Райская обитель - Екатерина Валерьевна Шитова

Ознакомительный фрагментя, надеясь на то, что мой голос звучит не сильно заискивающе, – Куда и когда?

Дядя Рудольф назначил мне встречу на это воскресенье, на двенадцать часов дня. Жил мой новоиспеченный дядюшка в элитном загородном поселке. Как туда добираться, я не знал, у меня не было авто, но ради такого можно было что-то придумать.

Попрощавшись, я убрал телефон в сторону и, закинув руки за голову, с видом победителя лег на диван. В голове моей уже рисовались картинки будущей безбедной жизни: вот я захожу в магазин, где отработал последние пять лет, и усмехаюсь в лицо старшему менеджеру, так безжалостно лишившему меня сегодня премии, а потом покупаю самый большой плазменный телевизор, о котором мечтал. Вот я останавливаю свою мега дорогую тачку около дома бывшей девушки, она выходит из подъезда и с тоской смотрит мне вслед, жалея о том, что бросила меня…

Мечты и фантазии переполняли меня, и я долго не мог уснуть. А когда уснул, то спал беспокойно и встал раньше будильника. На работу я пришёл раньше всех, старший менеджер, увидев меня в своём отделе за двадцать минут до начала смены, ехидно ухмыльнулся.

– Раньше надо было за голову браться, Филипп. Не надейся, премию я тебе не восстановлю, – прошипел он.

– Не нужна мне ваша премия. Скоро мне и зарплата-то будет не нужна. Уходить собираюсь! – дерзко ответил я и демонстративно отвернулся.

***

До воскресенья я намечтал себе столько всего, что состояния дядюшки могло и не хватить на все. Тогда я отпустил все мысли из головы и сосредоточился на том, как произвести на дядю самое хорошее впечатление. К тому же, я вспомнил, что в разговоре со мной он упомянул некое "условие" для получения наследства. А вдруг я не смогу его выполнить? Вдруг это что-то очень сложное?

Дни до воскресенья пролетели быстро, и вот я уже стоял на пороге своей квартиры, в белой рубашке, брюках со стрелкой, в лаковых туфлях, причесанный и надушенный, готовый к самому каверзному вопросу со стороны своего престарелого богатого родственника. Телефон пиликнул – это мое такси подъехало. Я в последний раз бросил на себя беглый взгляд в заляпанное зеркало, и, довольный собой, выбежал из квартиры.

Такси обошлось мне в бешеную сумму. Нехотя расплатившись с водителем и засунув свой опустевший кошелек в карман, я вышел из машины и позвонил в звонок на высоких воротах. Мне сразу же открыл охранник и, проверив паспорт, попросил следовать за ним. Я шел по тенистому саду, пытаясь не отстать от охранника, и при этом во все глаза смотрел по сторонам.

Сад был ухожен и очень красив. Вдалеке, за фруктовыми деревьями и высокими кипарисами, виднелся фонтан, по другую сторону от дорожки стояла каменная статуя женщины, указывающей тонкой, изящной рукой в сторону дома. Дорожки были посыпаны гравием, а идеально постриженный газон казался таким мягким, что мне захотелось скинуть свои неудобные туфли и пройтись по нему босиком. Когда мы подошли к дому, охранник сказал, не глядя на меня:

– Рудольф Аристархович вас ожидает.

Опустив голову, он подождал, пока я пройду мимо него, после чего встал неподалеку, укрывшись в тени высокой сосны. Чем ближе я подходил к огромному особняку, тем меньше во мне оставалось уверенности в том, что я смогу произвести хорошее впечатление. Рубашка вдруг показалась мне недостаточно белой, а туфли – дешевыми и уродливыми. Тем не менее, пути назад уже не было. Придется предстать перед дядей таким, какой я есть.

Я подошел к застекленной террасе и увидел двоих мужчин, сидящих друг напротив друга в мягких кожаных креслах. Один из них был совсем стар – его волосы ровными белыми прядями падали на лицо, плечи сгорбились от бремени прожитых лет. Мужчины обернулась разом, посмотрели на меня, и старик сразу же расплылся в широкой улыбке, а тот, что был моложе, наоборот, нахмурил брови. Я сразу понял, что тот, кто улыбается – это мой дядя. А второй, хмурый – его помощник, который взял трубку, когда я звонил.

– Филипп! Как я рад тебя видеть! Как добрался? – дядя с трудом поднялся, чтобы поприветствовать меня.

Я подошел и крепко пожал его старческую руку, а потом обнял за плечи. Он был так сух и худ, что мне показалось, обними я его сейчас так, как обнимаю своих друзей, и он хрустнет и сломается пополам. Я повернулся ко второму мужчине и поприветствовал его тоже, тот, в свою очередь, лишь сухо кивнул мне в ответ.

– Сейчас Серафима накроет на стол и пойдем обедать, а пока присядь, мой мальчик, расскажи, как ты живешь, чем занимаешься, – дядя сел в свое кресло и с интересом посмотрел на меня, – слышал, что моя сестра умерла много лет назад,

– Да, я вырос в детдоме, – ответил я, – Живу хорошо: работаю, пытаюсь наладить личную жизнь.

– Кем же ты работаешь?

В глазах дяди мелькнула лукавая искорка, но уже в следующую секунду она исчезла, и я решил, что мне это показалось.

– Работаю продавцом, – я постарался вложить в свой голос максимум оптимизма и уверенности, – конечно, это временная работа! В ближайшем будущем я планирую открыть собственный бизнес, есть кое-какие идеи и мысли.

Я чувствовал, как мои щеки покрываются пунцовым румянцем, чего не случалось, пожалуй, со школьных времен. Конечно, я соврал дяде. За все пять лет, что я отработал продавцом бытовой техники, мне не пришло в голову ни одной светлой мысли по поводу открытия своего дела. Да и где бы я взял стартовый капитал? Себя-то кое-как кормил…

– Молодец, Филипп! Я не сомневаюсь, что в тебе есть огромный потенциал. Наша фамилия обязывает быть инициативными. Мы, Вознесенские, всегда стремимся быть лучшими во всем. Нужно вознестись над миром, так сказать.

Дядя рассмеялся хриплым смехом, и я неуверенно кивнул, не зная, что ответить. Судя по всему, я был самым неудачливым представителем нашей фамилии.

Пока я судорожно придумывал новую тему для разговора, входная дверь распахнулась, и на террасу выпорхнула молоденькая девушка – тонкая легкая и прозрачная, словно бабочка. Бросив на меня беглый взгляд, девушка вспыхнула румянцем и быстро отвела глаза.

– Обед на столе, Рудольф Аристархович! – тонкий, звонкий голосок пролетел над нами и обдал меня свежим воздухом.

Я уставился на девушку, как завороженный, сердце в груди затрепетало. Такой чистой, светлой красоты я никогда раньше не встречал.

На девушке было простое длинное платье травянисто-зеленого цвета, а поверх него – белый фартук. Светлые волосы были заплетены в тугую косу, что придавало её прелестному лицу совсем юное

---

Конец ознакомительного фрагмента Купить полную версию книги

---