Приятели для объятий - Харрисон Филлипс

Стиснув зубы, Саймон посмотрел на Трикси, которая теперь подняла руки по бокам головы. Ее силиконовое лицо было сморщено, как будто ее пронзала какая-то мучительная боль.

Она чувствовала то же самое, что и он? Возможно ли это вообще? Нахмуренное лицо Джимбо, казалось, указывало на то, что он тоже испытывает мучительную боль.

В ушах Саймона начал нарастать пронзительный звон, давление нарастало позади его мозга, угрожая вытолкнуть его глазные яблоки из соответствующих глазниц. Еще одна острая боль пронзила его череп, словно молния, прошедшая через него с одной стороны на другую. Черт... А что, если электроника в аниматронной голове вышла из строя, напрямую ударив током его мозг? Возможно, причиной этого был скачок напряжения, когда включились генераторы. Что бы это ни было, Саймон знал только, что ему нужно снять голову как можно быстрее.

Но затем то же самое жжение снова пронзило его голову, заставив его зрение затуманиться, почти сделав его чисто белым. Его тело онемело, иголки и булавки щипали его плоть, вплоть до кончиков пальцев. Как будто по его венам вместо крови бежало статическое электричество.

"Что это, черт возьми?"

Джимбо... нет, не Джимбо, черт возьми... почему так сложно было думать о них по настоящим именам? Бр... Черт! Джимбо согнулся пополам от боли, прижав руки к голове.

Дети выглядели обеспокоенными.

Они выглядели испуганными.

"Хорошо".

Почему хорошо?

Саймон не был уверен, почему эта мысль вообще пришла ему в голову. Почему он решил, что этим детям хорошо быть напуганными? Это было не похоже на него - так думать. Он не был жестоким человеком; он ни в коем случае не был мстительным. В его теле не было ни единой черствой кости.

Он действительно любил детей.

По крайней мере... раньше он любил детей...

Сейчас он не мог отрицать, что был в восторге от того, что эти дети были напуганы. Он был вне себя от радости. Это было уморительно. Он хотел смеяться, но боялся, что если он это сделает, его бока просто лопнут.

"Что это за фигня?"

Режиссер все еще пытался связаться с галереей.

- Алло? Дэмиен? Стэнли? Кто-нибудь меня слышит?

Джимбо теперь кричал, как будто какая-то невыносимая боль проникла в его тело. Трикси чесала голову, как будто пыталась вырвать себе волосы, и только аниматронная голова, которую она носила, удерживала ее от этого.

Одна из девочек - девочка со светлыми косичками, одетая в светло-голубое платье - обмочилась. Желтая моча потекла по внутренней стороне ее ног и собралась вокруг ступней.

Это было чертовски уморительно!

Мать девочки подбежала к ней.

- О Боже! - закричала она. - Сэнди, детка! Что случилось? Что происходит?

Саймон едва сдерживал смех. Раньше он никогда не считал подобное забавным, но когда очередной электрический импульс проник в его мозг, он понял, что это на самом деле самая смешная вещь, которую он когда-либо видел в своей жизни. Бедная девочка была в ужасе. Заслуженно. Маленькая дрянь заслуживала того, чтобы бояться.

Она не заслуживала счастья.

Она даже не заслуживала того, чтобы жить.

Один из других детей - маленький мальчик - упал в обморок, его впавшие глаза закатились на бледном лице. Саймон надеялся, что этот маленький ублюдок никогда не поднимется.

Именно тогда он понял, что ему нужно сделать.

Это было инстинктивно.

Ему нужно было убить всех ублюдков в этой комнате.

7.

Все погружалось в хаос.

Это было безумие. Мэгги не понимала. Она едва могла поверить своим глазам. Чувство паники заполнило комнату, странное напряжение сгустилось в воздухе. Что бы ни случилось с электричеством, это, казалось, наполнило членов команды тревогой.

Но это было просто отключение электричества, не так ли? Не из-за чего так волноваться...

Теперь они не могли связаться с галереей. Мэгги не понимала, почему это было так важно. Конечно, это было просто из-за того, что одна из систем вышла из строя, что-то, что еще не перезагрузилось. Это была едва ли ситуация жизни или смерти, не так ли? Просто что-то немного необычное.

Почему все так испугались?

С "Приятелями для объятий" происходило что-то странное. Они - актеры в костюмах - казалось, вели себя странно. Казалось, им было больно. И это был не только один из них; это были все трое.

Что с ними было не так?

Что могло стать причиной такого?

И почему никто не помогал этому бедному мальчику? Туда пошла только его мать. Неужели никто не заметил, что он упал? Неужели они все были слишком заняты, чтобы заметить ребенка в беде? Это было крайне непрофессионально. У них был долг заботиться об этих детях! Они должны были что-то сделать!

Мэгги поискала Паркера среди других детей. Она нашла его стоящим в конце толпы, его лицо было бледным, белым как полотно. Мэгги уже видела его таким раньше, обычно за несколько минут до того, как его рвало. Черт... это было последнее, что ей сейчас было нужно.

- Паркер! - позвала она его, махнув руками над головой. - Паркер! Иди сюда!

Паркер покачал головой, вырываясь из транса, в который он, казалось, впал. Его взгляд сосредоточился на матери.

Мэгги махнула рукой, подзывая его.

- Паркер! Иди сюда немедленно!

Паркер протиснулся мимо других детей и спрыгнул со съемочной площадки, врезавшись в ожидающие его руки матери.

- Что происходит, мама? - спросил он, запрокинув голову, чтобы посмотреть на нее. - Почему этот мальчик упал?

Мэгги покачала головой.

- Я не знаю, сынок. Думаю, он болен. Но на самом деле я не знаю.

На съемочной площадке мать мальчика все еще ухаживала за своим сыном.

- Все в порядке, милый, - говорила она. - Все в порядке. Не паникуй. Мы тебя вылечим.

Джимбо - синий "Приятель для объятий" - стоял рядом с ним. Несколько мгновений назад он выгнул спину и издал мучительный крик. Казалось вполне возможным, что именно это так напугало бедного мальчика, что он потерял сознание. Но теперь синий персонаж выпрямился и стоял неподвижно, глядя на бессознательного мальчика.

Мать мальчика оглянулась на него, вполне понятно, разгневанная явным нежеланием незнакомца помочь.

- Не стой там! - заорала она. - Сделай что-нибудь!

"Приятель для объятий" действительно кое-что сделал.

Он повернулся и ушел, сойдя со съемочной площадки.

Слезы текли по щекам матери, на ее лице было беспомощное выражение.

- Какого черта? - раздраженно захныкала она. - Куда ты идешь? Почему мне никто не помогает?

Это был