Thornbird - Эль Кеннеди

У кег я вижу Чейза, сидящего в одиночестве на старом деревянном столе для пикника. Он курит сигарету, что я всегда считала отвратительным. До сих пор.

Он всё ещё смотрит на меня.

Но недолго. Когда я снова поднимаю глаза, на пути у меня стоит София, повернувшись ко мне спиной. На ней полупрозрачный белый сарафан, слишком летний для почти Дня благодарения. Конечно, она в нем выглядит великолепно, и все парни вокруг не могут оторвать глаз от ее длинных загорелых ног. Я раздражаюсь, когда понимаю, что она разговаривает с Чейзом, слишком громко смеется над его словами и прикасается к его руке, чтобы дать понять, что у нее на уме.

Когда я вижу, как Чейз выбрасывает сигарету и ухмыляется Софии, меня охватывает что — то горячее и неприятное. Секунду спустя она забирается к нему на колени. Хихикая. Она прижимается к нему, и вместо того, чтобы оттолкнуть её, он позволяет ей тереться носом о его шею.

Он больше не смотрит на меня.

Когда Эверетт возвращается, он следует за моим взглядом и усмехается. Я ищу на его лице намёк на ревность из — за того, что Чейз флиртует с его бывшей, но её нет. Думаю, он действительно пережил Софию. Значит, проблем быть не должно.

Тогда почему же у меня закипает кровь?

Эверетт берёт меня за руку и ведёт к группе футболистов и чирлидерш. Они все стоят в кругу и говорят о всякой ерунде, которую я не понимаю.

— Он был похож на большой член, — говорит один игрок, и вся группа смеётся. Я, наверное, пропустила эту историю, поэтому мой разум начинает блуждать. Как и мои глаза. Прямо к...

Да, они всё ещё там. Она всё ещё у него на коленях. Я скрежещу зубами, глядя, как София наклоняется и шепчет что — то на ухо Чейзу. Она что, покусывает его?

Перестань пялиться.

Я прислушиваюсь к голосу в голове и перевожу взгляд на воду, которая выглядит как чёрные чернила под ночным небом. Мар бы понравился этот вид. Хотела бы я, чтобы она не была такой антисоциальной, когда дело доходит до вечеринок, но, в защиту Мар, она не пытается сделать какое — то социальное заявление. Она просто не любит толпу и предпочитает тусоваться в маленьких компаниях.

Я, честно говоря, не сильно отличаюсь. Я бы предпочла быть сейчас у Мар, смотреть какой — нибудь претенциозный арт — фильм, чем быть на вечеринке у озера, но я чувствую странную ответственность перед Жасмин. Она стала для меня как младшая сестра. Импульсивная, мелодраматичная сестра, которая считает, что искать мёртвые тела — это забава.

Я отключаюсь от громкой музыки и смеха и сосредотачиваюсь на воде. В ней есть что — то успокаивающее. Она такая неподвижная и...

Затем я вижу это.

Бледный силуэт, чуть дальше лунного света.

Сначала я думаю, что это игра света, но затем он движется. Силуэт движется. Он плывёт.

Мой пульс учащается, когда я различаю слабый изгиб того, что, как мне кажется, является плечом. И там что — то дрейфует... Руки? Волосы?

Боже мой.

Ужас сжимает моё горло.

Это тело.

Глава 33

В правильном месте

Недолго думая, я отделяюсь от группы и прыгаю в неглубокую воду, не обращая внимания на то, что она пропитывает мою обувь. Мной движет паника, а не здравый смысл, и я без колебаний захожу в озеро.

— Райан! — слышу я чей — то крик.

Холодная вода кружится вокруг моих лодыжек, коленей, бёдер, но я продолжаю идти вперёд.

— Здесь что — то есть! — кричу я в ответ тому, кто слушает. — Кажется, это тело!

Позади меня поднимается шум. Шаги. Крики.

— Райан! — Это Жасмин.

Вода плещется у моей талии. Я двигаюсь вперёд, наполовину идя, наполовину плывя к плывущей фигуре.

Я достигаю её как раз в тот момент, когда чья — то рука хватает меня за плечо, дёргая назад. Это Эверетт, его глаза полны беспокойства.

— Что ты делаешь?! — кричит он на меня.

— Там тело! Смотри, оно прямо...

Это бревно.

Весь воздух выходит из моих лёгких.

«Тело» оказывается не чем иным, как большим, искорёженным куском коряги, опутанным бледными водорослями. Светло — коричневые и жёлтые пряди тянутся ко мне, плавая в воде, как длинные пряди волос.

— Я думала... — Я замолкаю. Адреналин уходит, уступая место жжению стыда.

Эверетт ведёт меня обратно к берегу. Голоса раздаются вокруг, когда мы выходим на песок, оба промокшие насквозь. Моя кузина бросается ко мне.

— Боже мой! Ты в порядке? — восклицает она.

— Всё нормально, — бормочу я. — Извините. Мне показалось, я видела тело.

Вокруг раздаются взрывы смеха. Кабир подходит ко мне, обнимая меня за плечи.

— Господи, Райан, сколько ты выпила?

— Я... — Я не могу отдышаться или избавиться от паники, всё ещё шипящей в моих венах.

Я хватаюсь за кулон на шее — инстинктивный жест, жест утешения. Но моего ожерелья нет. Его нет уже несколько месяцев. Всё, что я нахожу, — это мокрый воротник кофты.

С побеждённым вздохом я убираю мокрые волосы со лба и поворачиваюсь к Эверетту.

— Мне так жаль. Ты теперь весь мокрый.

— Всё нормально. — Он изучает меня. — Ты уверена, что с тобой всё в порядке?

Нет.

— Да. Я просто чувствую себя дурой из — за того, что так перепугалась.

— И ты говоришь, что я королева драмы, — фыркает Жасмин, улыбаясь мне.

Я пытаюсь улыбнуться в ответ, но мои лицевые мышцы отказываются подчиняться.

— У меня в машине есть спортивная одежда, — говорит мне Кристи, старшая сестра Джиллиан. — Если хочешь, можешь переодеться. Она чистая.

— Спасибо, — бормочу я.

— Машина открыта, — добавляет она. — Сумка в багажнике.

— Я пойду с тобой, — предлагает Жасмин.

Я качаю головой.

— Нет, все в порядке. Я бы не отказалась от уединения, чтобы никто не видел, как я умираю от стыда.

Каб усмехается, но Коннор подходит и сжимает моё плечо.

— Честная ошибка, кузина. Это бревно действительно выглядело зловеще.

Раздаётся ещё несколько смешков.

Я выхожу из толпы и поднимаюсь по склону. Мы с Жасмин приехали с Кристи и Джиллиан, так что я знаю, где найти их машину. Но я направляюсь не туда. Я жду, пока окажусь вне поля зрения, прежде чем поспешить по песку. Мне всё равно, что мой кардиган насквозь промок, а ботинки хлюпают при каждом шаге.

Высокая трава хлещет