Разлом - Мэтт Джеймс

проложил маршрут. Оттуда вела лестница и два лифта. На противоположной стороне зала находилась экспозиция с мамонтом. За ней располагалась комната с окнами, выходящими на юго-восток. Из окон открывался беспрепятственный вид на Центральный парк.

Он повернулся к ним. - Давайте разберемся с обстановкой. Пошли.

Один за другим они последовали за ним по тому же пути, по которому пришли - по тому же пути, по которому первоначально пришли он, Констанс и Сара. Кайл и Бекка пришли с противоположной стороны, хотя Ной и не имел представления, какую часть четвертого этажа они в общей сложности успели осмотреть. Насколько он знал, они могли пойти прямо в библиотеку. Вопрос об этом не поднимался во время их совместного отдыха. Все в основном просто сидели в тишине - радуясь тому, что снова вместе и что остались живы.

Все они опасались нападения, но все же продвигались вперед, возвращаясь в зал с древними останками носорога, а также со смилодоном Ноя - в Зал высших млекопитающих. Напротив центральной экспозиции находилась стена из окон, но Ной направился не туда. Вместо этого он пошел в юго-восточный угол зала, к месту под названием "Башня Астора.

Круглая смотровая комната была не такой уж и большой - может быть, двадцать пять футов в диаметре и вдвое меньше в высоту. Три окна от пола до потолка открывали группе вид за пределы помещения. Ной и Констанс стояли перед центральным окном, а семья Рейкстроу сбилась в кучу перед левым окном. Ной заметил движение краем глаза и увидел, как его давняя подруга сняла свои дорогие туфли на каблуках. Он закатил глаза, а затем полностью сосредоточился на Манхэттене.

Летающие рептилии парят в воздухе. В основном это были птеранодоны, но дальше виднелись и другие. Ной не мог их точно опознать. Он даже заметил нескольких с длинными хвостами. Он напряг память, но не смог вспомнить ни одной летающей рептилии мелового периода, обладавшей длинным хвостом. К тому времени эволюция укоротила их до того, что можно было увидеть у классических птерозавров.

Еще одни тайны древнего прошлого.

На уровне земли он наблюдал, как мимо пронеслась еще одна стая Галлимимусов. Или, возможно, это была та же самая стая, что и раньше - та, которая убегала от Тираннозавра. Тираннозавра нигде не было видно, но последствия его появления в современном мире были очевидны. Повсюду валялись разбитые машины, а также тела и кровь. Люди, находившиеся прямо у музея и на улицах, не успели укрыться, как только нагрянул туман.

- Облако... и молния, - сказал Ной, не отрывая взгляда от окна. - Что это было?

- Я... не знаю, - ответила Констанс. - Но это определенно как-то связано с нашей ситуацией. Может, это произошло из-за столкновения наших двух миров?

Он поднял левую руку и облокотился на оконную раму. - Да, наверное. Думаешь, есть шанс вернуться?

Констанс подняла на него глаза. - Не вижу, как это возможно, нет.

- Я тоже. Думаю, теперь это наш мир.

- А это значит, что вы оба остались без работы, - сказал Кайл, глядя на них.

Сара широко раскрыла рот и прошипела: - Кайл!

Ной оторвался от окна и скрестил руки на груди. - Человечество должно...

- Эволюционировать? - закончила Бекка.

Ной улыбнулся. - Ага. Человечество выживет, но понадобится время, чтобы понять, где наше место. Мы по-прежнему доминирующий вид на Земле? Лично я понятия не имею. - Он в последний раз окинул взглядом происходящее за окном, затем повернул голову и посмотрел на Ракестроу. - Мы готовы?

Сара и Кайл кивнули, но Бекка - нет. Она не смотрела ни на него, ни на окно. Ее глаза были широко раскрыты и прикованы к чему-то позади него.

- Черт, - сказал он, точно зная, что произошло. Они были настолько поглощены городским пейзажем, что позволили своему Охотнику подкрасться сзади.

Он медленно обернулся и увидел стоящего там неподвижного Moros intrepidus. Он был неподвижен, как статуя. Единственное движение - это его глаза, которые бегали по сторонам, оценивая загнанную в угол добычу. Констанс, а затем Сара и Кайл тоже обернулись. Каждый из них прижался к окну четвертого этажа. Не зная, куда бежать, Ной должен был придумать план - и сделать это быстро.

Он это сделал, и, к счастью для него, ему не пришлось бы мучиться угрызениями совести из-за этого.

Потому что Ной Кларк вот-вот должен был умереть.

10

Единственный выход из этой ситуации заключался в том, чтобы Moros intrepidus сосредоточился на одном человеке, а не на всех пятерых. А поскольку Ной искренне верил в классическую поговорку "сначала женщины и дети, - именно его жизнь должна была быть принесена в жертву. Он шагнул вперед и широко расставил руки в стороны.

Одного этого оказалось достаточно, чтобы зверь сосредоточил внимание на нем. Оно опустило голову и расставило лапы. Взгляд Ноя скользнул вниз, к его лишенным перьев лапам. Они действительно выглядели так, будто принадлежали страусу.

- Подготовьтесь к бегу, - тихо сказал он.

- Что, нет? - возразила Сара. - Мы что-нибудь придумаем.

- Ах да, что именно? - спросил он, бросив на нее взгляд. Сара открыла рот, чтобы что-то сказать, но ничего не вышло. Ее лицо омрачилось. - Именно. Вот как все будет, - продолжил он. - Сара, ты, Кайл и Бекка отступите влево, за мою спину, а я скользну вправо, подальше от Констанс.

- Ной, - начала Констанс, - мы...

- Не надо, - резко прервал он ее. - Просто сделай это, ладно? - Он посмотрел на нее. - Уведи их отсюда.

Директор музея кивнула, сдерживая слезы.

Ной шагнул вправо, продолжая разговаривать с доисторическим зверем. - Давай, э-э, приятель, смотри на меня. - Он понятия не имел, мужского пола животное или женского, но назвать его "приятелем" показалось ему уместным. - Следуй за вкусной, сочной добычей.

Он снова шагнул вправо, а семья Рейкстроу - влево, незаметно ускользнув за его спину. Рука Сары легла ему на правое плечо, когда она вела детей к Констанс. Она провела пальцами по его спине к левому плечу, впиваясь ногтями, словно не желая отпускать.

Он моргнул, отгоняя ощущение ее прикосновения, и вновь сосредоточил внимание на своем потенциальном убийце. - Эй, парень. Ты, э-э, гораздо злее, чем я надеялся.

Оно рыкнуло на него, а затем перевело взгляд на остальных.

Ной шагнул вперед и хлопнул в ладоши.