Глубокий шрам - Арно Штробель

Он заставил себя отвернуться, плеснул в лицо холодной водой, вытер лицо и руки и повесил полотенце обратно на крючок. В этот момент взгляд его упал на наручные часы Матушки, лежавшие на полке под зеркалом. Стекло треснуло, но часы шли. Уже полдвенадцатого. Он хотел застать Ланца в редакции до обеденного перерыва — значит, нужно было поторапливаться.

Когда Макс вернулся, Матушка поднялся из-за стола и протянул ему флешку:

— Здесь все снимки того вечера.

Макс взял её и пошёл следом за фотографом к выходу.

— Спасибо. Может, повезёт — найду что-нибудь.

— Она вам очень дорога, не так ли?

— Больше, чем просто дорога.

— Да, я понимаю. Вижу её только на разных мероприятиях, но она действительно удивительная женщина.

— Да… что ж, ещё раз спасибо.

— Рассчитываю, что вы удалите все фотографии, когда они больше не понадобятся.

Макс задержался рядом с ним в открытых дверях:

— А ничего, если одну-две оставлю себе?

— Да, пожалуйста. Надеюсь только, что скоро вы сможете сами сделать много её снимков.

— Я тоже очень на это надеюсь.

До редакции Макс добирался почти сорок минут и оказался на месте лишь в четверть первого. Он рассчитывал застать Ланца в кабинете до обеда. В этом ему, по крайней мере, повезло. А вот сам разговор повернулся совсем не так, как он себе представлял. Едва Макс — как перед тем Матушке — выложил начальнику Пассека всю правду о своём положении и упомянул об отстранении, Ланц посмотрел на него ледяным взглядом.

— Значит, я должен отвечать вам на какие-то новые вопросы. — Он прислонился к краю стола и скрестил руки на груди. — Знаете, жизнь — это взаимный обмен. Припоминаю: пару дней назад я оказался на месте, где нашли труп. Первым из журналистов. И мог бы сделать неплохой материал — дай мне тогда хоть крохи информации. Ничего, что поставило бы под угрозу следствие, — пара деталей для статьи. Но двум господам сыщикам помогать мне не захотелось, и они меня отшили. Забавно, не находите: теперь один из этих двоих стоит передо мной и просит об одолжении.

— Это же совсем другое. Мы не могли ничем с вами поделиться — сами почти ничего не знали. К тому же…

— Вам лучше уйти, господин Бишофф. Нам не о чем разговаривать.

Макс не верил собственным ушам:

— Вы готовы поставить под удар жизнь молодой женщины из-за уязвлённого самолюбия? Вы это серьёзно?

— Уйдёте сами или мне позвонить в полицию?

Макс грубо, в сердцах, выругался и вышел — напоследок с силой хлопнув дверью.

Вернувшись к себе, он сразу сел за компьютер и скопировал фотографии с флешки Матушки на жёсткий диск. Пока система переносила данные, он сходил на кухню и достал из холодильника бутылку воды. Алкоголя на ближайшее время хватит с лихвой.

Снова усевшись за компьютер, Макс открыл первый снимок, едва взглянул на него и тут же закрыл: Дженни на фотографии не оказалось. Как выяснилось, это был один из немногих кадров без неё. Почти на каждом следующем она присутствовала — то с мягкой улыбкой, то в искреннем смехе; серьёзной — почти нигде.

Должно быть, в тот вечер она перекинулась словом буквально с каждым из гостей: снимки с Ланцем и Реплеем были далеко не единственными — почти на каждой фотографии она стояла рядом с кем-то новым. Это отнюдь не облегчало задачу — отыскать хоть какую-то зацепку, которая указала бы, с кем именно Дженни покинула мероприятие около половины второго ночи.

Даже с Пассеком она успела поговорить — правда, от этого разговора остался всего один снимок. Да и алиби у него было вполне надёжное: едва ли ночью он гнал от самого управления через весь Дюссельдорф, чтобы перехватить Дженни на выходе с гала-вечера.

Ещё один кадр: Дженни с двумя женщинами, все трое с бокалами в руках. Макс внимательно прошёлся взглядом по заднему плану, но ничего подозрительного не заметил. Курсор уже был подведён к углу экрана — закрыть и эту фотографию, — когда вдруг он разглядел нечто такое, от чего перехватило дыхание. Нет, этого не может быть. Мне наверняка мерещится.

Он увеличил снимок, сдвинул изображение, пока нужный фрагмент не оказался прямо перед глазами, и увеличил ещё раз. Теперь сомнений не оставалось — и это открытие едва не лишило его рассудка.

Все новые книжки тут: Торрент-трекер и форум «NoNaMe Club»

ГЛАВА 48

Несколько мгновений Макс сидел перед монитором, словно окаменев. Он хотел наклониться ближе к экрану, но тело не слушалось. Это было уже неважно: он увидел то, что хотел увидеть.

Как он мог не заметить? Ни одной детали, ни единого слова. А ведь тот всё это время был рядом. Макс готов был отвесить себе пощёчину за собственную слепоту.

Дрожащими пальцами он схватил смартфон. Тот выскользнул и глухо стукнулся об пол. Макс нагнулся, подобрал его, на этот раз удержал — и набрал номер Бёмера.

Напарник ответил сразу.

— Макс, я же тебе сказал…

— Хорст. Я знаю, кто это.

— Что?!

Голос срывался, пока Макс выкладывал, что разглядел на фотографии и что это значит. Закончил он тем, что выезжает сию же минуту и рассчитывает на помощь. Ответа он ждать не стал — оборвал разговор, вскочил со стула и выбежал из квартиры.

Оружие осталось в управлении. Сейчас это ничего не решало. Лишь бы Дженни была ещё жива. Остальное разберётся на месте.

В машине, по счастью, лежала магнитная мигалка. Макс прилепил её к крыше и сорвался с места, вдавив педаль в пол.

Он нёсся по улицам Дюссельдорфа, ныряя в узкие переулки, чтобы обойти магистрали и не терять секунды на светофорах. Мысли налетали одна на другую так стремительно, что ни одну не удавалось додумать до конца.

Он давил на клаксон, уходил от встречных машин, сквозь зубы бросал проклятия. Страх — нет, паника — оттого, что теперь, когда он наконец знал, кто похитил Дженни, он всё равно может опоздать, давила на грудь так, что невозможно было вдохнуть.

Он добрался спустя, как ему показалось, целую вечность. Едва машина остановилась, Макс выдернул ключ из замка зажигания и выпрыгнул наружу, оставив водительскую дверь нараспашку. Подбежал к входу, вдавил кнопку звонка в слабой надежде, что ему откроют, ничего не подозревая. Никто не отозвался. Стояла тишина, которую нарушал лишь шум приближающегося