Оборотень - Игорь Григорьевич Гребенчиков

«Как у Гоголя, блин, — подумал Витя. — Упаси Господь того чертилу, который его сейчас удумает похитить. Выпорю розгами. Из еловых, чтоб их, веток».

Он уже почти добрался до места нападения Омеги, как резко остановился. В снегу что-то блеснуло. Он искренне надеялся, что это ключи. Витя уже было нагнулся за этим предметом, но внезапно резкий хруст снега заставил его замереть. Все, что произошло дальше было настолько быстрым, что со стороны было даже сложно понять, что к чему. Но в Витиной голове это можно было разбить на слайды, подобно презентациям, которые он периодически готовил для занятий.

Вот в первом слайде на него выпрыгивает Омега. Дальше — когтистой лапой наносит удар. Витя тут же ощущает, как рвется его щека, а рот наполняется кровью. В третьем слайде Омега хватает его за свитер и одной рукой швыряет об сосну. Витя слышит, как его позвоночник неприятно хрустит. Боли он не чувствует. И вот, финальный слайд, ликан нависает над ним, сверля своими желтыми глазами. Слышатся ужасающие гортанные звуки. Под их натиском Витя начинает чувствовать, как меняется его тело.

Он пытается закричать, но не может. Ему больно. Он катается по земле, извиваясь подобно рыбе, выброшенной на берег. Кожа сползает с мяса, освобождая грубую шкуру оборотня. Краем глаза он видит, как Омега чуть отдаляется. Смотрит за ним. В голове у Вити, помимо его собственных хаотичных мыслей появляется один четкий голос.

«Ты должен убить их всех!» — велит он.

Витя был уже больше ликан, чем человек. Но в остатках человеческого разума голос ему кажется смутно знакомым. От этого он передумывает нападать сразу. Силится вспомнить. Но тщетно.

«Зачем?» — ликан подозрительно смотрит на гиганта напротив. Он и раньше сталкивался с другими подобными ему. Но предыдущий его ограничивал. Ставил какие-то рамки. А этот дает ему волю. Почему? Какие цели все они преследуют?

«Люди по ту сторону хотели тебя убить, — Омега почти вплотную подходит к нему. — Я несу за тебя ответственность. Ведь ты — член моей стаи».

«Почему я этого не помню?» — растерянно спрашивает ликан, поднимаясь, наконец, с земли. Черноватая, местами слипшаяся, шерсть в крови и снегу.

«Верь мне, — голос Омеги звучит весьма доверительно. — Ты должен отомстить им. За всех нас. За каждого волка. Сделать так, чтобы их поганые сердца остановились. Содрать скальп с их лица. Выпотрошить, разорвать на мелкие кусочки».

Ликан мнется. Он сомневается, что это необходимо. Но если люди по ту сторону действительно плохие и хотели его убить, то они докажут это, попытавшись снова. И тогда он выпустит когти. Плохие люди враги волков.

Взяв след, оборотень потрусил в сторону железной дороги. Омега смотрит ему вслед и довольно улыбается, насколько позволяет анатомия звериной морды.

Ориентироваться посреди ночи среди хрущевок было куда сложнее, чем среди леса. Хоть Макс и успел выучить Белоомутск вдоль и поперек за все то время, что он жил по соседству, иногда он сбивался с толку. Сюрреализм какой-то — в огромном лесу чувствовать себя увереннее, чем в маленьком ПГТ. Там инстинкты сами вели его нужной дорогой, будто перед глазами стояла карта, как в тех играх с открытым миром. Особенно в облике волка. Он мог выследить любую живность, найти любое растение буквально за считанные минуты. Игорю не приходилось даже особо усердствовать, обучая его этому. А среди бетона и камней эта самая карта будто отключалась, словно в настройках игры выставили максимальный уровень сложности.

Приходилось ориентироваться на слух. Макс жалел, что не мог превратиться — так было бы намного проще. Но все же, спустя минут десять панических метаний, ему удалось уловить чей-то смех из двора неподалеку. Судя по всему — молодые ребята, чуть старше Вити с его другом. Не очень трезвые, но это сейчас не имеет ровным счетом никакого значения. Главное — чтобы у них была машина.

Он уже переходил дорогу, когда ему в глаза ударил свет мигалки. Патруль. Макс усмехнулся своему везению. Это было даже лучше, чем подвыпившая молодежь, которую еще и уговаривать наверняка пришлось бы.

Он отчаянно замахал руками, останавливая патрульную машину. Та, будто без особой охоты, притормозила около ликана. Оттуда выползли двое явно раздраженных полицейских. Макс уловил это по их явно не дружественным выражениям лиц. Уже на подсознательном уровне начал понимать, что лучше бы добрался до подростков.

— Ты чего под колеса бросаешься, придурок?

— Там человеку помощь нужна, срочно, — тут же пояснил Макс, опустив заданный полицейским вопрос.

— Слушай, да он вмазанный, по ходу, — криво усмехнулся второй, чуть ниже ростом своего напарника. — Ты на глаза его посмотри.

Макс недоуменно уставился на полицейских. Судя по тому, как недобро оскалился высокий, стало понятно, что с этими разговор ведется только в денежном эквиваленте. И кто там недавно рассуждал о везении?

— Послушайте, — продолжил Макс, стараясь выглядеть максимально добродушно. — Там человек кровью истекает, руку оторвало, его срочно в город нужно. Я даже с вами поеду, только прислушайтесь, ради Бога!

— Конечно, поедешь, только в отделение, — примирительно осведомил его высокий. — Там и выясним, кому там руку оторвало, кому ногу.

— И на каком же таком основании? — спросил Макс, ища пути к уже необходимому отступлению.

— Нарушение комендантского часа. А если сейчас же не сядешь, то еще и за оборот наркотических веществ, — улыбался низкий, любезно открывая дверь. — Помощь, надеюсь, не нужна будет?

Бежать сейчас было не вариантом. Для начала — сбить с толку. А дальше уже скрыться где-нибудь в подворотне. Уж это Макс умел.

— Смотрю, погоны совесть заменили? — ненавязчиво поинтересовался он.

— Садись давай! — низкий тряхнул Макса за шиворот, за что тут же поплатился. Ликан, стараясь прикладывать минимум усилий, хоть и очень хотелось приложиться по полной, оттолкнул мента. Но даже этого оказалось достаточно, чтобы тот весьма комично сел на внушительных размеров пятую точку. Высокий растерянно смотрел на происходящее, явно не ожидая, что не такой уж крупный с виду задержанный так легко положит его напарника. Опомнился, когда беглец уже нырнул в ближайший двор. Крикнул что-то про сопротивление аресту, включил мигалки, но Максу уже было глубоко плевать, что там кричат ему эти клоуны. Подбежав к первому попавшемуся подъезду, дернул дверь на себя, даже не обратив внимания на магнит, и только тогда позволил себе расслабиться.

Черт знает что! Оставалось надеяться, что эти двое не видели, куда он нырнул.