Ведьмина застава. 13 жутких историй - Антология

Со стороны реки послышались крики.

– Купаться полезли, – доложил Женька. – Насчитал шестерых. Старшего Карася нет и Пижмы.

– Их и не будет, – сообщил Славик. – Старухи на лавочке возле моего дома шушукались, что их в милицию забрали, на допрос. За Никиту нашего.

«Ага, нашего. Бывшего нашего», – грустно подумал Петька.

Никиту было жаль. Он был самым сильным и крепким в их компании. Никого не боялся. Несколько раз дрался со средним Карасем и один раз – с младшим. С Никитой их никто не трогал, а сейчас все в поселке считают, будто бы он здесь поблизости купался, запутался в сетях и утонул. Мишка Ежов тут как раз сидел и все видел. Караси сначала окружили Никиту на мопедах, потом сбили с ног и накинули на него сеть. А потом долго пинали всей бандой, пока тот не затих. Мишку теперь точно зарежут. По его словам, он слышал, как Караси обсуждали, что им делать с мертвецом, и еще некоторое время стояли и курили возле Никиты, а затем его туго замотали в сеть и скинули в речку, а Федька пообещал всем остальным, что, если кто-то проболтается, он стукача лично на тот свет отправит.

– Петр, смени меня. Глаза устали, – попросил Женька.

Тот пожал плечами и полез на его место. Хороший у него бинокль – полевой, армейский. У дяди под честное слово взял. Тяжеленький. В такой ночью очень здорово звезды разглядывать. А еще в окна соседям смотреть. Тоже бывало, а сейчас… Че им делать, на голые жопы Карасей пялиться?

Петька посмотрел, поискал пляж, и его опасения подтвердились. Караси купались голяком, а противнее всех был жирный Тура с обвислыми, как у бабы, сиськами. Интересно, а парни, у которых сиськи выросли, тоже должны носить лифчик? Вот поэтому он и злой, взрослая жизнь – сплошные трудности. Работать нужно, пить гадкую на вкус водку и курить обязательно. А еще убивать…

Петька вдруг подумал, что убийство себе подобных – это необходимый этап взросления мужчины. Убийство – взрослый поступок? Да. Ответственный? Ну… Скорее всего, да. Неслучайно же в армию всех отправляют. Восемнадцать исполнилось – иди в армию, иначе какой ты мужик? Ему так отец и говорил: не служил – не мужик. А что делают в армии? Учат владеть оружием. А зачем? Убивать врагов. Значит, все сходится. Караси убили Никиту, чтобы побыстрее стать взрослыми.

Петька помотал головой. Бр-р-р-р! О чем это он сейчас подумал? Ведь это же неправильно. Люди не должны убивать людей. Иначе бы давно перебили друг дружку. Проще думать, что банда Карасей – просто враги. А так посмотришь в бинокль – обычные веселые ребята. Смеются, камеру от автомобильного колеса надули, плавают, в мяч играют. А все же они враги.

Он покосился на Женьку.

Придурок. Что он задумал? Что принесут Вадик с Димкой? Ружье? А стрелять кто-нибудь из них умеет? Автомат? Взрывчатку? Может быть, пакет крысиного яда? Эти двое обязательно притащат какую-нибудь ерунду, а проще говоря, говно на палочке, и все будут с жаром обсуждать план набега и мести, а потом разойдутся по домам. И все забудется. Никто из них не решится сделать поджог или выстрелить из ружья в сторону склада. Зато идей и энергии – громадье. Лучше бы уж действительно пошли на старое купалище: там хоть и пиявки, и малышня, но все же намного безопасней, чем рядом с Карасями.

Поблизости зашуршали кусты, и мальчики испуганно замерли. Кто-то шел прямо к ним. Женька подобрал камень и знаками стал показывать Славику, чтобы тот взял палку, но Славик, с заячьими от страха глазами, протестующе замотал головой. Петька на всякий случай снял с себя бинокль и спрятал в траве. Не хватало еще, чтобы чужую вещь отобрали. Но тут на поляну, предупредительно тренькая звонком, вкатился велосипед с маленькими колесами.

Все облегченно выдохнули. Вадика велосипед. Это его «Кама». Вадик шел пешком и тащил велосипед за рога, а сзади ему помогал Димка. И когда они вышли на поляну, все увидели, что к багажнику велосипеда привязан здоровенный деревянный ящик.

– Ф-фу! – вытирая пот со лба, выдохнул Вадик. – Еле доперли.

Славик и Женька бросились к велосипеду и стали ходить вокруг ящика, а Петька остался на месте. Он до сих пор сомневался, что пацаны притащили настоящее оружие, поэтому лишь прищурился и приготовился выразить свое мнение по этому поводу.

– Чемодан! – воскликнул Славик. – Какой крепкий! А это у него что? Ребра? Никогда таких не видел!

– Трофейный, – с некоторой гордостью ответил Димка, поглаживая ящик. – Дедушка после войны из Германии привез.

– Ого, значит, там немецкие автоматы? И гранаты, наверное, есть? – обрадовался Женька. – Ну же, давай! Открывай скорей! Чур, мне автомат! Я из него их всех положу!

«Бля, как же это все тупо», – отрешенно подумал Петька. Прятать бинокль больше не имело смысла, и он, нащупав тот в траве, вытащил, а затем не торопясь принялся очищать от налипшего мусора.

– Нет там внутри ничего, это чемодан.

– Как нет? Ты врешь! А ну показывай!

– На, смотри!

Петька заморгал, вглядываясь в полумрак, где сейчас шла какая-то возня. Че это они там, драться начали? А где оружие? «Димка, ну ты и дебил. Хоть бы кухонных ножей в чемодан накидал, все же не так позорно».

Чемодан подтащили к кострищу, открыли и заглянули внутрь. Димка не соврал. Внутри было действительно пусто.

Пацаны начали выражать сначала недоумение, а потом и возмущение. Наблюдая за ними, Петька поймал себя на хихиканье. Словно дети малые. А что, неужели действительно собирались вот так, всерьез, идти убивать Карасей? Ну, Славик понятно: он с детства был нюней и слабаком, сделает все, что попросят старшие. Вадик – тоже понятно: он, конечно, пацан крепкий, но редкостный тугодум. Женька, разумеется, командир, как Чапаев. Всех порубить, шашки наголо – и наше дело правое, а вот Димка что же? Ведь он далеко не дурак. Он отличник, разбирается в радиотехнике, автомобилях, собирает авиамодели, да и, кроме этого, весьма начитан. Петька сам видел, когда был у него в гостях, самодельное пневматическое ружье, а еще арбалет с острыми стрелами. Димка действительно мог притащить что-нибудь интересное и любопытное, а если оно еще и стреляло бы, то поиграли бы, убедили бы себя в том, что справятся с Карасями, да и пошли бы себе домой. Но нет, он не принес ни хрена, кроме тяжелого чемодана, и сейчас даже тугодум Вадик начал задавать неудобные вопросы.

– Зачем нам просто чемодан? – обиженно гудел