Изнанка мегаполиса. Всё тайное станет Навью - Софья Мирич

— Набрось халат, — она указала на вешалку около двери. — Тут необычное совпадение.

​Ярослав послушно шагнул к вешалке, на ходу влезая в плотную ткань. Пока он застегивал пуговицы, Тая подошла к первому столу и решительно откинула край простыни.

​— Смотри сам. Четыре трупа, всех привезли под утро из одной точки — старой коммуналки на окраине, которую никак расселить не могут. Официально опера решили, что там была классическая пьяная поножовщина. Но посмотри на раны.

​Велехов подошел ближе, хмуро разглядывая бледную кожу погибшего, покрытую глубокими рваными бороздами.

​— Это не нож, — сразу определил он, качнув головой. — Края слишком неровные. Больше похоже на…

​— На осколки, — перебила Тая, подтверждая его догадку. — Сонные артерии перебиты в хлам, глубокие проникающие в грудь. Их троих буквально нашпиговало битым стеклом от люстры и зеркалами, а четвертого приложило чугунной сковородой так, что шансов не было. Эксперты из обычного отдела решили, что сожители устроили дебош и швыряли друг в друга всё, что под руку попалось. Но наши ребята с места привезли записи с камер на лестничной клетке. В момент, когда всё случилось, там пошли дикие помехи — экраны просто залило белым шумом, а датчики зафиксировали резкий всплеск энергии Изнанки.

Ярослав нахмурился, вглядываясь в характер порезов.

— То есть электроника зафиксировала присутствие сущности. Какого-нибудь полтергейста или низшего духа-вредителя?

— Хуже, — Тая посерьезнела и пододвинула к себе планшет, открывая зарисовку. — Я не стала ждать, пока остаточные эманации рассеются, и просмотрела посмертные воспоминания всех четверых. Обычный отпечаток на сетчатке. Ярослав, они не дрались между собой. Наоборот — они пытались спрятаться под столами и закрывали головы руками, пока по комнатам вихрем летала мебель и колотилось всё, что способно разбиться. Вспышки ярости были такой силы, что вещи летали на бешеной скорости. Это и повредило артерии.

— А саму тварь они видели? Камеры в комнатах были?

— Нет, в комнатах пусто. А в посмертных образах сплошной страх, темнота и какие-то размытые, слишком быстрые тени. Конкретного силуэта никто из них разглядеть не успел — всё произошло слишком быстро. Но кое-что общее на сетчатке отпечататься успело.

Тая развернула к нему экран планшета, на котором быстрыми штрихами был набросан контур, воссозданный по следам чужой памяти. Ярослав всмотрелся в изображение. На рисунке угадывались очертания чего-то совсем маленького, непропорционального, передвигающегося в неестественной, ломаной позе.

— Совсем небольшой, — Велехов задумчиво поскреб подбородок, изучая набросок. — Хранитель места? На задичавшего домового похоже, если честно. Когда коммуналку расселять начинают, старый уклад рушится, они с ума сходят от злости. Начинают швырять утварь, крушить всё вокруг.

— Я тоже сначала подумала про разозленного домового духа, — Тая вздохнула, глядя на экран. — Но для них это слишком кроваво. Домовые пакостят, могут придушить во сне, напугать, но чтобы целенаправленно резать стеклом сонные артерии сразу четырем людям… Тут какая-то личная, почти человеческая обида и дикая, слепая ярость. Будто этот силуэт просто мстил всему живому.

Ярослав тяжело вздохнул, потирая переносицу. Дело оборачивалось не просто глухарем, а потенциальной угрозой для всего района, если тварь выйдет за пределы этой квартиры.

— Ладно, — Велехов выпрямился и достал свой телефон. — Значит, имеем дело с сильным неупокоенным или духом, привязанным к месту или вещам. Будем искать вместе. Поднимаем архивы по этой коммуналке, смотрим, кто там жил, умирал или что туда притащили из антиквариата. Ну что, поехали на место? — Ярослав убрал телефон в карман и выжидающе посмотрел на неё. — Там всё осмотрим, проверим по горячим следам, поищем, к чему эта дрянь могла привязаться.

Тая удивленно посмотрела на него и даже сделала полшага назад, растерянно указав пальцем на свой медицинский фартук.

— В смысле — поехали? Ярослав, ты ничего не перепутал? Я вообще-то судмед, а не опер. Моё дело — трупы вскрывать и эманации на сетчатке ловить, пока они теплые. Я на тех-то выездах была, потому что там трупы были на месте... Меня начальство за такое самоуправство по голове не погладит.

— Разберемся с твоим начальством, — уверенно сказал Велехов, уже направляясь к вешалке, чтобы скинуть халат. Он обернулся у самой двери и мягко, но настойчиво улыбнулся. — Поехали. Я чувствую, что твой взгляд там точно лишним не будет. Твоя магия, Тая, видит то, мимо чего мы, оперативники, пройдем и даже не заметим. Да и... мне спокойнее, если ты будешь рядом на этом вызове. Поехали?

Глава 9. Часть 2

Глава 9. Часть 2

В салоне машины пахло кофе и старой кожей. Ярослав уверенно вел автомобиль по загруженным улицам, то и дело поглядывая на пассажирское сиденье. Тая устроилась рядом, уткнувшись в экран планшета, который она всё-таки прихватила с собой, и ее пальцы так быстро порхали по стеклу, будто от этого зависела чья-то жизнь.

— И всё-таки это не домовой, — не отрывая взгляда от экрана, упрямо повторила она, продолжая их спор, начавшийся еще у дверей управления. — Я подняла старые медицинские архивы Изнанки по этому району. Домовые духи привязаны к уюту и быту. Если их злить, они бьют посуду, воруют ключи, ну могут толкнуть. Но четыре трупа со вспоротыми артериями? Да ни один задичавший хранитель очага на такое физически не способен, у них энергоструктура другая!

— Тая, ты рассуждаешь как ученый в стерильной лаборатории, — Ярослав крутанул руль, объезжая застрявший в правом ряду грузовик. — А я опер и сужу по фактам. Квартира — старая коммуналка, где сто лет никто ремонт не делал. Жильцы — маргиналы, у которых каждый день скандалы. Стены буквально пропитаны чужой агрессией. Да там любой, даже самый мирный дух за пару лет в таких условиях с ума сойдет и превратится в злобную тварь. Тем более, ты сама сказала: летала мебель. Кто еще, кроме духа дома, может так управлять вещами на его территории?

— Да кто угодно! — Тая резко развернула планшет к нему, едва не ткнув экраном в приборную панель. — Смотри сюда. Несколько лет назад в этой же самой коммуналке, в одной из комнат, умерла женщина…беременная женщина. Сразу после этого соседи начали жаловаться на странные шорохи, детский плач по ночам и топот. Обычное УВД тогда списало всё на галлюцинации от пьянства, но наш отдел зафиксировал там слабый фон неупокоенного. Думаешь, это совпадение?

— Детский плач? — Ярослав на секунду отвлекся от дороги и нахмурился, вглядываясь в строчки архивного отчета. По спине пробежал едва заметный холодок, а в голове неприятно щелкнуло какое-то смутное воспоминание.