Аварийщик. Дом №0 - Алекс Андрович

тебя видят.

Сергей посмотрел на дочь. Она всё ещё стояла рядом, а это было неправильно. Каким бы ни оказался разговор, ребёнку здесь делать нечего.

— Аня, иди в спальню.

— Почему?

— Потому что я сейчас буду ругаться.

— Ты и так ругаешься.

— Значит, буду сильнее.

— Я хочу остаться.

Сергей повернулся к ней всем корпусом.

— Солнышко. Это не игра. Иди в спальню, закрой дверь и не выходи, пока я не позову. Телефон бери с собой. Если скажу звонить маме — звонишь сразу. Поняла?

Она увидела его лицо и перестала спорить. Взяла телефон со стола, ушла в комнату. Дверь закрылась.

— Продолжай, — сказал Сергей.

— Они знают твой адрес.

— Кто «они»?

— Те, кто повредил узел.

— Удобно. Имена у вас, я смотрю, запрещены техникой безопасности.

— Имена не помогут.

— А вот это я сам решу.

Розетка тихо зашипела. На мгновение голос пропал, потом вернулся громче.

— Ты хочешь защитить ребёнка.

Сергей замер.

— Ещё раз упомянешь дочь — я найду способ разобрать тебя на запчасти, даже если ты живёшь в водопроводе.

— Угроза бессмысленна.

— Большинство угроз бессмысленные. Зато настроение передают хорошо.

— Я предлагаю обмен.

— Какой?

— Информация. За возможность присутствовать в твоём контуре.

— Нет.

— Ты не знаешь условий.

— А мне достаточно слова «присутствовать». Я квартирантов не ищу.

— Без защиты ребёнок уязвим.

Сергей медленно выдохнул. Страх возвращался, но теперь он был другим — не холодным перед неизвестностью, а тяжёлым и злым. В доме на Космонавтов он рисковал собой. Здесь угроза коснулась Ани и все внутренние правила изменились.

— Что именно ты можешь сделать?

— Предупреждать. Скрывать часть сигнатуры. Передавать сведения о нарушениях.

— Цена?

— Доступ к энергетическому каналу.

— Насколько большой?

— Минимальный.

— Это не цифра.

— Достаточный для существования.

— Тоже не цифра. Ты или хреновый продавец, или хороший мошенник.

Голос замолчал. Сергей включил Диагностику и сосредоточился на «постороннем канале». За розеткой проступила тонкая красноватая нить, похожая на ту, что шла к квартире № 0, только слабее. Она не входила в электропроводку. Она лежала поверх схемы, используя провод лишь как ориентир.

КАНАЛ НЕАВТОРИЗОВАН

ПРОИСХОЖДЕНИЕ: НЕ ОПРЕДЕЛЕНО

УРОВЕНЬ УГРОЗЫ: НЕДОСТАТОЧНО ДАННЫХ

— Вот это уже честнее, — сказал Сергей.

— Что?

— Мне система говорит, что ты непонятная хрень.

Впервые голос изменился. Совсем чуть-чуть, но Сергей уловил паузу.

— Система отвечает тебе?

— Ага. Мы уже дружим семьями.

— Это невозможно.

— Сегодня у меня плотный график невозможного.

Он встал и пошёл к квартирному щитку. Если канал использовал электросеть, можно было проверить зависимость. Сергей отключил автомат розеточной группы.

Голос не исчез.

— Хорошая попытка, — сказал посредник.

— Не льсти себе. Это только первый рубильник.

Сергей выключил все автоматы квартиры. Свет погас, холодильник замолчал, электронные часы на плите погасли. Голос продолжал идти из обесточенной розетки.

— Электричество не является источником, — сказал посредник.

— Уже понял.

— Ты не можешь отключить канал таким способом.

— Я упрямый. Мне надо убедиться лично.

Он вышел на лестничную площадку, спустился к этажному щиту и снял напряжение с квартиры полностью. Вернулся. В квартире темно, Аня выглянула из спальни.

— Пап, свет выключили?

— Я выключил.

— Надолго?

— Если повезёт, нет.

— А мультики?

— Ань.

— Всё, ухожу.

Голос из розетки ждал. Сергей подошёл ближе.

— Ещё говоришь?

— Да.

— Очень раздражает.

— Я предупреждал.

— Нет. Ты торговался.

Сергей спустился в подвал дома и отключил вводной автомат своего стояка, предварительно предупредив соседей. Возмущение началось сразу: из одной квартиры высунулась женщина и спросила, почему никто не уведомил заранее. Сергей ответил, что внезапная авария плохо соблюдает график и продолжил работу. Через пять минут весь подъезд был без питания.

Вернувшись домой, он услышал голос ещё из коридора.

— Бесполезно.

— Не торопись. Я пока даже инструмент не достал.

Теперь Диагностика показывала красную нить отчётливее. Она проходила не по проводам, а вдоль стен, через перекрытия, будто геометрия здания была для неё важнее электрической схемы. Сергей вспомнил ночной дом: переходы, двери, лифт. Пространственный потенциал. Значит, электрика была не источником, а каркасом, на который накладывалась другая система.

И тут он понял.

— Ты не в розетке сидишь, — сказал Сергей.

— Разумеется.

— Ты используешь границу помещения.

Тишина.

— Стена, проводка, коробка — тебе всё равно. Главное, что это точка перехода между внутренним и внешним контуром.

Посредник не отвечал.

Сергей усмехнулся.

— Ага. Значит, попал.

Он начал ходить по квартире, включая Диагностику на разных объектах. Красная нить тянулась к входной двери, окнам, вентиляционной решётке, трубам. Всё, что связывало квартиру с внешним миром, светилось слабым следом. Но один канал был сильнее остальных — входная дверь.

ГРАНИЦА КОНТУРА: НЕ ЗАКРЕПЛЕНА

Вот новое понятие.

— Контур, значит.

— Ты быстро учишься, — сказал голос.

— Работа такая. Если медленно учишься, потом родственникам инструмент отдают.

Он подошёл к двери и положил ладонь на металл. Интерфейс показал десятки обычных характеристик: материал, замок, перекос коробки. Ниже отдельной строкой:

ПРАВО ДОСТУПА: ОТСУТСТВУЕТ

Сергей улыбнулся.

— А вот теперь у меня вопрос. Если у тебя права доступа нет, какого хрена ты разговариваешь из моей стены?

— Канал открыт вследствие твоего контакта с объектом.

— Временный?

— Да.

— Закрываем.

— Ты потеряешь предупреждение.

— Переживу.

— Ребёнок может не пережить.

Сергей медленно повернулся к розетке.

— Я тебя предупреждал.

— Это факт, не угроза.

— Мне плевать.

Он достал индикаторную отвёртку. Над ней появилась строка с тремя процентами совместимости. В доме № 1847 этот инструмент стал частью временного контура. Значит, он уже был способен контактировать не только с электричеством.

Сергей приложил жало к металлической дверной коробке.

Интерфейс:

ДОСТУПНА ОПЕРАЦИЯ: ЛОКАЛЬНАЯ ИЗОЛЯЦИЯ

НАВЫК ОТСУТСТВУЕТ

— Ну конечно, — сказал Сергей. — Кнопка есть, нажать нельзя. Родная бюрократия.

Он попробовал снова. Ничего. Сосредоточился сильнее, почувствовал знакомую боль в висках. Красные линии вокруг двери стали ярче. Посредник заговорил быстрее.

— Не делай этого. Тебе неизвестны последствия.

— А тебе известны?

— Да.

— Значит, рассказывай.

— Канал разрушится.

— Прекрасно.

— Ты останешься без информации.

— Ещё лучше.