит время.

— Я знаю. Дайте мне минуту подумать.

Ивона заходила взад-вперед, а Хогарт смотрел на нее в полном недоумении. О чем эта женщина еще думала? Все же было ясно как день.

Наконец Ивона повернулась к нему.

— Сватек работает в команде Новачека. Тогда именно он отвечал за проверку участников. Мы встретимся с ним так, чтобы Новачек об этом не узнал.

Все новые книжки тут: Торрент-трекер и форум «NoNaMe Club»

ГЛАВА 15

В половине второго Хогарт и Ивона шли по Карлову мосту, где им предстояло встретиться со Сватеком. Из буклета, лежавшего в отеле «Ventana», Хогарт знал: в прежние времена паводки постоянно сносили мосты через Влтаву — сперва простые деревянные настилы, позднее прочные каменные переходы.

Больше шестисот лет назад здесь наконец возвели этот массивный мост из тесаных блоков песчаника — и строители не стали экономить: они даже велели астрологам вычислить наиболее благоприятную дату завершения работ. Хогарт недоумевал, почему сотрудник уголовной полиции назначил встречу именно здесь, в месте, которое некоторые называли центром Праги: мост соединял восточную и западную части города.

Вероятно, потому, что в полдень здесь обычно толклось больше всего народу. Обычно. Но из-за мерзкой погоды туристов на мосту было немного; редкие люди фотографировали статуи на массивных мраморных постаментах вдоль парапета.

Сквозь туман до них донеслись звуки шарманки. Хогарту показалось, что он узнает вальс. Из мглы проступили очертания уличного музыканта. На нем были шапка, шарф и шерстяные перчатки с обрезанными пальцами; он крутил ручку шарманки, висевшей у него на животе на широком ремне.

На какое-то мгновение туристы исчезли из виду. Хогарту вдруг почудилось, будто они с Ивоной стоят посреди Карлова моста совершенно одни: туман по обоим берегам был так густ, что поглощал все, кроме городских шпилей, кое-где торчавших из дымки. Над мостом отдельные солнечные лучи прорвались сквозь туманную пелену и легли золотисто-желтым блеском на каменную кладку.

Тем временем навстречу им двинулась очередная группа людей. Из толпы вышел приземистый полный мужчина. Это, должно быть, и был Сватек: Ивона кивнула ему. Он был примерно ее возраста и выглядел как типичный агент под прикрытием — трехдневная щетина, заношенная водолазка, пятнистая кожаная куртка и джинсы.

Он пожал Ивоне руку и оперся рядом с ней о парапет. Под мостом, тарахтя, прошел прогулочный теплоход. Снизу глухо доносились голоса недовольных туристов, которым из-за погоды почти ничего не было видно.

— Спасибо, что нашли время, — сказал Хогарт по-чешски.

— У меня всего десять минут, так что давайте к делу, — ответил Сватек на диалекте, который Хогарт понимал с трудом.

Полицейский расстегнул молнию куртки и вынул конверт. С конвертом в руке он повернулся к Ивоне.

— Зачем тебе сведения о типе, который сидел в зале за Зайицем? — спросил он, не выпуская конверт.

— У нас есть зацепка.

Сватек криво усмехнулся.

— Господи боже, у Ивоны зацепка!

— Перестань, — проворчала она. — Почти наверняка это второй убийца, которого мы ищем.

— Мы? Ивона, ты никого не ищешь. Тебя отстранили от дела.

— Он и есть второй убийца, — упрямо сказала она.

— Разумеется.

Сватек поскреб щетину на подбородке.

— Ты нас за полных идиотов держишь? — Голос его стал тише. — После информационных вечеров мы проверили квартиры всех участников. Берлога у этого типа, конечно, была та еще помойка, но ничего подозрительного. Он чист: ни судимостей, ни заявлений, даже штрафа за превышение скорости.

Он помолчал и продолжил:

— Кроме того, вчера — благодаря твоей блестящей подсказке — мы проверили всех посетителей этих встреч на членство в шахматных клубах и участие в турнирах. Целый день работы коту под хвост. А этот парень даже не знает, как пишется слово «шахматы», не говоря уже о том, как выглядит шахматная доска.

— Но это он.

— Да уж, если ты что в голову вбила… — вздохнул Сватек.

Он протянул Ивоне конверт.

— Не от меня получила. Если Новачек узнает, он мне голову оторвет. А еще у меня будут неприятности со служебным надзором, внутренней проверкой и прокурором.

— Не волнуйся. Все будет в порядке.

— И на этом мои долги перед тобой погашены.

— Да-да.

Ивона разорвала конверт.

— Антонин Ломег, — пробормотала она.

— Делай с ним что хочешь, но чтобы было ясно…

Сватек пристально посмотрел на нее.

— Не лезь в расследование и не доставай этого человека. Сейчас ситуация и без того более чем напряженная.

— Ты знаешь, что я не могу остаться в стороне. Если Иероним Веселы сегодня вечером умрет, я больше никогда не смогу смотреть в глаза его жене. Она уже сейчас винит во всем меня.

— И, кстати, не так уж она и не права. Так что, черт тебя побери, держись подальше. Подумай о сыне. Ты вынуждаешь Новачека и меня взять тебя под стражу, — пригрозил Сватек. — Думаешь, Матею понравится навещать мать в камере?

Ивона осталась спокойна.