Остров Туманов - Евгения Болотова

— Будь проклят этот остров! — вскричала она, вырываясь из объятий Дженсы. — Будь проклят тот день, когда отец решил сюда переехать!

С этими словами она резко распахнула дверь, и помчалась к выходу. И как бы Дженса не старалась её догнать, гнев придал Роуз столько сил, что она увернулась и от подруги, и от дружинников, а затем выбежала на улицу и скрылась среди сугробов.

— Роуз! — в отчаянии крикнула Дженса. — Погоди! Я не хочу потерять ещё и тебя.

— Оставь, — Ханнес подкрался незаметно и положил руку на плечо подруги. — Ты же слышала сообщение. Нам не выбраться с этого острова, и нет смысла уже переживать за свою жизнь. Когда мы все исчезнем, лишь вопрос времени.

Дженса низко опустила голову. Как это ни печально, но её друг прав. Смысла прятаться уже не было, катастрофа неизбежна.

— Пойдем, — продолжил Ханнес, — провожу тебя до дома, чтобы у патрульных вопросов не возникло.

Дженса кивнула, и уже собиралась пойти да другом, как вдруг в голову пришла одна идея. Что толку прятаться. Завтра она дойдет до руин базы и либо узнает правду, либо исчезнет сама. Третьего не дано.

— Ханнес, — тихо, чтобы никто построений не услышал, произнесла Дженса, — могу я попросить тебя об одолжении. Мне нужна повязка дружинника, и, если есть возможность, то снегоход. Знаю, возможно, это будет слишком…

— Да нет, — пожал плечами басист "Детей Вёлунда". — Повязок сейчас хоть завались, да пара бесхозных снегоходов тоже. На Свартелунн, знаю, был один. Людей не хватает, чтобы его перегнать.

Тень улыбки пробежала по лицу Дженсы.

— Спасибо, Ханнес, — тихо прошептал она.

Перед домом Дженсы, Ханнес снял с себя повязку и отдал подруге. "Все равно мне новую выдадут", — пояснил он. Дженса благодарно кивнула и напоследок обняла друга, прежде чем подняться к себе. У двери стояли пакеты с пайком, видно Фрида так и не вышла за ними, хотя Калеб наверняка стучался.

— Мам? — спросила Дженса, прокрадываясь в квартиру. — Ты где?

Фрида была на кухне. Сейчас она уже не готовила, а сидела с чашкой чая, задумчиво глядя в окно.

— Мам, я вернулась, — начала Дженса. — Прости, что убежала. Я не хотела. Просто… Просто я испугалась, что что-то случилось с Роуз. Я… Я не выдержала. Сначала папа с Эстер, потом Рауль, потом Лили. Я испугалась, что потеряю ещё и её.

Фрида не шевелилась и даже не взглянула на дочь.

— И Лили… Это все моя вина. Мы тогда поссорились. Она начала обвинять нас, что мы не любим папу, не звоним и не едем к нему. И я вспылила… Выложила все, как есть, что они пропали в тумане. И мне кажется, Лили убежала искать папу…

— Мы обе виноваты, — Фрида медленно повернулась к дочери. — Если бы я не старалась утаить от Лили правду, и не потакала всем не желаниям, лишь бы её не тянуло в лес, как вас обеих, она бы сейчас была бы с нами. И это я должна просить у тебя прощения.

Дженса не выдержала, и кинулась в объятия матери, которая принялась гладить свою последнюю дочь по голове.

— Слышала новости? Получается, мы теперь умрем? — тихо спросила гитаристка "Детей Вёлунда".

— Не знаю, — вздохнула её мать. — Но я хочу побыть это время с тобой. Я отказалась от смен.

Дженса промолчала. Было ясно, что мама готовилась к худшему. Да и сама дочь Фриды была полностью согласна с матерью. Не хотелось, чтобы катастрофа наступила, а вы раскиданы по разным частям города, а последние минуты жизни потратить, пытаясь в панике добраться друг до друга.

— Держи, — Фрида неожиданно отстранилась от дочери и протянула ей дневник. Тот самый, который Дженса прятала за шкафом. — Я сразу поняла, что ты не остановишься на полпути. Только умоляю, чтобы ты там не прочитала, не делай глупостей.

Дженса послушно кивнула и, поблагодарив маму, ушла в свою комнату в надежде, что вскоре она докопается до правды.

В комнате девушка забралась под одеяло и принялась читать. В прошлый раз она дошла только до середины, и ничего важного не обнаружила (только то, что Эстер бесили её сестры, и нравился старшеклассник, что сейчас работает на почте). "Неужели я ошиблась, и она не доверила это даже дневнику", — подумала Дженса. До конца блокнота оставалось не так много страниц. И тут, наконец-то Дженса увидела заветные строки.

"Сегодня на экскурсии в НИИ разговорилась с одним из старых сотрудников. Оказывается, раньше наш институт был больше, у них целый полигон для исследований в лесу был, но закрылся из-за недостаточного финансирования. Интересно, от него что-то осталось?

Попыталась копнуть в эту сторону. Забавно, оказывается, куда-то делись протоколы испытаний, проходивших на этой исследовательской базе. Я попросила Эмиля посмотреть, не осталось ли чего, но он только развел руками. Но вот старые сотрудники говорят, что до того, как объект в лесу законсервировали, на нем было совершено какое-то открытие века.

И все же мне кажется, что Эмиль что-то не договаривает. Сначала он говорит, что ничего не знает о том, что исследовали на базе, а потом вдруг уверенно говорит про открытие века. Интересно, он просто мне поддакивает, или на самом деле знает куда больше?

Да! Я выяснила, как добраться до базы. Так и знала, что она за обрывом. Сверила старые карты острова, и от института до леса есть прямая дорога. Ну конечно, будут учёные пёхом через весь остров шлёпать. Эта улица, как я думала, упирается в забор, но на деле она продолжается в лесу. Надо просто идти прямо, никуда не сворачивая. Завтра мы с папой сходим к руинам базы. Я уже предвкушаю, как разгадаю тайну "открытия века".

На этом записи в дневнике обрывались. Дженса некоторое время сидела, тупо глядя в потолок, пытаясь переварить то, что она узнала. Ни слова о тумане, лишь рассуждения об открытиях века. "А если туман и есть открытие века? — подумала гитаристка "Детей Вёлунда", поднимая глаза к потолку. — Интересно, что они разрабатывали такое? И может ли кто-то охранять эту тайну, убивая всех, кто подойдёт к базе слишком близко? И причем здесь Эмиль?"

Все эти вопросы не давали Дженсе покоя всю ночь. Как связаны туман и открытие? Почему пропадают люди? Что знает Эмиль, раз так боится, чтобы Дженса ходила к руинам? Почему эту базу вообще законсервировали? Иногда девушка проваливалась в сон, но и тогда облегчения не наступало, и мозг снова и снова подкидывал ей пугающие образы: то туман, пожирающий город, то