Хайс - Ариана Годой

— Я... - я прочистила горло, — очень рада, что ты это сделал.

— Ну, — он поднял свой молочный коктейль, — Ура?

Это заставило меня немного рассмеяться.

— Ура.

Мы чокнулись стаканами и сделали глоток.

— Как ты готовишься к своему дню рождения?

— Ну, — вздохнула я, — если честно, церемония посвящения в лидеры меня немного беспокоит. Быть перед всем собранием никогда не бывает легко.

— У тебя всё получится, ты уже много раз выступала перед толпой.

— Только когда пела в хоре в окружении всех поющих, это не то же самое, что стоять одной и произносить речь своего посвящения в лидеры.

Картер протянул руку и положил её поверх моей на стол, моё сердце колотилось в груди.

— Ты справишься, ты это заслужила, Лия.

— Ну, давай больше не будем обо мне, как насчёт тебя?

Я замаскировала тот хаос эмоций, который вызвала его рука на моей.

— Что я могу сказать, — его палец прочертил круги на тыльной стороне моей руки, и я забыла дышать, — школа, дом и церковь, это моя жизнь, служить и помогать людям, как это делает мой отец.

— Да, я слышала, что на прошлой неделе бездомным, живущим в приюте, привезли еду.

— Да, и мы починили там отопление, оно не работало, а сейчас уже осень, и скоро наступит зима. Мы не можем позволить им замерзнуть.

— Знаю, я восхищаюсь тем, как твоя семья вкладывает свои деньги в такие вещи.

— Деньги — это просто деньги. Наш долг перед Господом — помогать ближним, особенно тем, кто в этом нуждается больше всего.

— Да будет так.

Я молча смотрела на него, потому что не позволяла себе ощущать силу того, что испытывала к Картеру. То, как он говорил, его улыбка, его милое лицо, его преданность Господу — все это мне нравилось.

Его никогда не будет достаточно для тебя.

Слова Хайса не могли быть более ошибочными, Картер был всем, о чем я просила Бога.

— Что-то не так? — спросил он, заметив, как я замолчала.

— Я... - я собралась с мыслями. — Просто очень рада быть здесь с тобой.

Картер облизнул губы, прежде чем улыбнуться, словно ему сказали что-то замечательное. Он переплел свою руку с моей.

— Я тоже, Лия.

Мы довольно долго болтали, я так смеялась и краснела, что даже засмущала Картера. Мы набирались уверенности, я уже не так нервничала, все шло очень хорошо. Мы допили свои молочные коктейли, но ещё долго продолжали говорить.

Моё первое свидание прошло так хорошо, что я не могла не улыбаться каждый раз.

Но потом случилось это.

Моё внимание привлекли колокольчики на двери ресторана, которые зазвенели, когда дверь открылась. Мой взгляд упал на вновь прибывших в ресторан.

Этого не может быть.

Девушка и парень, которых я очень хорошо знала. Они уехали из городе полгода назад, чтобы пройти курс изучения языка, который я не могла вспомнить, парочка, чьё возвращение я боялась, потому что они могли все усложнить для меня.

Он был весь в черном, в черной кожаной куртке, на затылке была видна татуировка. Его бледное лицо наполнилось пирсингом: один на брови, другой на носу и, наконец, один под губами. Его чёрные волосы торчали в разные стороны, и он жевал жвачку, улыбаясь всем, кто смотрел на него.

Ретт.

Ретт сильно изменился за эти полгода, это точно, перед отъездом он ушёл из церкви, как и Наталья. Но даже когда он ходил в церковь и у него не было всех этих пирсингов, у Ретта всегда была эта опасная энергетика, как и у его сестры.

Синди. Она шла рядом с ним, в потертых джинсах и прилипшей черной фланели, которая обнажала её пупок. Его чёрные волосы с синими прядями были спутаны вокруг лица, на ней была её типичная чёрная шляпа. Она что-то прошептала Ретту на ухо, и он покачал головой.

Воспоминание вспыхнуло в моей голове, и я сглотнула, чувствуя, как сжимается моя грудь.

Я напряглась и убрала руку, инстинктивно отдёргивая её от Картера. Картер бросил на меня недоуменный взгляд, прежде чем бросить взгляд через плечо как раз в тот момент, когда чёрные глаза Ретта остановились на нас, и на его лице появилась дерзкая улыбка, прежде чем он начал идти к нам.

— Ретт! Нет! Что ты делаешь?

— Мы должны это сделать, Лия.

— Нет.

— Это единственный способ обезопасить тебя.

Это воспоминание снова пришло мне в голову. Я убрала руки со стола и положила их на колени, крепко сжав. Ретт был частью прошлого, моментов, которые я не хотела вспоминать, он был подобен призраку, который время от времени появлялся, чтобы преследовать меня.

— Лия, — его голос был все таким же хриплым, Ретт всё ещё выглядел таким привлекательным, даже с этими пирсингами. — Картер, — он сделал насмешливый поклон, и Картер сжал челюсть.

— Ну-ну, что тут у нас, — сказала Синди своим игривым тоном. — Картер и Лия, идеал, ставший плотью нашей церкви, как мы по вам скучали.

— Вы не против, если мы присядем? — спросил Ретт, но прежде чем мы успели что-то сказать, он сел рядом со мной, а Синди-рядом с Картером.

— Как поживаете? — спросил Ретт, я почувствовала тепло его близости в своей руке, поэтому двинулась дальше к окну, держась от него на расстоянии.

— Хорошо, — ответил Картер.

Напряжение в воздухе было очевидным, но Синди и Ретту, похоже, было всё равно.

— Да пребудет с вами Господь, — закончил Картер, напомнив им о нашем приветствии, хотя они больше не были частью нашей церкви.

Ретт обменялся взглядом с Синди, прежде чем прошептать.

— Да будет так.

— Приятно снова вас видеть, — любезно сказал Картер. — Но мы с Лией на свидании и хотели бы побыть наедине.

Ретт напрягся рядом со мной при упоминании слова "свидание".

Я не смела смотреть на него. Я чувствовала на себе напряжённый взгляд Ретта.

— Свидание, да? Очень рад, ты слышала, Синди, нам пора.

— Но перед этим, не могли бы мы обняться, Лия? Просто я так по тебе скучала, — спросила Синди, вставая, заставив меня нахмуриться, но я не решилась сказать ей "нет". Поэтому, когда Ретт встал, я прошла мимо него, чтобы обнять Синди.

Его голос быстро прошептал мне в ухо.

— Полночь.

Синди обняла меня, улыбнувшись, и помахала на прощание Картеру рукой.

Я видела, как они уходят и ищут столик вдалеке. Я знала, что означает это слово.

— Это было неловко, — заметил Картер, когда я снова села. — Этот курс обучения за пределами города не очень помог им с их отношением к людям.

Я кивнула.

Полночь.

Нет.

Призраки прошлого