Долина снов - Майк Омер

В глазах Талана мелькает что-то вроде обиды, но он слегка улыбается, отстраняется, закидывает руки за голову и ложится на спину.

– Ты явно ненавидишь экспериментировать, но большая мастерица по части новых впечатлений…

Сердце по-прежнему стучит как бешеное, и я знаю, что Талан все слышит.

– Вы про отказ в сексе?

– Вот именно. – Он проводит большим пальцем по моей щеке. – Мы похожи – ты и я. Мы были предоставлены сами себе и сами себя воспитали. Выучили свои роли. Мы – актеры, расхаживающие по сцене в костюмах. Но придет время, Ния, и я узнаю, кто на самом деле скрывается под маской.

Я отворачиваюсь и задуваю свечи. И до сих пор представляю, как его рот завладел моим, как его язык пробовал меня на вкус.

Бедра сжимаются, кожа пылает. Я уже знаю, что не засну сегодня ночью.

* * *

Переворачиваюсь на другой бок и смотрю на спящего Талана. Он тихонько похрапывает. Мускулистая грудь поднимается и опускается.

Его поцелуй врезался в сознание, и я не перестаю думать о его языке на моей талии, на бедрах. Как он скользит и пробует меня на вкус. Я уже едва держу себя в руках.

Пока принц спит, нужно узнать, о чем он думает. Во сне он не заметит, что я копалась в его мыслях.

Переворачиваюсь и осторожно обнимаю его за талию. Он слегка шевелится и накрывает мою руку своей. От него изумительно пахнет.

Осторожно вызываю свою магию. Боль опять раскалывает череп, но я, не обращая на нее внимания, начинаю прощупывать мысли Талана. Нельзя рисковать и погружаться в них слишком глубоко. Даже во сне он может почувствовать меня, как раньше. Только на этот раз все закончится моей шеей на плахе. Так что я не копаюсь в его сознании, а ласкаю. Моя магия касается его разума, как мои губы – его губ. Это соблазнение, а не вторжение.

И в его сознании я нахожу сны обо мне. Как я обнимаю его за плечи в яблоневом саду. Он страстно целует меня, задирает юбку до талии…

Сон прерывается другим, злым и опасным. Подозрительным. Даже во сне это крутится в голове принца:

…шпион людей в Высшем Совете?

Мое сердце замирает. Что известно Талану? Думаю, кто-то передал информацию о нападении. Шпион предупредил союзников.

Он подозревает меня?

Не в силах сдержаться, я углубляюсь в эту мысль, ищу, прощупываю…

Принц внезапно открывает глаза. Я отзываю магию и выстраиваю защитную Завесу.

Мускулы Талана напрягаются, темные глаза скользят по мне.

– Что это было? – раздраженно спрашивает он.

– А что такое? – Я моргаю, словно только что проснулась, и убираю руку с его талии.

– Я почувствовал что-то знакомое, – бормочет он. – И оно исчезло.

– А… – сонно откликаюсь я.

– Твое сердце до сих пор стучит как бешеное.

– Вы меня разбудили, – ворчу я. – Вообще-то мне снился кошмар. Мы собирались пожениться. – Я заставляю себя успокоиться и замедлить сердцебиение.

Принц разглядывает меня в лунном свете, хмурится и переворачивается на другой бок. Постепенно его дыхание выравнивается, и я слышу, как он бормочет во сне. Где твоя сказка становится былью…

Дыхание перехватывает, я в шоке. Принц произносит это не на языке фейри, а по-английски. И эта фраза мне очень хорошо знакома. Где твоя сказка становится былью – девиз книжного магазина, в котором я работала в Лос-Анджелесе.

Голова идет кругом. Все это время я слышала мысли Талана, но и представить не могла, что он тоже слышит мои.

Я не смыкаю глаз до самого рассвета.

Глава 34

Уже несколько дней бушует непогода. Ледяной дождь барабанит в окна.

На этой неделе Талан больше не навещал меня. Без него и без Найвен я предоставлена сама себе, компанию мне составляют только собственные тревоги.

Я все ломаю голову, как отвлечь Талана от поисков шпиона в Высшем Совете. Может, если я выберусь из комнаты, то сумею подкинуть улики против какого-нибудь аристократа? Идея хорошая, но рискованная.

Идеальным кандидатом стал бы лорд Дрейвен: у него небезупречная родословная, а прабабушка – незаконнорожденная полуфейри. Но тогда я вынесу ему смертный приговор. Я предпочла бы какого-нибудь фанатика, обожающего Оберона. Таких предостаточно.

Оконные стекла дрожат от раскатов грома. Наливаю вина и расхаживаю по каменным плитам. В голове роятся вопросы. Как там Найвен? Что происходит в Шотландии? А нападение драконов? Удалось ли людям остановить его?

Из-за инструкций я чувствую себя в ловушке.

Ляг на дно. Сохраняй прикрытие. Ничего не предпринимай.

Чем дольше тянутся дни, тем тревожнее мысли.

Я поворачиваюсь и снова расхаживаю по комнате туда-сюда. И ловлю себя на том, что жду прихода темного принца. Хотя бы будет с кем поговорить.

Но я правильно сделала, что отказала ему. Если секс не для пользы шпионского дела, ему нет места в меню.

Раздается шорох бумаги, и под дверь просовывают конверт. Беру его и вижу свое имя, написанное изящным почерком. Открываю дверь, выглядываю в коридор и замечаю спешащего прочь слугу.

Переворачиваю конверт. На обороте – восковая печать Талана: дракон, пожирающий собственный хвост. Внутри – короткая записка черными чернилами размашистым почерком принца:

Искал твоих потенциальных убийц. Никого не нашел, однако исчезли двое солдат и Арвенна. Полагаю, она участвовала в заговоре с целью твоего убийства и сейчас скрывается. Но тебе ведь и так уже это известно?

Оставайся у себя, пока не выйду на связь. Отправлю солдат охранять тебя.

Комкаю записку и швыряю в огонь. Снова открываю дверь и вижу двух солдат, марширующих в мою сторону.

У меня никогда прежде не было так мало свободы.

Глава 35

Взволнованно расхаживаю по комнате. В небе за окном огромные луны – рубиновая и бриллиантовая.

Прошла почти неделя с тех пор, как я получила сообщение из Башни Авалона. Мне так и не ответили на донесение о проекте «Синий дракон», и я ничего не слышала о подозрениях Талана по поводу шпионажа в пользу людей. Теперь, когда я выхожу из комнаты, охраны не миновать.

Несколько раз мне удавалось улизнуть, но это нелегко. Я не смогла ни добраться до «Тенистой чащи», ни найти Мериадока или Рафаэля.

Хватаю темно-синий плащ, набрасываю на себя, поднимаю капюшон. Распахиваю дверь и улыбаюсь двум стражникам.

– Я просто собираюсь пройтись.

– Миледи, – говорит один, – я думал, мы приставлены охранять вас.

Я вскидываю брови:

– Мне сказали, что вы должны