Кровавые реки, мясные берега - Кристофер Триана

– Хорошо. – Лори положила руку ему на плечо. – Ты не обязан.

У Пита гора с плеч свалилась. Он думал, что девчонки начнут заставлять его вдвоем. Он вспомнил слова отца: «А если бы твои друзья со скалы прыгнули, ты бы тоже прыгнул?» Отец часто это повторял, когда Пит подражал своим одноклассникам, не желая выделяться.

– Пит! Ну хватит! – закричала снизу Эбби.

– Нет! – завопил он. – Не буду я этого делать!

– Лори! Дай ему в зубы тарзанку и столкни вниз!

По спине Пита вновь пробежал холодок. Он посмотрел на Лори, но та явно не собиралась слушать Эбби. Она прикрыла брату рот ладонями.

– Да оставь ты его в покое, Эбби!

– Серьезно? – откликнулась та. – Пора бы ему уже стать мужчиной, не находишь?

– Он все сделает, когда будет готов. Я не собираюсь на него давить!

– Хорошо! Я поднимусь и сама его подтолкну!

– Ты этого не сделаешь!

Эбби не ответила. Услышав, как она выходит из воды, Пит скрестил руки на груди, как бы обнимая сам себя.

– Не переживай, – сказала Лори.

То, что она была на его стороне, придало Питу чуть уверенности. Было странно вот так, хотя бы в этот момент, испытать к Лори больше любви, чем к Эбби. Он был благодарен сестре за поддержку и сделал мысленную пометку: в следующий раз, когда она будет вести себя как тупица, сделать на это скидку.

Эбби поднялась на обрыв быстрее, чем он ожидал.

– Какая же ты сопля! – насмехалась она.

– Оставь его в покое, – сказала Лори. – Не хулигань.

– Эй! Я не хулиганю.

– Тогда не надо себя так вести. Кончай на него давить.

Эбби всплеснула руками:

– Да пожалуйста. Проехали.

По пути домой они не разговаривали.

Глава 6

Мосту не хватало досок, вместо перил – веревки. Но от земли было невысоко. Лори решила, что Эбби справится, но все равно собиралась идти медленно и держаться поближе к ней. Под ними журчал неглубокий ручей, текущий между скал. Он напоминал Лори о том, что она предпочла бы не вспоминать. Ей стало интересно: помнит ли об этом Эбби или ее повредившийся разум милосердно стер неприятные воспоминания?

Гроза закончилась, моросил легкий дождь. В некоторых местах тропинка была широкой, а в некоторых почти заросла. За пятки то и дело цеплялась последняя осенняя поросль. Большей частью тропа шла по ровной местности, и до того им встречались только не слишком крутые холмы. Но впереди тропа вилась в гору. Лори надеялась, что они без труда найдут хижину Эдмунда, иначе Эбби может не справиться.

– Сестрен, мост шаткий.

– Просто держись за веревки и смотри под ноги. Обращай внимание на дыры между досками.

Эбби одной рукой держалась за веревку, а другой – за рюкзак Лори. От журчащего внизу ручья веяло свежестью. Вдохнув аромат мокрых опавших листьев, Лори чуть расслабилась и стала мечтать, как пойдет собирать яблоки. Они с Мэттом любили так делать по осени. Ей стало любопытно, нравится ли такое Эдмунду, но она поняла, что эти мысли ее раздражают, и затрясла головой, отгоняя их. Какая, к черту, разница, любит ли Эдмунд собирать фрукты? Лори хотела знать о нем совсем не это. Кроме того, он был приговорен к пожизненному заключению. Развлечения по осени ему не светят.

Мост под ними затрясся. Сестра захихикала.

– Эбби, хватит подпрыгивать.

Эбби продолжала хихикать, но мост качать перестала. Когда они прошли его, Лори взяла Эбби за руку и помогла ей сойти на землю.

– Мы пришли? – спросила Эбби.

– Пока нет. Хочешь передохнуть?

Глядя себе под ноги, Эбби кивнула. Рот ее был приоткрыт.

– Тогда ладно.

Лори подвела ее к поваленной канадской тсуге[6], вырвавшей за собой нехилый кусок земли. Голые корни напоминали щупальца кальмара, тянущиеся во все стороны, а вывороченная земля – вход в пещеру. Сестры скинули рюкзаки и уселись на поваленное дерево.

– Хочешь перекусить? – спросила Лори.

– Нет. Лучше дождусь, когда придем в крепость. Там и перекусим. – Эбби открыла поясную сумку и достала кроличью лапку. Потерла ее, внимательно следя, как пальцы скользят по некогда белому меху, который ныне пошел серыми пятнами.

– Почему твой парень к нам не приходит?

Лори удивленно повернулась к сестре, не зная, что ответить.

– Сложно объяснить.

Эбби нахмурилась. Она терпеть не могла сложности.

– Он не хочет со мной знакомиться? – спросила она.

– Нет-нет. – Лори погладила Эбби по спине. – Дело вовсе не в этом.

Эбби взглянула на нее печальными темными глазами.

– Ты не хочешь, чтобы я с ним знакомилась?

– Эбби…

– Ты боишься, что я ему не понравлюсь, а значит, перестанешь нравиться и ты?

– Эбби, ну прекрати уже. Ты ведешь себя глупо. Эдмунд просто сейчас не может уйти оттуда, где находится, такие дела. Понятно?

Эбби по-лягушачьи поджала губы.

– Он в больнице или вроде того?

Лори пожала плечами.

– Вроде того.

– Я не люблю больницы.

– Я знаю.

Эбби провела много месяцев в отделении интенсивной терапии, заново учась ходить или хотя бы с трудом шаркать. Лори никогда не забудет, как сестра терпела неудачу за неудачей, пытаясь вновь научиться двигаться самостоятельно. В кабинете физиотерапии пол был устлан матами, но Эбби кричала так, словно ее убивали. Такого страху натерпелась вместе с родителями. Страха, гнева и горя. Лори боялась, что они уже никогда не станут семьей, как прежде. Со временем опасения подтвердились. Семья дала трещину с той же легкостью, что и кости Эбби.

– Можно мне познакомиться с ним, когда мы вернемся? – спросила Эбби. – Я не люблю больницы, но хочу его увидеть.

Лори эта идея не понравилась.

– Я подумаю, как это организовать.

– Однажды Сестрена выйдет за него. А я буду его подружкой.

Лори хихикнула.

– Подружкой невесты, глупышка. Невесты.

– Это как?

Лори притянула сестру к себе и обняла за плечи.

– Какая же ты дурашка.

Эбби рассмеялась, легко и звонко, как молодая девчушка, бегущая летом по цветущему полю. Она прыгает, парит в воздухе, взмывает в небо, словно развеянный пепел, и навсегда отдает этому моменту свою молодость.

* * *

У Эбби болели ноги. Она старалась идти так, чтобы не напрягать колени, но тогда боль просто уходила в лодыжки. Но она не хотела расстраивать или сердить Сестрену. Она жила в постоянном страхе стать еще худшей сестрой, чем сейчас. Эбби не могла этого сказать или даже понять, но ее не покидало дурное предчувствие, будто бы темно-синий омут сомнений, в который она часто погружалась. А в последнее время этот омут поглощал ее сильнее, чем когда-либо.

У Сестрены новый парень. Это обеспокоило Эбби. Она не могла вспомнить