Здравствуйте, я ваша ведьма Агнета. Книга 13 - Евгения Потапова

— Нет, — помотала она головой. — Хотя... Мне приснился наш старый дом. И у него горела крыша, а внутри были мои родители и дети. И я пыталась их вытащить из окна.

— Поэтому вы побежали среди ночи на трассу?

— Да, — кивнула Алёна. — Я под таким впечатлением находилась. Но когда я открыла калитку, там сидел волк. Агнета, вам что-то нужно срочно делать. Вокруг вашего дома бродят волки, — она испуганно на меня посмотрела.

— Ну пусть бродят, — пожала я плечами. — Главное, что во двор не заходят.

— Нет, заходят. Мне кажется, я видела одного во дворе. Он сидел напротив летней кухни и смотрел в окно.

— Вам показалось, — мягко ответила я.

— Я, наверно, опоздала на автобус? — спросила Алёна с грустью.

— Да, я хотела вас разбудить утром, но вы закрылись. Я стучала, но вы не услышали.

— Да, ночью я сильно напугалась волка, поэтому закрылась. А следующий автобус, когда пойдёт?

— Где-то в половине пятого, — ответила я.

— Ох, мама будет беспокоиться...

Алёна взяла в руки сумку и стала в ней что-то искать.

— Ой, что это? — Она вытащила маленький бумажный свёрточек. — Мама, наверно, положила или дети. Вечно они мне что-нибудь подсовывают в сумку.

Она принялась разворачивать. Я почувствовала, как от свёртка потянуло затхлой землёй и гнилью.

— Не разворачивайте! — крикнула я.

Руки у неё дрогнули, и она уронила на пол то, что было в свёртке. Там оказалась маленькая чёрная кукла, перетянутая красными нитками. В груди у неё торчала ржавая игла.

Алёна вскрикнула и отпрянула, как от огня.

— Это... это же... — её голос сорвался в шёпот.

Я резко вскочила со стула, заслонив её собой.

— Не трогай! — бросила я, уже вытаскивая из кармана мешочек с солью.

Но кукла уже шевелилась.

Её тряпичные ручки дёрнулись, и игла медленно начала погружаться глубже. Алёна вскрикнула — на её запястье проступила капля крови. Кукла вдруг подпрыгнула, как живая, и рванула к Алёне. Та застыла, словно парализованная, глаза расширились от ужаса.

В тот же миг откуда-то сверху спикировал Прошка. Он вцепился зубами в куклу и отшвырнул её в угол. Я насыпала на неё довольно приличное количество соли. Кукла засучила тряпочными ручками и ножками и громко заверещала.

— Я... я... я ещё сплю? — заикаясь, спросила Алёна.

— Нет, это всё происходит наяву, — ответила я.

Я кочергой втолкнула тряпочную куклу в совок для угля и понесла на улицу.

— Сиди тут, — велела я Алёне, выходя из летней кухни.

На запястье Алёны, там, где обычно носят часы, проступило странное красное пятно, постепенно принимающее форму куклы.

Я вышла во двор, а затем за калитку, держа совок с этой гадостью на вытянутой руке. Кукла продолжала дёргаться, издавая противный писклявый звук.

— Исмаил! — крикнула я. — Где ты?

Он появился буквально из ниоткуда, как всегда. Взглянул на совок и свистнул:

— Ну и подарочек. Настоящая вуду-кукла. И заряжена по полной программе.

— Что с ней делать? — спросила я, чувствуя, как совок начинает нагреваться в руке. — Я таких ещё не видела ни разу.

— Сжечь её, — хладнокровно ответил он. — Только сначала нужно разорвать связь.

Он достал из кармана складной нож и новенькую пачку соли.

— Держи. — Исмаил протянул мне нож. — Разрежь нитки, но не все сразу. По одной, по порядку.

Я взяла нож и осторожно подцепила первую красную нить. Как только лезвие коснулось её, кукла завизжала ещё громче.

— Не обращай внимания, — посоветовал он. — Это просто защитный механизм.

Перерезав первую нить, я почувствовала, как по спине пробежали мурашки. Воздух вокруг нас стал гуще, тяжелее.

Вторая нить лопнула с треском, и в тот же момент где-то вдали раздался женский крик.

— Это Катя? — спросила я, переходя к третьей нити.

Исмаил кивнул:

— Она почувствовала разрыв связи. Тем лучше.

Когда последняя нить была перерезана, кукла вдруг обмякла, став просто куском ткани. Исмаил тут же щедро засыпал её солью.

— Теперь сжечь, — сказал он. — И пусть горит до последней ниточки.

Мы развели с ним костёр на старых камнях заброшенного дома. Но ветер тут же погасил пламя.

— Вот же гадство, — поморщилась я.

— Так сегодня погода нелётная, — вздохнул Исмаил. — Метель собирается, вот как позёмку кружит да закручивает.

С третьего раза нам удалось разжечь костёр. Я бросила куклу в огонь, и она вспыхнула ярким зеленоватым пламенем.

— Это ещё не конец, — предупредил Исмаил, наблюдая, как огонь пожирает куклу. — Катя теперь знает, что мы вмешались.

Из огня донёсся последний жалобный писк, и пламя погасло так же внезапно, как и вспыхнуло.

— Пойдём проверим Алёну, — предложила я.

Когда мы вернулись в летнюю кухню, она сидела, обхватив себя руками, и дрожала. Прошка устроился у неё на коленях, мурлыкая успокаивающе.

— Всё? — спросила Алёна слабым голосом.

— Пока да, — ответила я. — Но тебе нельзя уезжать. Катя явно не собирается останавливаться.

Алёна кивнула, и в её глазах читалось понимание.

— Я остаюсь, — прошептала она. — Пока это не закончится.

— Ну вот и славно, — вздохнула я с облегчением. — Теперь нужно провести обряд и подготовиться. Потому что ночь будет долгой.

За окном ветер завыл ещё громче, словно в подтверждение моих слов.

Глава 9-10

Все пошло интереснее, чем предполагалось

Я напоила Алёну чаем и успокоительными каплями. Она никак не могла прийти в себя.

— Такое я только в фильме ужасов видела, — проговорила она.

— Я тоже, — кивнула я.

Она с изумлением на меня посмотрела.

— Вы думаете, у меня каждый день по летней кухне тряпочные куклы бегают? — усмехнулась я.

— Честно, я даже не знаю, что думать. У меня сейчас в голове такой кавардак, — Алёна тяжело вздохнула.

— Вы можете пока поспать, а я подумаю, как вас лечить. Хорошо, что вот эту гадость мы с вами сразу обнаружили, пока она толком работать не начала. Вы не знаете, как кукла попала к вам в сумку?

— Не знаю, — Алёна помотала головой. — Мы с Катей давно не виделись, может, две, а может, три недели точно.

— А муж ваш… он не может с ней никаких дел иметь? — поинтересовалась я.

Алёна вспыхнула и сердито на меня глянула.

— Он мне не изменяет! — выпалила она.

— Да при чём тут измена? Я не про это спрашивала. Может, она ему резную тумбочку заказала, или стул, или ещё что-нибудь.

— Не знаю. Он мне об этом не говорил. А из моего сна эта кукла ко мне в сумку никак не могла попасть? Я вот сейчас после увиденного готова во что угодно поверить.

— Ничего не могу вам сказать, — пожала я плечами. — Так вы отдыхать будете,